В момент, когда их губы соприкоснулись, из самых глубин сердец внезапно вырвалось наружу томительное, жаркое чувство. Тела обоих слегка вздрогнули, но как раз в это время Панху, Фан Лэй, Ши Минь и остальные ребята подбежали к воротам и закричали:
— Цин Е, Цин Е, выходи скорее!
Этот мимолётный поцелуй прервался. Они резко отстранились и в оцепенении уставились друг на друга. Сяолинтун задрал голову и тут же заметил их силуэты на балконе.
— Цин Е, У-гэ, спускайтесь скорее! — закричал он, вытянув шею. — Чего вы там наверху застряли?
Щёки Цин Е покраснели, словно спелые яблоки. Не смея больше смотреть на Син У, она развернулась и сбежала вниз.
Стоило ей выйти, как Ши Минь и Фан Лэй бросились к ней и обняли. Парни тоже окружили Цин Е, наперебой твердя со смехом, что она стала ещё красивее. Цин Е горделиво поправила длинные волосы:
— А когда это я была некрасивой?
Вся компания, смеясь и подшучивая друг над другом, в обнимку направилась к ресторану. Син У вышел последним и запер дверь.
Цин Е обернулась и взглянула на него. Он как раз закончил с замком и, нагнав их, поднял на неё глаза. Многое сейчас нельзя было произнести вслух, поэтому все чувства остались скрыты в этом взгляде.
Цин Е поспешно отвела глаза. В руках у Син У была лёгкая куртка. Здесь дули сильные ветры, и подол короткого платья Цин Е то и дело взлетал, обнажая нежную белую кожу ног, что неизменно привлекало к себе немало взоров.
Он в несколько шагов догнал её и, обхватив руками за талию, повязал куртку поверх платья. Все тут же остановились, подняв шум и издевательское улюлюканье.
Цин Е, чувствуя неловкость, сказала ему:
— С ней будет жарко.
Син У, опустив глаза, завязал рукава узлом и тоном, не терпящим возражений, произнёс:
— Носи так. В ресторане кондиционер холодный.
Цин Е не стала спорить и вернулась к Ши Минь и остальным девушкам. Вечером пришли и Ландай с Чжан Каем. Вся огромная компания уселась за стол, принявшись пировать без меры.
Только тогда Цин Е услышала, что по делу Да Цао скоро вынесут приговор. Неизвестно, не решили ли те старики из Антан намеренно выставить Да Цао «козлом отпущения», но в ходе следствия на нём вскрылось больше одного-двух эпизодов. Похоже, на этот раз он выйдет нескоро.
Снова заговорили о Гаокао. Фан Лэй, Панху и Ши Минь сдали экзамены неплохо — как минимум на 450 баллов и выше. Ши Минь спросила Цин Е, выбрала ли она уже зарубежный университет.
Все посмотрели на неё, и только Син У, опустив глаза, задумчиво вращал в руках бокал. Цин Е с улыбкой ответила:
— Сначала дождёмся результатов.
Затем она спросила Фан Лэй:
— А ты? Какие планы?
— Баллов для Сямэньского университета, скорее всего, не хватит, — призналась Фан Лэй. — Сейчас изучаю специальности в других вузах Сямэня. Цин Е, поможешь мне потом проанализировать варианты?
Цин Е кивнула:
— Конечно, поболтаем после ужина.
Что касается Панху, он сказал, что до сих пор в растерянности. Специальности, на которых настаивают родители, его совсем не интересуют, а те, что нравятся ему самому, они не одобряют. Из-за этого в последнее время дома постоянные раздоры.
Позже, когда ужин уже подходил к концу, Цин Е увидела, что Панху направился в уборную. Она тоже встала, вышла следом и окликнула его:
— Староста.
Панху обернулся и, почесав затылок, добродушно усмехнулся:
— Ну какой из меня ст-староста.
Цин Е подошла к нему и сказала:
— После возвращения в Пекин я советовалась с одной знакомой моего отца, врачом. Она говорит, что в твоём случае, если исключить генетику, проблема может быть связана с физиологическим развитием и психологическим давлением. Я рассказала ей о тебе, и когда она услышала, что при сильном эмоциональном всплеске симптомы облегчаются, то подтвердила: методики коррекции существуют. Хочешь попробовать?
Улыбка на лице Панху постепенно угасла, сменившись невыразимым волнением:
— К-какие методики? Нужно и-идти к врачу?
— Если ты согласен, я могу снова связаться с ней, взять контакты специалиста и попросить составить план лечения. Но главное — это ты сам. Я слышала, что при твоём состоянии основной упор делается на психотерапию. Придётся тратить уйму времени на декламацию, тренировку дыхания и произношения. Это долгий процесс, и, возможно, придётся приложить огромные усилия, чтобы полностью преодолеть этот речевой барьер. Ты…
— Я-я хочу попробовать, — Панху твёрдо посмотрел на Цин Е, словно то гнетущее чувство неопределённости, преследовавшее его с окончания экзаменов, внезапно нашло выход.
Цин Е улыбнулась:
— Хорошо. Как только вернусь, сразу поговорю с ней и свяжусь с тобой.
Панху кивнул. Цин Е развернулась, чтобы идти обратно в зал, но Панху окликнул её:
— Ц-цин Е, спасибо тебе. П-правда, спасибо.
Цин Е повернула голову и приподняла уголки губ:
— Да брось, за что спасибо.
Она толкнула дверь в зал, а в душе взволнованного Панху внезапно зашевелились те самые семена надежды, что были запрятаны глубоко внутри. Туманный путь впереди вдруг стал проясняться в его сердце.
Войдя в комнату, Цин Е села рядом с Ши Минь. Сидящий напротив Син У поднял на неё взгляд. Народу было слишком много, и за весь вечер они почти не перемолвились и парой слов.
Возможно, оттого, что все понимали, насколько трудный путь предстоит пройти Цин Е и Син У, никто, кроме Ши Минь, задавшей вопрос об учёбе, больше не подшучивал над ними.
Ужин закончился в шумной и весёлой обстановке. Все немного выпили, но знали меру.
Когда все начали расходиться, Фан Лэй сказала Цин Е:
— Давай немного пройдёмся.
Цин Е со всеми попрощалась. Слегка захмелевшая Фан Лэй обернулась и с улыбкой спросила Син У:
— Ты ведь не против, если я одолжу твою Цин Е на пару минут?
Син У безмятежно и невозмутимо усмехнулся, присел на каменную скамью у дороги и достал телефон.
Цин Е с Фан Лэй перешли дорогу и недолго поговорили на углу противоположной улицы.
Спустя какое-то время Син У поднял голову и увидел, что лицо Фан Лэй изменилось. В конце разговора она крепко обняла Цин Е и судорожно закивала ей в плечо. Кажется… она даже плакала.
Затем Цин Е посадила её в такси, попрощалась и вернулась на эту сторону дороги.
Син У встал, убрал телефон и, взглянув вслед уехавшей машине, спросил:
— Почему она плакала?
Цин Е помолчала мгновение и ответила:
— Тогда, после завершения «Кубка Дэвида», я случайно увидела черновик Вэй Дуна.
Син У слегка нахмурился от удивления:
— Так это он и был?
Цин Е кивнула.
— Почему ты тогда не сказала Фан Лэй?
Цин Е невесело усмехнулась и пошла рядом с ним по полутёмному переулку:
— Фан Лэй тогда была в состоянии такого неестественного подъёма сил, она умоляла меня помочь ей. Если бы я сказала ей правду, она могла бы потерять всякий стимул. У меня не поднялась рука сказать.
Син У смотрел на их тени, бесшумно сливающиеся на земле, и рассеянно произнёс:
— Значит, сейчас ты ей всё рассказала?
— Да. Думаю, она должна знать. А какой путь она выберет в будущем — это ей уже решать самой.
Син У промолчал. Отличие Цин Е от Фан Лэй заключалось в том, что как бы сильно Цин Е ни любила человека, она никогда не теряла ориентиров. Она не способна была забыть о своём изначальном стремлении ради кого-то другого, и именно этот уникальный свет, исходящий от неё, заставлял Син У не отрывать от неё глаз.
Вскоре Цин Е заметила, что они идут вовсе не в сторону дома. Она повернулась к Син У и спросила:
— Мы не домой?
— Дома не спится.
Цин Е снова огляделась по сторонам:
— Хм, но и в сторону гостиницы мы тоже не идём.
Син У остановился и поймал машину:
— В гостиницу не поедем.
Цин Е только хотела спросить «куда?», но Син У уже открыл дверцу машины и обернулся к ней. Она решила больше не расспрашивать.
В итоге машина поехала прямиком в центр уезда и остановилась перед входом в очень дорогой отель. По иронии судьбы Цин Е уже бывала здесь один раз — именно в этом отеле останавливались отец и Сунь-шу во время прошлого визита.
Пятьсот-шестьсот юаней за ночь — по меркам этого уезда отель считался пятизвёздочным и люксовым. Выйдя из машины, она посмотрела на парадный вход и, затормозив, сказала Син У:
— Вообще-то, в гостинице тоже можно было бы перекантоваться одну ночь.
Син У бросил на неё быстрый взгляд и уверенно зашагал внутрь. Цин Е оставалось только идти следом. Девушка на стойке регистрации спросила, сколько номеров им нужно.
Он посмотрел на Цин Е. Она уставилась то в небо, то в землю, бегая глазами и делая вид, что ничего не слышит. Син У перевёл взгляд на администратора и произнёс:
— Один номер на одну ночь.
Затем он обернулся к Цин Е:
— Твоё удостоверение личности.
Цин Е протянула ему удостоверение личности, и администратор снова спросил его:
— Какой тип номера? Есть улучшенный номер с большой кроватью и люкс с большой кроватью.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
