— И ещё сок из кислых слив, — добавила Сан Уянь.
— И, должно быть, у него очень влиятельная семья, — продолжила анализировать Чэн Инь. Семья человека, которого забирает «Мерседес», не может быть бедной. — Если соединить всё это вместе, сомнений не остаётся: среди богатых людей союзы между пожилыми мужчинами и молодыми женщинами — обычное дело, и у Юй Сяолу точно не было причин тебе врать. Вопрос сейчас в другом: почему Су Няньцинь скрывал это от тебя? Для таких современных женщин, как мы, богатство семьи — это же хорошо, почему бы не сказать правду?
— Я немного злюсь. Неужели я не заслуживаю того, чтобы знать правду? Неужели он хотел проверить, не охотница ли я за деньгами? Чэн Инь, я вдруг потеряла веру в любовь, — Сан Уянь взъерошила волосы. — Я в таком смятении.
— Да уж, когда в будущем денег будет столько, что их некуда девать, это и впрямь станет большой проблемой. Нам нужно всё хорошенько обсудить.
— Да ну тебя!
Сан Уянь сделала страдальческое лицо; она чувствовала, что никто не может помочь ей справиться с тревогой. Раньше она просто считала, что И Цзинь — это и есть Су Няньцинь, а Су Няньцинь — это И Цзинь, и это уже было самым большим секретом, который она хранила.
Су Няньцинь был совсем один в этом городе, его мать рано умерла. И хотя их отношения подвергались сильному давлению со стороны её семьи, Сан Уянь всегда чувствовала, что Су Няньцинь принадлежит только ей одной. Она понимала его.
Но всего за один день она внезапно обнаружила, что Су Няньцинь совсем не такой, каким она его себе представляла, и всё её прежнее представление о нём вмиг рухнуло.
И ко всему прочему, первым человеком, открывшим ей правду, был не сам Су Няньцинь!
Она позвонила Е Ли и попросила её поискать в интернете, что такое «семья Су из Шишаня». Судя по тону Юй Сяолу, это имя должно быть на слуху, так что информацию наверняка можно найти.
Результат оказался неожиданно пугающим.
Богатый и влиятельный клан, владеющий знаменитой маркой косметики LD.
Это был мир, который Сан Уянь даже не могла себе представить.
Е Ли спросила:
— Сан Уянь, ты же не собираешься менять работу?
Сидя в парке, Сан Уянь с трепетом набрала домашний номер, надеясь, что мать всё ещё захочет с ней разговаривать.
— Алло…
— Мама, это Янь-Янь.
На другом конце провода повисла тишина, было слышно только дыхание.
Не дождавшись ответа, Сан Уянь вдруг замялась, не зная, что сказать:
— Я… я хотела узнать, не ушли ли вы гулять.
— Нет, я дома одна, как раз собиралась выходить.
Услышав, что мать разговаривает с ней как прежде, Сан Уянь с облегчением выдохнула.
— Папа всё ещё в школе?
— Нет, да. Он в командировке, — мама Сан отвечала как-то невпопад.
— Дома всё хорошо?
— Конечно, всё хорошо, — тут же возразила мама Сан.
— Мам, больше не нужно переводить мне деньги на счёт, того, что я зарабатываю на подработке, вполне хватает.
— К выпускным экзаменам обязательно готовься серьёзно, а фотографии с церемонии вручения диплома пришли нам посмотреть, — мать снова заговорила в своём обычном тоне. — Деньги на жизнь мы будем присылать до самого твоего выпуска. Много ли ты там на своей подработке заработаешь? Девушка обязательно должна быть независимой, только имея собственные деньги, можно высоко держать голову.
— Угу. — Она понимала, что имеет в виду мать. Эти наставления она твёрдо помнила с самого детства.
Повесив трубку, она наконец поняла причину своего беспокойства. Мать когда-то говорила: даже если он богат и влиятелен, нам нечего и мечтать о том, чтобы породниться с такой семьёй.
С самого детства мать желала ей лишь простого счастья. Она была строга исключительно в вопросах учёбы и говорила: образование, университет и муж, чей статус и доход не сильно отличаются от твоих, — вот основа счастья.
Чрезмерное богатство было ей не по плечу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
