Товар, который тот самый «сяншэн» приказал купить, наверняка не был обычным грузом.
Если она угадала верно, и с Шэнь Чжи сговорился именно тот человек из дома Чэнань-хоу, то она, в общем-то, знает, что это за «товар».
Жун Шу посмотрела на Лю Пин, кивнула и сказала:
— Хорошо, у меня как раз тоже есть дело, которое нужно обсудить с Гу-дажэнем.
Рано утром следующего дня в Уцзячжуаньцяо въехала повозка.
Когда прошлой ночью Гу Чанцзинь получил письмо, переданное Лю Пин, он уже понял, кем был второй человек, сотрудничающий с Шуйлун-ваном, о котором говорил Цзяофэн.
Цзяофэн говорил, что этот человек держится очень скрытно, каждый раз связывается с Шуйлун-ваном через посредников, передавая сообщения, и никогда не встречается лично. Поначалу Шуйлун-вану было очень досадно иметь дело с тем, кто ведёт себя крайне осторожно, но, видя, что у того денег куры не клюют, а прибыль сулила быть огромной, он согласился.
Теперь Гу Чанцзинь был совершенно уверен: этим человеком непременно является Шэнь Чжи.
Что же касается того «сяньшэна», стоящего за спиной Шэнь Чжи и ведущего с ним переписку…
Гу Чанцзинь опустил взгляд на письмо в руке, и в его глазах появился холод.
— Хозяин, Жун-гунян прибыла.
Гу Чанцзинь поднял глаза и посмотрел наружу. Его взгляд на мгновение задержался на изможденном бледном лице Жун Шу, затем он встал, чтобы встретить ее. Когда она вошла в комнату, он сказал Чжуй Юню и остальным:
— Мне нужно обсудить с Жун-гунян важное дело, покараульте снаружи.
Дверь главного зала со скрипом закрылась.
Чан Цзи и Чжуй Юнь переглянулись, не понимая, что же такого чжуцзы должен сказать, чего им нельзя слышать.
Войдя в комнату, Жун Шу сразу же перешла к делу:
— Дажэнь, товар, за которым дядя отправился в Фуцзянь, — это огнестрельное оружие?
Гу Чанцзинь как раз поднял чайник, чтобы налить Жун Шу чаю, и, когда он услышал эти слова, его рука слегка замерла.
Он угукнул, наполнил чашку на восемь десятых, пододвинул её к ней и сказал:
— Это действительно огнестрельное оружие. Морские разбойники с острова Сыфан постоянно закупают его у нескольких заморских государств. Оружие, которое они использовали при нападении на Янчжоу в этот раз, прибыло из страны Фолан. Оно обладает огромной мощью, а его убойная сила сравнима с новейшим вооружением, разработанным в лагере Шэньцзиин1. Если такая партия оружия будет доставлена в Шанцзин, последствия трудно даже представить.
Жун Шу молча приняла чашку.
Гу Чанцзинь поставил чайник, посмотрел на неё и спросил:
— Как Жун-гунян догадалась, что товар, за которым Шэнь Чжи отправился в Фуцзянь, — это огнестрельное оружие?
Жун Шу крепче сжала чашку и ответила:
— Дажэнь как-то говорил, что двенадцать лет назад Шэнь Чжи часто ездил в Шаньдунское управление по гражданским делам за солью, и каждый раз на обратном пути делал крюк через Цинчжоу. Шэнь Чжи ездил в Цинчжоу, чтобы встретиться со старым знакомым, а тот служил в вэйсо2.
Иначе откуда такое совпадение? Стоило морским разбойникам попытаться отнять груз, как его тут же спас цяньху из вэйсо?
— Двенадцать лет назад один человек из дома Чэнань-хоу как раз служил в вэйсо в Цинчжоу, — Жун Шу посмотрела на Гу Чанцзинь и, чеканя каждое слово, произнесла: — Мой второй дядя по линии отца, Жун Юй.
Жун Шу вылила немного чая на ладонь, обмакнула палец и написала на столе названия трёх мест: Фуцзянь, Шаньдун, Ляодун. Пока писала, она говорила:
— Отец моей эрбому служит глава области в Цюаньчжоу. Эрбофу изначально служил в вэйсо в Цинчжоу, а десять лет назад его перевели в дусы Ляодуна, на должность судьи в Цзиньчжоу.
Последним она написала слово «Шанцзин».
— Что касается Шанцзина, то это дом Чэнань-хоу. — Тонкий палец Жун Шу медленно скользнул по столу, соединяя эти названия. Голос её был спокоен: — Дажэнь, я подозреваю, что с Шэнь Чжи сговорился именно вторая ветвь хоу. А вот кто стоит за их спинами и почему им понадобилось тайно закупать огнестрельное оружие, зависит от того, к кому именно переметнулись дядя по материнской линии и второй дядя по отцовской линии.
Жун Шу не смела опрометчиво судить о положении дел в Шанцзине, как не смела и самовольно строить догадки о том, кто стоит за Шэнь Чжи и Жун Юем.
Она верила, что Гу Чанцзинь всё выяснит.
Только она не знала, что, как только прозвучали эти слова, Гу Чанцзинь резко поднял глаза, и в душе его словно огромный камень рухнул в воду, подняв волны.
Её тон был совершенно уверенным.
Одних лишь сведений о том, что Жун Юй служил в Цинчжоу и Ляодуне, а также что его тесть занимает пост главы области в Цюаньчжоу, было совершенно недостаточно, чтобы утверждать, будто Чэнань-хоуфу совершил тяжкое преступление вместе с Шэнь Чжи.
Зная её характер, она не должна была обвинять дом хоу, основываясь на зацепках, которые нельзя назвать железными доказательствами.
Тогда почему она так уверена?
Уверена, что Чэнань-хоу и Шэнь Чжи вместе совершили тяжкое преступление?
— Опираясь лишь на эти предположения, нельзя утверждать, что твой эрбофу и есть тот человек, который сговорился с Шэнь Чжи, как нельзя и утверждать, что Чэнань-хоуфу замешан в этом деле. Почему Жун-гунян так уверена, что Чэнань-хоуфу виновен?
Жун Шу подняла глаза и взглянула на Гу Чанцзиня.
Почему уверена?
Потому что в прошлой жизни Гу Чанцзинь однажды сказал: «Доказательства неопровержимы».
Жун Шу знала его. Если бы не твёрдые, как гора, доказательства, он бы так не сказал.
Когда-то она допускала мысль, что, возможно, произошла судебная ошибка.
Она лично приехала в управу Янчжоу именно ради того, чтобы найти эту крупицу вероятности, но, как назло, всё пошло вразрез с желаниями.
Шэнь Чжи не был чист, и семья Жун тоже не была чиста.
- Шэньцзиин (神机营, Shénjīyíng) — «Лагерь Божественного Механизма». Элитное подразделение императорской гвардии в Пекине, специализирующееся на использовании огнестрельного оружия и артиллерии. Статья на википедии на китайском, корейском, английском, вьетнамском и испанском: https://en.wikipedia.org/wiki/Shenjiying ↩︎
- Вэйсо (卫所, wèisuǒ) — система «страж и гарнизонов». Основная военно-административная единица эпох Мин и ранней Цин. ↩︎
