— Почему он выбрал именно такой способ?
— Он не хочет, чтобы ты его игнорировала.
— Неужели то, что я нежно встречаю его дома, не доказывает, что я его не игнорирую?
— Мужчины любят выражать себя определённым образом. Например, он хочет, чтобы ты носила кольцо в подтверждение своего статуса, и желает как-то подчеркнуть, что он для тебя на первом месте. Это их ритуал.
— Значит, я могу понимать это так, что он слишком сильно меня любит?
— Конечно, — Чжао Мэн уверенно кивнула, скрестив руки на груди.
— И мне придётся вечно ему потакать, если только я не решусь на развод?
— В каком-то смысле он ведёт себя по-детски. Когда он по-настоящему повзрослеет внутренне и обретёт чувство безопасности в браке, всё это исчезнет само собой.
По-детски? По пути домой Сан Уянь размышляла над этими словами. Хотя обе они изучали социальную психологию, Ли Лулу всегда считала властность Су Няньциня проявлением мужественности, а Чжао Мэн называла это ребячеством.
Мужчина? Ребёнок?
Был он мужчиной или ребёнком, его методы воспитания настоящего ребёнка были весьма своеобразными.
После того как Юй Вэйлань официально усыновила Сяо Цзе, его имя сменилось на Су Цзюньцзе. Все по-прежнему звали его Сяо Цзе, кроме Су Няньциня. Тот всегда обращался к нему по полному имени: «Су Цзюньцзе». С юридической точки зрения он был старшим братом Сяо Цзе.
Начиная с двух лет, после трёх лет лечения Сяо Цзе почти ничем не отличался от обычных детей. Однако он всё ещё был очень подвижным, замкнутым по натуре и плохо держал равновесие при ходьбе.
Сяо Цзе был необычайно привязан к Сан Уянь. Как говорила Юй Сяолу: «Оба брата из семьи Су попали под чары Сан Уянь». Он часто приходил в гости.
Сан Уянь и Юй Сяолу отправились в супермаркет за покупками, оставив Су Няньциня одного присматривать за ребёнком.
Су Няньцинь, как обычно, сидел на диване и слушал новости, не обращая на него внимания.
Сяо Цзе был гиперактивным и, конечно, не стал бы смирно сидеть на табуретке напротив. Он взял свою скамеечку и попытался взобраться по лестнице на второй этаж. Пройдя две ступеньки, он поскользнулся и упал на пол.
Услышав шум, Су Няньцинь подошёл и, склонив голову набок, позвал: — Су Цзюньцзе?
Малыш хмыкнул пару раз — верный признак того, что он собирается заплакать. Болезнь сделала его не склонным к слезам от рождения, но позже он обнаружил, что стоит ему заплакать, как Сан Уянь и остальные уделяют ему больше внимания. Так что он тоже начал пользоваться этим приёмом.
— Кровь есть? — спросил Су Няньцинь, глядя на него свысока.
— Нет, — ответил тот плаксивым голосом.
— Перелом есть? — безучастно спросил Су Няньцинь, ничуть не смущаясь тем, что он взрослый, а Сяо Цзе — пятилетний ребёнок.
Сяо Цзе не знал, что означает слово «перелом».
— Руки, ноги двигаются? — нетерпеливо пояснил Су Няньцинь.
— Угу, — с обидой ответил мальчик, и слёзы потекли по его щекам.
— Тогда всё в порядке, не плачь, — Су Няньцинь даже не наклонился, чтобы поднять его. Он просто развернулся и вернулся на своё место, продолжая заниматься своими делами, и скомандовал: — Вставай сам, и лучше не плачь.
— Почему нельзя плакать? — Сяо Цзе поджал губы, изо всех сил сдерживая слёзы. Он знал, что словам Су Няньциня обычно нельзя перечить.
— Ты мужчина, а мужчины защищают слабых. Как ты можешь плакать, когда вздумается?
— Но я же ребёнок.
— Ребёнок? Тот, кто умеет ходить и говорить, уже не считается ребёнком, — высказал своё мнение Су Няньцинь. — Су Цзюньцзе, помни, что ты мужчина. Обязанность мужчин семьи Су — защищать всех слабых в доме.
— Тогда я могу защищать У Янь-цзецзе?
— Её нет. Она находится под моей юрисдикцией, тебе придётся искать кого-то другого, — объявил Су Няньцинь, вскинув брови.
— О-о… — Сяо Цзе нахмурил светлые бровки, не до конца понимая смысл слов.
Сан Уянь заметила, что каждый раз после того, как Су Няньцинь и Сяо Цзе оставались наедине, в мальчике происходили перемены. Однажды она и Сяо Лу восторженно и без умолку обсуждали скидки в универмаге. Сяо Цзе сидел в одиночестве и рассматривал свои комиксы, но спустя какое-то время поднял голову, оглядел их обеих и с глубоким вздохом произнёс: — Эх, женщины…
В другой раз Сан Уянь порывисто решила искупать Сяо Цзе, но, к её удивлению, он не пустил её в ванную. Спрятавшись за дверью, он отчаянно сопротивлялся: — Ты женщина, а я мужчина! Как ты можешь смотреть, как я моюсь?
Вдалеке Су Няньцинь с удовлетворением кивнул.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
