Фан Лэй сказала:
— Кажется, перенесли на пораньше. В этом году говорят, что займут два дня выходных после Юаньданя, я планирую записаться.
Цин Е искоса взглянула на неё:
— А ты амбициозная.
Фан Лэй, нисколько не смутившись, ответила:
— Да нет, парень, который мне нравится, учится в Цзинь Чжун. Он в этом году будет участвовать, я хочу найти возможность повалить его.
Цин Е смотрела на Фан Лэй, которая сообщила это с полным спокойствием, и какое-то время не могла это переварить. Неужели она настолько суровая?
Затем подошла очередь Цин Е бросать. Фан Лэй специально подтолкнула её:
— Нечего глазеть в пустоту, твоя очередь.
Цин Е отозвалась «о», наклонилась и подняла ядро, покрутила подошвой кроссовка по земле, тряхнула конским хвостом. Её поза была и радующей глаз, и безупречной.
Те одноклассники, что раньше кучкой болтали сзади, завидев её настрой, замолчали. Все как один уставились на неё. Казалось, ученики второго класса питали к Цин Е какое-то необъяснимое ожидание. Им всегда чудилось, что любое дело у неё выходит невероятно круто.
Однако Цин Е, возможно, из-за того, что плохо спала прошлую ночь, была не в духе. Стоило ей вскинуть руку, как она почувствовала, что состояние не то, и в итоге при броске рука просто соскользнула.
Все остолбенели. Учитель Дун даже протёр глаза, думая, что его ослепило солнце. Он долго пытался разглядеть траекторию, но потом обнаружил, что ядро не только не улетело, а упало прямо у ног Цин Е и покатилось назад.
В мгновение ока весь класс начал смеяться, держась за животы.
Когда Цин Е, вытаращив глаза, обернулась, она внезапно обнаружила, что Ландай и его компания, сидевшие на краю спортплощадки, тоже смеются над ней. Краем глаза она заметила Син У: он сидел на синем кресле для отдыха, опершись на него руками. На нём была чёрная бейсболка, закрывавшая половину лица, так что выражения было не разглядеть, но на губах явно промелькнула усмешка.
Цин Е, надувшись от злости, показала учителю Дуну один палец, требуя ещё одну попытку.
Учитель Дун с улыбкой кивнул и крикнул:
— Давай, Цин Е, поднажми!
Стоявший сзади одноклассник подобрал ядро и протянул ей. На этот раз Цин Е собралась с духом, размяла запястья, её глаза превратились в два луча света, направленных вперёд. Она вскинула руку и совершила бросок — и в ту же секунду вокруг снова раздался безудержный хохот.
Ядро-то она бросила, и довольно далеко, вот только совсем не туда. Траектория была косой: снаряд полетел прямиком к краю площадки, изрядно напугав учителя Дуна. Он впервые видел настолько кривой прицел.
Затем ядро приземлилось и покатилось по прямой прямо к Син У. Цин Е клялась, что бросила наобум и совершенно не собиралась мстить. Можно было лишь сказать, что это было очень одухотворённое ядро.
Син У сохранял всё тот же ленивый вид. Когда ядро подкатилось к его ногам, он слегка прижал его ступнёй, и оно остановилось. Затем все увидели, как он небрежно наклонился, поднял ядро, пару раз подбросил его на ладони и… внезапно замахнулся в сторону Цин Е.
Цин Е даже не шелохнулась ни на волос, она стояла на месте, вскинув подбородок и глядя на него свысока. Зато её одноклассники в ужасе бросились врассыпную. Учитель Дун громко крикнул Син У:
— Не смей целиться в ученицу!
Едва он договорил, как Син У сменил направление и прицелился в него. Учитель Дун, прикрываясь руками, заорал:
— Я сказал не целиться в ученицу, но я не говорил целиться в учителя!
Все дружно расхохотались. Син У подбросил ядро и, даже не взглянув, ушёл со спортплощадки. Однако ученики и учитель, стоявшие сзади, были поражены: он умудрился забросить ядро точно в бак для инвентаря на краю поля. Такое расстояние и такую точность учитель Дун тоже видел впервые.
Хотя была зима, солнце припекало. После физкультуры все сняли куртки. Цин Е чувствовала, что у неё во рту пересохло, а язык обветрился, поэтому она решила сходить в школьный киоск за напитком. Сразу после уроков в киоске было не протолкнуться, от одного взгляда на толпу начинала болеть голова. Именно поэтому она никогда туда не ходила. Раньше она могла попросить Син У и остальных принести ей что-нибудь, но сейчас… Неужели она пойдёт на попятную из-за бутылки напитка? Это было бы слишком унизительно.
Цин Е с трудом пробралась к прилавку и сказала хозяину:
— Дайте бутылку жасминового медового чая.
Вдруг она почувствовала, что давка сзади ослабла. Обернувшись, она наткнулась на взгляд этих узких, острых глаз.
У Цин Е дрогнул уголок глаза. Какое совпадение, чёрт возьми, даже здесь столкнулись. Неудивительно, что те люди больше не смели толкаться и послушно ждали в очереди позади.
Син У потянулся вперёд, постучал по прилавку и сказал хозяину:
— Зажигалку.
Места было мало, и его рука случайно задела плечо Цин Е. Она невольно вздрогнула, словно от удара током.
Син У опустил глаза и посмотрел на неё, а она поспешно уставилась на витрину, как ни в чём не бывало.
Едва хозяин принёс чай и достал из-под прилавка зажигалку, Син У отсканировал код оплаты и, мазнув взглядом по чаю, бросил хозяину:
— Вместе.
Цин Е взяла напиток и отвернулась. Син У только что получил зажигалку и попробовал чиркнуть ею. Он стоял прямо перед Цин Е, так близко, что сделай она шаг вперёд — и врезалась бы прямо ему в грудь. Ей внезапно стало трудно дышать, особенно в такой сумбурной обстановке, когда вокруг куча учеников постоянно что-то покупала.
Но Син У не уступал дорогу, и она никак не могла выйти, оказавшись запертой в узком углу киоска. Чувствуя себя крайне неловко, она поспешно подняла голову и посмотрела на него. Он тоже как раз убрал зажигалку и опустил на неё взгляд. Это был совершенно обычный, ничем не примечательный обмен взглядами, но Цин Е почувствовала, как внутри неё разгорается пожар, а кровь закипает — эта мучительная любовь.
Син У первым развернулся и вышел, и только тогда Цин Е судорожно выдохнула. Выйдя из киоска, она открутила крышку и начала жадно глотать воду, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
Тут она услышала, как Хуанмао крикнул ей:
— Цин Е, ты пей помедленнее! Боже мой, ты так пьёшь, будто три года воды не видела.
Она тут же прыснула напитком. Повернув голову, она увидела, что Син У вовсе не ушёл. Хуанмао и остальные стояли снаружи киоска. В этот момент вся компания уставилась на её странное поведение. Особенно этот невыразительный взгляд Син У привёл к тому, что Цин Е сильно поперхнулась и начала яростно кашлять, согнувшись пополам. Её лицо покраснело от кашля.
Хуанмао взглянул на Син У. Тот стоял не шевелясь. Хуанмао не выдержал, подошёл и спросил:
— Ты в порядке?
Цин Е похлопала себя по груди, выпрямилась, махнула рукой и поспешно вернулась в класс.
Хуанмао обернулся и посмотрел на Син У, чьи брови постепенно сдвигались к переносице. Он почувствовал укол вины: неужели эти двое решили расстаться из-за него?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
Благодарю за перевод! Хуанмао получает приз зрительских симпатий. Шустрый фантазёр))).