— Нянь Цинь, — Юй Вэйлань снова по привычке села рядом с Су Няньцинем и накрыла его ладонь своей рукой, — если бы Су-фужэнь была жива, она была бы очень рада. — Прошло много лет, но она всё ещё так называла мать Су Няньциня.
— Ты и есть нынешняя Су-фужэнь, — Су Няньцинь отдёрнул руку и съязвил.
Юй Вэйлань не обиделась на сарказм Су Няньциня и мягко произнесла: — Я тоже очень за тебя рада.
Су Няньцинь внезапно разозлился: — Конечно, ты рада больше всех. Потому что тебе больше не нужно об этом беспокоиться. Этот мужчина, который тебе опостылел и которого ты бросила, наконец-то может сковать кого-то другого своей любовью и больше не будет тебя преследовать! Су-фужэнь, тебе вовсе не стоит так обольщаться, твой пасынок никогда в жизни тебя не любил!
Юй Вэйлань смертельно побледнела, и лишь спустя долгое время к её лицу вернулись краски. — Столько лет прошло, прежде чем ты наконец высказал всё это. Видно, ты и правда искренне любишь Сан-гунян.
— Люблю я её или нет — тебя не касается.
— Завтра мы пообедаем всей семьёй в мире и согласии, чтобы не давать Сан-гунян повода для насмешек. Я ухожу, Нянь Цинь.
Как только Юй Вэйлань села в машину и закрыла дверцу, она увидела у входа в дом Су Няньциня девушку с короткой стрижкой. Та рылась в сумочке в поисках ключей, но, прокопавшись довольно долго и так их и не найдя, была вынуждена позвонить в звонок.
Это, должно быть, и была Сан Уянь, миниатюрная, хрупкая южанка. Юй Вэйлань подняла стекло, устало откинулась на спинку сиденья и велела водителю трогаться.
Сан Уянь начала нервничать: у неё не было с собой ключей, и она надеялась, что Су Няньцинь не ушёл. С этой мыслью она снова нажала на звонок.
— С меня хватит! Юй Вэйлань! — услышала она рёв Су Няньциня одновременно с тем, как открылась дверь.
Увидев его разгневанное лицо, она оторопела: — Я забыла ключи.
Не обращая внимания на его замешательство, она поспешила в дом собирать вещи.
— Что ты делаешь? — Су Няньцинь почувствовал неладное.
— Собираю вещи, — ответила она. — Передай своему отцу мои извинения, завтра я не смогу пойти.
Су Няньцинь крепко схватил её за запястье: — Куда ты собралась?
— Домой… — Она не знала, как ему объяснить. Сан Уянь казалось, что он ведёт себя крайне странно; она попыталась высвободить руку, но от этого хватка стала лишь болезненнее.
Гнев Су Няньциня сгустился ещё сильнее. Почему каждый раз, когда он собирался отвезти её в дом семьи Су, она сбегала? А в этот раз и вовсе решила уехать домой — туда, где он не сможет её найти.
Неужели она пожалела? Пожалела, что влюбилась в него, в слепца? Неужели этот день всё-таки настал?
— У моего а-де со здоровьем… — Сан Уянь терпела боль, не зная, как всё объяснить.
— Я знаю! — грубо перебил её Су Няньцинь. — Я всего лишь слепец, который губит твоё будущее! Они презирают меня, считают никчёмным и думают, что я стану для тебя обузой. А теперь ещё и пускают в ход уловки, чтобы заставить тебя вернуться!
— Су Няньцинь! — Сан Уянь уставилась на него. — Ты не имеешь права их порочить.
— Для меня, Су Няньциня, их презрение и гроша ломаного не стоит! — Гнев Су Няньциня разгорался всё ярче.
— Су Няньцинь, перестань капризничать без причины. Отпусти меня!
— Только если ты не уйдёшь, — нефокусирующиеся глаза Су Няньциня были полны мрака.
— Я должна вернуться.
— Я сказал, ты должна остаться!
— У тебя не выйдет!
Услышав это во второй раз, Су Няньцинь окончательно потерял самообладание и швырнул телефон, который сжимал в другой руке. Аппарат ударился о стену, отскочил и попал прямо в фоторамку у изголовья кровати. На снимке они вдвоём были запечатлены в институте Сан Уянь.
Оба предметы упали на пол. Ковёр был толстым, поэтому раздался лишь глухой звук.
Последовала тишина.
Су Няньцинь заговорил: — Только если ты не собираешься больше никогда возвращаться. — Затем он выпустил её руку.
— Су Няньцинь, если ты всё ещё этого хочешь, мы можем прямо сейчас пойти и зарегистрировать брак, — с ноткой безысходности произнесла Сан Уянь и бессильно опустилась на кровать, потирая правое запястье, которое он чуть не сломал.
— Мне, слепцу, не нужна ваша жалость, — язвительно бросил Су Няньцинь.
Сан Уянь подняла голову и долго смотрела на него, а затем тихо сказала: — Хватит, Нянь Цинь. Я устала. — Затем взяла вещи и ушла.
Это был первый раз, когда Су Няньцинь услышал, как Сан Уянь назвала его по имени, отбросив фамилию.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
