Она набрала 706 баллов, в этот раз первое место у неё.
Слабая улыбка на лице Цзян Яня застыла, он недоверчиво посмотрел на свой листок с результатами.
Сидящие внизу одноклассники снова зашумели.
— В каком смысле? Первое место в этот раз у Чжоу Вань?
— Битва титанов!
— Офигеть, мы стали свидетелями истории!
…
Классный руководитель с улыбкой сказал:
— Экзаменационные листы в этот раз действительно были сложными, набрать больше 700 баллов непросто. Вы оба продолжайте стараться. Раз уж вас посадили за одну парту, присматривайте друг за другом и мотивируйте друг друга.
Вернувшись на место, Чжоу Вань украдкой взглянула на Цзян Яня.
Он уже выложил работы по всем предметам и начал внимательно сверять их с листком результатов.
К вечеру вывесили общий рейтинг параллели.
Все заметили, что в этот раз первое и второе места поменялись местами.
Само по себе это не стоило бы столь бурного обсуждения, но Чжоу Вань была той самой «слуховой» девушкой Лу Сисяо.
Вскоре на школьном форуме начались обсуждения.
— Учебный бог и есть учебный бог, даже отношения не влияют на результаты.
— Какое там «не влияют», тут после расставания оценки даже выросли!
— У Чжоу Вань мозги вообще как у простых смертных? Я видела прежних подружек Лу Сисяо — после того как их бросали, каждая рыдала и убивалась, худея на глазах.
— Кстати говоря, после разрыва у Чжоу Вань и впрямь никакой реакции.
— Сверху, нечего гадать, расстались они или нет, я вчера видел их вместе за ужином в барбекю-ресторане, они всё еще вместе.
— Твою мать? Это еще более жутко. С тех пор как Лу Сисяо впервые ждал Чжоу Вань у ворот школы, прошло уже больше месяца, верно? У Лу Сисяо хоть одна девушка держалась дольше месяца?!
…
Чжоу Вань просмотрела ветку сообщений.
Никто не знал, что на самом деле они с Лу Сисяо начали встречаться только вчера.
Сегодня шел лишь второй день.
Вот только на второй день их отношений уроки уже почти закончились, а они еще даже не общались.
Лу Сисяо сегодня вообще не пришел в школу.
Чжоу Вань не знала, с какой частотой нормально переписываться, когда встречаешься, поэтому решила просто связаться с ним после уроков.
Прозвенел звонок с последнего урока.
Чжоу Вань собрала вещи и вместе с Цзян Янем отправилась на факультатив по подготовке к олимпиаде по физике.
Преподаватели по всем предметам сегодня разобрали листы ежемесячного экзамена. Раньше Цзян Янь получал почти высшие баллы по естественным наукам и математике, но в этот раз с математикой не задалось, поэтому он и оказался на втором месте.
Чжоу Вань видела ошибки в его работе. Странно, он ошибся не в самых сложных задачах, а допустил несколько оплошностей по невнимательности, хотя Цзян Янь вовсе не был небрежным человеком.
— Цзян Янь, — спросила Чжоу Вань, — ты в последнее время плохо отдыхал?
Цзян Янь потер переносицу:
— Да, в последнее время ложусь очень поздно.
— На самом деле, если бы ты сдал математику как обычно, то снова был бы первым, — сказала Чжоу Вань. — Мы только во втором классе старшей школы, до госэкзаменов еще больше года, не нервничай так сильно.
Цзян Янь взглянул на неё и кивнул:
— Угу.
Спустя мгновение он добавил:
— Чжоу Вань, на самом деле я не ревную к твоему первому месту.
Чжоу Вань повернула голову.
— Я давно говорил тебе, что ты очень умная. Если ты приложишь все силы, я не смогу быть тебе достойным соперником. Поэтому в моих глазах ты — знамя, которое подстегивает и мотивирует меня усердно учиться и не опускать планку. — Цзян Янь продолжил: — Удержаться на первом месте, конечно, непросто, поэтому я должен очень, очень сильно стараться.
— С твоими нынешними баллами ты точно сможешь поступить на ведущую специальность в престижный университет, первое или второе место на самом деле не так уж важны.
По мнению Чжоу Вань, место не имело значения, гораздо важнее было соревноваться с собой: главное, чтобы не было регресса по сравнению с собственными результатами.
— Ты не понимаешь. — Цзян Янь усмехнулся. — Первое место — это первое место, а второе — это ничто. В будущем, когда мы выйдем в общество, всё будет именно так.
Чжоу Вань задумалась. Ей не нужно было, чтобы другие её помнили, поэтому ей было всё равно, первая она или нет. Возможно, дело в том, что Цзян Янь с детства рос в такой семье. В его представлении той, кого все видели и кто наслаждался роскошью и богатством, была Шэнь Лань, в то время как его мать, Цзян Вэньшэн, никогда не могла выйти на свет. Поэтому он так дорожил славой и выгодой, так хотел выбиться в люди. Он хотел, чтобы однажды Цзян Вэньшэн зажила богатой жизнью, и мечтал когда-нибудь с гордостью вернуться в семью Лу и получить признание Лу Чжунъюэ.
Но в этой истории виновником был Лу Чжунъюэ.
Цзян Янь не ненавидел Лу Чжунъюэ, а вместо этого питал вражду к Лу Сисяо и Шэнь Лань, которые были такими же жертвами.
Хотя Чжоу Вань и Цзян Янь были друзьями много лет, в этот момент ей всё же стало обидно и горько за Лу Сисяо. Ведь именно он был тем, кто пострадал больше всех. Он не сделал ничего плохого и даже не имел возможности выбирать; он бессильно дошел до сегодняшнего состояния, но кто мог бы пожалеть его или вступиться за него?
Чжоу Вань подумала, что теперь она, пожалуй, наконец может понять характер Лу Сисяо.
Ему не хватало любви, он боялся одиночества, не любил быть один, но в то же время не выносил шума. Он крепко связал самого себя, не давая никому шанса по-настоящему войти в его сердце. Поэтому у него было так много сомнительных друзей и так много девушек, но людей, которые действительно его знали, было ничтожно мало. Стоило кому-то проявить излишнюю инициативу или напор, как он чувствовал, что его территорию захватывают, начинал раздражаться, испытывать отвращение и хотел поскорее отделаться.
…
Занятие по олимпиаде закончилось, Чжоу Вань и Цзян Янь вместе вышли из школы.
Внезапно её взгляд замер: неподалеку стоял Лу Сисяо.
Она едва заметно улыбнулась и быстрым шагом направилась к нему, но Цзян Янь вдруг окликнул её.
Чжоу Вань знала, что он хочет сказать, но на этот раз не дала ему шанса. Она обернулась, махнула Цзян Яню рукой и решительно произнесла:
— До понедельника.
Лу Сисяо смотрел на подбежавшую к нему девчонку в школьной форме; её лицо и она сама выглядели чистыми и невинными. Он небрежно мазнул взглядом по Цзян Яню, затем отвел глаза и положил руку на плечо Чжоу Вань.
— Что будем есть? — спросил он.
— Всё что угодно.
Лу Сисяо был разборчив в еде, и заведения, в которые он её водил, всегда были очень вкусными. В этот раз они пошли в ресторан японской кухни.
Такие рестораны были очень дорогими; Чжоу Вань раньше ела только те суши, которые можно заказать доставкой, поэтому она просто повторяла за Лу Сисяо.
Рыба была нежной и таяла во рту. Гусиная печень тоже была очень мягкой. Только вот к васаби она никак не могла привыкнуть.
Посреди трапезы позвонил Цзян Фань. На том конце гремела музыка, он звал его поскорее приходить.
Лу Сисяо опустил глаза:
— Не пойду.
— Сяо-е, вы уже сто лет у нас не были. Мы тут все каждую ночь томимся в одиночестве, только вас и ждем, — паясничал Цзян Фань.
Лу Сисяо с некоторым отвращением поджал губы:
— Проваливай.
Сказав это, он повесил трубку.
Чжоу Вань спросила:
— Ты не пойдешь?
— Посмотрим. — Лу Сисяо отхлебнул ледяного напитка. — Чем займешься через некоторое время?
«Это же отношения, нужно тратить время и силы, чтобы быть вместе», — подумала Чжоу Вань.
Вот только по возвращении домой ей снова придется не спать всю ночь, делая уроки.
— У меня нет дел. Если хочешь пойти, я могу пойти с тобой.
Лу Сисяо поднял глаза и вскинул бровь:
— Они в караоке, хочешь туда?
Чжоу Вань поджала губы и кивнула.
Он усмехнулся:
— Тогда идем.
Чжоу Вань смотрела на то, как он улыбается.
На самом деле Лу Сисяо был очень красив, когда улыбался: морщинки у глаз разглаживались, в его вечно пустых и равнодушных глазах редко, но появлялись искры интереса, сам он становился каким-то расслабленным, выглядел вольным и небрежным, источая мощную харизму.
Чжоу Вань тоже не удержалась и слегка приподняла уголки губ, мягко улыбнувшись.
Сейчас Лу Сисяо, должно быть, счастлив.
Закончив ужинать, они спустились вниз. Лу Сисяо стоял у кассы и расплачивался. Чжоу Вань мельком глянула на чек и вздрогнула: они только что наели больше чем на тысячу.
Чжоу Вань никогда в жизни не ела такую дорогую еду.
Пока Лу Сисяо ловил такси, она всё же не выдержала и сказала:
— Лу Сисяо, давай мы больше не будем приходить в это место.
Он повернул голову:
— Не вкусно?
— Очень вкусно, — тихо ответила Чжоу Вань. — Но слишком дорого.
Он ответил как ни в чем не бывало:
— Тогда в следующий раз сменим заведение.
Чжоу Вань кивнула:
— Я позже переведу тебе деньги.
— Каких денег?
— За ужин. Это слишком дорого, давай я отдам тебе половину.
Лу Сисяо усмехнулся:
— Чжоу Вань, это не то, о чем тебе стоит беспокоиться.
Она не совсем поняла и, опешив, задрала голову, глядя на Лу Сисяо.
Он вызвал такси, убрал телефон в карман и наклонился к ней.
Чжоу Вань инстинктивно отклонилась назад, ее глаза расширились. С такого близкого расстояния она видела лицо Лу Сисяо, а ее нос наполнился его запахом.
Его голос был низким, в нем слышалась насмешка:
— Тебе стоит беспокоиться о том, чтобы хорошенько приглядывать за моими деньгами и не позволять мне тратить их на других девушек.
Чжоу Вань застыла, и спустя три секунды на ее щеках проступил румянец.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
