И именно в этот день пришли результаты Всекитайской олимпиады по физике.
Цзян Янь, как и надеялся, получил первую премию. На всю страну было всего пять первых премий, и, поговаривали, он занял среди них второе место.
Школа Янмин впервые удостоилась такой награды. Тотчас вывесили почетные списки и плакаты, а главная страница официального сайта школы запестрела красными поздравительными заголовками — было шумно и торжественно.
Все завидовали и восхваляли его.
Три года старшей школы Цзян Янь прошел всего за половину срока и успешно завоевал кубок на самой вершине.
Классный руководитель и учитель физики не могли сдержать радостных улыбок, но, вспомнив о Чжоу Вань, невольно принимались вздыхать.
Когда Цзян Янь вышел из учительской, уже прозвенел звонок на урок, но он, что случалось редко, не спешил возвращаться в класс.
В коридоре никого не было. Он прислонился к окну, наблюдая за одноклассниками на спортивной площадке неподалеку. До него доносились радостные крики и смех, полные бьющей через край жизненной энергии.
На лице Цзян Яня заиграла редкая расслабленная улыбка.
Он достал из кармана телефон, включил его и позвонил матери.
— Алло? — Цзян Вэньшэн сняла трубку. — А Янь, что случилось?
— Мам, я получил первую премию, — улыбнулся Цзян Янь. — Меня зачислят без экзаменов.
Цзян Вэньшэн надолго застыла. Она долго молчала, а когда снова заговорила, в ее голосе слышались слезы:
— А Янь, мама знала, что ты обязательно добьешься успеха, что ты будешь самым успешным из всех.
— Да, я добьюсь успеха, — сказал Цзян Янь. — Мам, не волнуйся.
Цзян Янь не хотел радовать мать попусту. Хотя после сверки ответов он был уверен в себе на семьдесят процентов, он ничего ей не говорил. Сердце Цзян Вэньшэн все еще неистово колотилось, она без конца повторяла: «Как хорошо», «Как же это хорошо».
Спустя некоторое время она спросила:
— Ты уже сказал своему папе?
— Еще нет.
— Тогда не забудь позвонить ему чуть позже, он обязательно должен знать, — сказала Цзян Вэньшэн. — Ты такой успешный, твой папа наверняка будет гордиться, когда узнает.
Цзян Янь усмехнулся:
— Хорошо.
Повесив трубку, Цзян Янь набрал Лу Чжунъюэ, но никто не ответил — вероятно, тот был занят.
Тогда он отправил Лу Чжунъюэ сообщение.
Лишь к вечеру Лу Чжунъюэ прислал в ответ голосовое сообщение. Он смеялся и звучал очень довольным:
— Тебя зачислят без экзаменов? А Янь, какой молодец. Какую награду ты хочешь? Папа тебе купит.
[Цзян Янь: Мне ничего не нужно. Папа, давай просто пообедаем вместе.]
[Лу Чжунъюэ: Можно. Но сегодня я немного занят. Может, придешь ко мне в компанию после уроков? Когда освобожусь, я тебя отведу.]
Цзян Янь замер, долго глядя на это сообщение.
Раньше он никогда не бывал в компании Лу Чжунъюэ, не говоря уже о том, чтобы прийти к нему вот так открыто.
Похоже, эта первая премия действительно позволила Лу Чжунъюэ почувствовать, что сын оправдал его ожидания, и он преисполнился гордости.
…
После школы Цзян Янь прямиком отправился в компанию Лу Чжунъюэ.
Стоя перед возвышающимся небоскребом, он почувствовал прилив воодушевления. Он надеялся, что в будущем тоже станет таким человеком — добьется успеха, и никто больше не посмеет смотреть на него свысока.
Он вошел в двери и сказал на ресепшене, что ищет господина Лу.
— Ищете господина Лу? — Девушка окинула его взглядом, явно сомневаясь в цели его визита. — У вас назначено?
Лу Чжунъюэ не предупредил ее заранее.
Возможно, был слишком занят во второй половине дня.
— Нет, я…
Цзян Янь запнулся, так и не произнеся слова «его сын».
Если бы он это сказал, его могли бы принять за сумасшедшего и выставить вон. Подавив неприятное чувство в груди, он произнес:
— Вы можете ему позвонить. Меня зовут Цзян Янь.
Секретарь позвонила по внутренней линии.
Вскоре разрешение было получено, и она проводила Цзян Яня наверх.
Когда они поднимались в лифте, тот остановился на одном из этажей. Вошел мужчина и, увидев их двоих, небрежно подшутил над секретарем:
— Сяо Лю, этот красавчик — твой сын?
— О чем вы, Чэнь Цзу, — секретарь не обиделась на подобную шутку. — Я еще молода, откуда у меня такой взрослый сын.
— Так я тебя хвалю. Только такую красавицу, как наша Сяо Лю, могли обмануть и увести в столь юном возрасте.
В деловой среде такие шутки с легким намеком на пошлость были обычным делом.
Цзян Янь стоял в стороне, выпрямив спину и молча сжав кулаки.
Он чувствовал гнев и унижение, словно его глубоко оскорбили.
Как только двери лифта открылись, он зашагал прочь, не оглядываясь.
Войдя в кабинет Лу Чжунъюэ, тот поднял голову и, увидев Цзян Яня, с улыбкой встал и похлопал его по плечу:
— Молодец, А Янь. Порадовал отца.
Цзян Янь скромно ответил:
— Жаль, что среди первых премий только второе место, а не первое по стране.
— Да что в этом такого, — сказал Лу Чжунъюэ. — Первая премия — это первая премия. Никто не смотрит, первое там место, второе или третье.
Цзян Янь улыбнулся:
— Наверное.
— Тогда посиди пока здесь, подожди меня немного. Как разберусь с делами, пойдем есть.
— Угу, папа, занимайся делами, я не спешу.
Цзян Янь сел на диван в стороне. За все те годы, что он себя помнил, он редко играл в телефоне, проводя каждую секунду за учебой. Оказавшись в кои-то веки свободным, он даже растерялся, не зная, чем заняться.
Он бесцельно полистал что-то в телефоне, а затем взял с полки журнал.
Именно в этот момент дверь в кабинет внезапно распахнулась.
Цзян Янь поднял голову и увидел седого, но бодрого старика. Он замер на мгновение и тут же догадался: это, должно быть, старый господин Лу.
Лу Чжунъюэ мгновенно посмотрел в сторону Цзян Яня. Старый господин Лу заметил это, обернулся и едва заметно нахмурился.
— Господин председатель, — кивнул Цзян Янь.
— Хм, — отозвался старый господин Лу. — Ты, выйди на минуту.
Цзян Янь взглянул на Лу Чжунъюэ:
— Хорошо.
Он вышел из кабинета и прикрыл дверь.
В тот миг, когда дверь закрылась, он услышал голос старого господина Лу:
— Ты сейчас ведешь себя всё более вызывающе. Зачем притащил его в компанию? Что? Хочешь, чтобы все в компании знали, что он твой внебрачный сын, чтобы потом ему было легче отобрать власть у А Сяо?
— Папа, сегодня А Янь получил первую премию на олимпиаде государственного уровня, его зачислят без экзаменов. Я позвал его, чтобы потом сходить пообедать, — сказал Лу Чжунъюэ. — В конце концов, ребенку все эти годы было нелегко.
— Ему было нелегко, а А Сяо, значит, легко? — Старый господин Лу заговорил тоном, не терпящим возражений. — У вас, отца и сына, ни один на другого не похож: отец не ведет себя как отец, а сын — как сын. Если у тебя есть свободное время, лучше бы уделял больше внимания родному сыну.
При этих словах Лу Чжунъюэ вспылил:
— А чего А Сяо не хватает? В еде или одежде я его никогда не ограничивал. Но он просто не хочет браться за ум. Сколько бед он раньше ни творил, я все улаживал. Что я еще могу сделать?
Старый господин Лу холодно усмехнулся и, глядя на Лу Чжунъюэ, спросил в ответ:
— И в том, что он стал таким, нет твоей вины?
На этот раз Лу Чжунъюэ промолчал.
Старый господин Лу отодвинул стул перед рабочим столом и сел, отставив трость в сторону и положив руки на колени:
— Слышал, ты расстался с Го Сянлин?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
