— Нет, ты не должна так думать. Счастлива ли ты? Я не был хорошим мужем, ведь стоило тебе выйти замуж, как ты оказалась в самом центре грозовых туч и претерпела немало обид. То, что сегодня мы можем жить хорошо, — результат твоей смелости в изменении текущего положения. Даже если бы я баловал тебя еще сильнее, не будь ты достаточно твердой, ты бы в любой момент могла стать жертвой чужих козней и притеснений, и я не смог бы гарантировать твою безопасность. Возьмем хотя бы Кэ Шичжао! Если бы сегодня тем человеком, кто подвергся его вольностям, оказалась Ду-сяоцзе, разве смогла бы она уйти невредимой, да еще и избить его до ран по всему телу? Юй Ху! Я верю, что в предначертаниях Неба есть свой смысл. К тому же я люблю и ценю тебя, потому что ты — это ты, а не потому, что ты женщина, на которой я женился. Юй Ху, ты считаешь, что я дарю тебе счастье, считаешь меня хорошим, потому что ты не относишься ко мне с пренебрежением. Если бы сегодня замуж вышла Ду-сяоцзе, возможно, мы бы не сошлись характерами и стали бы несчастной парой. Лишь потому, что это ты, я разделил с тобой ложе; лишь потому, что ты столь очаровательна и жизнерадостна, ты пленила мою душу. Не думай, что я из тех неразборчивых мужчин, которым нужна любая встречная! У меня нет интереса к сбору цветов1. — Он нежно признавался в любви, впервые серьезно и искренне раскрывая ей свои чувства. Юй Ху никак не могла смириться с этим, до смерти боясь воспользоваться чужим благом!
Но чувствам не прикажешь, и она не должна думать, что, если бы Ду-сяоцзе вышла замуж в семью Ци, он относился бы к ней с такой же нежностью. Он не из тех мужчин, которым достаточно любой женщины, она слишком недооценивала его!
Она жалобно произнесла:
— Я тоже об этом думала: Бинъянь наверняка не справилась бы с теми неприятными людьми. Но… это тем более не повод позволять ей вместо меня терпеть Юань Буцюя! Моя совесть будет неспокойна всю жизнь! Поэтому я обязательно должна увидеть своими глазами, что она в целости и сохранности!
Он кивнул.
— Сейчас я тайно попрошу людей разузнать новости о Ду-сяоцзе. Что же до личной встречи с ней — подожди еще несколько месяцев! За этот месяц я завершил все приготовления и собираюсь вытягивать сети! Я буду занят как минимум два месяца, в семье Ци возникнет финансовый кризис, нужно сначала разобраться с Шичжао. Когда все закончится, я сопровожу тебя в Янчжоу, хорошо? Сейчас мы ни в коем случае не можем уехать.
Дело, которое он планировал несколько лет, сейчас находилось в решающей стадии, а она добавила ему забот своими проблемами. Юй Ху почувствовала неловкость и, полная раскаяния, кивнула.
— Прости, Тянь Лэй, что взвалила на тебя свои дела! Если бы это было возможно, я бы правда уладила всё сама…
— Не смей так говорить! — Он поцеловал её, крепко прижавшись к её губам. — Если ты снова будешь разделять нас на «ты» и «я», я отшлепаю тебя! Ты уже носишь моего ребенка, а все еще считаешь меня чужим. В гневе я страшен, неужели ты не боишься? — Он скорчил злобную гримасу, чтобы напугать её.
Юй Ху со смехом прикрикнула на него:
— Никакой серьезности! Эх! И угораздило же меня влюбиться именно в тебя! Почему же?
— Потому что никто не станет бороться с тобой за меня! Ты — любительница есть уксус2 и хочешь владеть мужчиной единолично.
Она обхватила ладонями его лицо.
— Это было, когда ты был «тяжело болен», а теперь третий Ци-гунцзы «выздоровел», и те, кто желал тебе зла, почти выметены прочь. В будущем прожить сто лет — не мечта, и неизвестно, сколько знатных девиц втайне отдадут тебе свои сердца! Посмотри на свое красивое лицо, оно ничуть не уступает лицу Лю-гэгэ.
— Кто-то здесь ест уксус? Я помню, что ты ешь только сливы!
— Тебя правда стоит побить! Если в тот день тебя забьют палками до смерти, не ходи жаловаться к Яньло-вану, потому что ты это заслужил!
Он тихо рассмеялся. Его целью было отвлечь внимание Юй Ху, он не хотел, чтобы она слишком тревожилась о Ду-сяоцзе. Видеть её улыбку было для него источником жизненных сил; конечно, нужно как можно быстрее разузнать о положении Ду-сяоцзе, иначе не пройдет и трех дней, как Юй Ху снова заговорит о возвращении в Янчжоу!
Юй Ху приподнялась и с серьезным видом спросила:
— Три года назад яд тебе подсыпала Фан Дашэнь или тётя Кэ?
Он поднял брови и удивленно спросил:
— Я думал, ты решишь, что убийца — Шичжао.
Это было просто оскорблением для её интеллекта! Она уперла руки в бока:
— Зачем ему было что-то предпринимать против тебя, если он и так был уверен, что ты умрешь? Спешить стали бы скорее те, у кого мозгов еще меньше, чем у него. Мне правда не хотелось бы видеть женщин столь глупыми! Но и то, что самое ядовитое — сердце женщины, тоже правда. Тётя Кэ вернулась, чтобы искать опоры в родительском доме, и если она хотела выбиться в люди, ей нужно было сделать своего сына единственным наследником. А другая подозреваемая, Фан Дашэнь, сама желает стать хозяйкой и избавиться от статуса прислуги. Она присмотрела Кэ Шичжао и намеревается выдать за него Фан Сяоцяо. В таком случае она тоже наверняка желает устранить тех, кто стоит на её пути. Разве может быть третья возможность? По-моему, Кэ-гунцзы больше поглощен денежными делами, за эти годы он наверняка немало заграбастал. Просто после того как с наследниками семьи Ци один за другим начали происходить несчастные случаи, он решил, не утруждая себя, дождаться, когда всё само упадет ему в руки.
Видя её самоуверенный вид, он, помимо смеха, не мог не кивнуть — в конце концов, она угадала!
— Тётя и Фан Дашэнь были в сговоре. Однако обида Фан Дашэнь на меня берет начало еще от покойных родителей Фан Сяоцяо. В тот год дядя Фан с супругой сопровождали моего отца на север для заключения торговых сделок. В схватке с разбойниками дядя Фан с супругой погибли, из-за чего Фан Дашэнь затаила злобу. Именно поэтому лаофужэнь всегда оказывала этой семье из трех человек особый прием.
Юй Ху удивилась:
— Не поэтому ли ты не собираешься разоблачать её? — Неудивительно, что Тянь Лэй ничего не предпринимал против убийцы. Она-то извелась от тревоги, а оказалось, сама искала себе лишних страданий!
— Они не смогут ничего добиться, к тому же у них не будет второго шанса нанести удар. Семья Фан уже выдворена тобой из дома, а тётя лишилась влияния — что они могут сделать? По сравнению с этим остальные дела кажутся куда более важными. — Он налил ей еще чашку женьшеневого чая. — Поспи немного. Обещаю, что в течение трех дней ты узнаешь новости о Ду-сяоцзе. Как только закончу с делами здесь, я лично отвезу тебя к ней.
В нынешней ситуации оставалось только так и поступить. Юй Ху сжала его руку и с беспокойством спросила:
— Все пройдет гладко?
— Обещаю.
- Срывать цветы (采花, cǎi huā) — образное выражение, означающее легкомысленное увлечение женщинами или соблазнение. ↩︎
- Есть уксус (吃醋, chī cù) — китайская идиома, означающая чувство ревности. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
