— Потому что мы трое — те, кого он может видеть насквозь и полностью контролировать… Разумеется, за исключением моей неграмотности. В конце концов, я притворяюсь дольше, чем он живет на свете.
Сян Хайкуй поняла, что он имел в виду: он призывал её не недооценивать клан Шаньхай, ведь они трое не отражали общий уровень тамошних великих старейшин.
Пока она размышляла об этом, Тянькуан снова подал безумный сигнал тревоги.
На этот раз Сян Хайкуй была совершенно спокойна. Когда короткая стрела подлетела к ней, она всё так же поймала её рукой, но на этот раз в ладони осталась лишь горсть земляной крошки.
Земляная крошка уплотнилась и вновь устремилась в её линтай.
Она услышала, как У Сян вскрикнул:
— Отец?
Новый голос прозвучал довольно взволнованно:
— Сян-Сян!
Сян Хайкуй вздрогнула. Неужели в этот раз призвали отца У Сян-цяньбэя?
Нет, У Сян-цяньбэй говорил, что в его роду в каждом поколении рождается лишь один. Может, это приёмный отец?
У Сян:
— Сначала поздоровайся с ученицей Лао Ци.
— О, верно, — представился новый голос. — Я из клана Шаньхай Бася, Ба Ин.
Бася? Сян Хайкуй потребовалось мгновение, чтобы вспомнить: это другое имя Биси, шестого из девяти сыновей дракона.
Так вот что это за «баба». На её лице проступили чёрные полосы раздражения:
— Сян Хайкуй приветствует цяньбэя.
Ба Ин хихикнул:
— Куй-Куй, умница, не будь такой официальной. Я твоего учителя дядей зову, так что мы с тобой одного ранга. Обычно сверстники зовут меня Баба, но ты слишком мала для этого, так что… зови меня Ба-гэгэ.
Сян Хайкуй:
— Ба-гэгэ!
Ба Ин расхохотался:
— В самом деле, ученица дяди Ци, как есть решительная!
Конечно, решительная! Если даже У Сян зовёт его «баба», а она будет звать «гэгэ», то это же чистая выгода.
Покончив с внутренними возражениями, Сян Хайкуй сказала:
— Давайте вернёмся к делу. Ба-гэгэ, вы знаете что-нибудь о Малом дереве Цзяньму?..
Она снова пересказала всю историю, добавив к ней предположения У Сяна.
Ба Ин вынес окончательный вердикт:
— Это точно Малое дерево Цзяньму. Маленькое деревце, что бегает на своих двоих, но стоит привязать его к месту, как со временем его корни прорастут в Мир теней.
— В Мир теней? — Сян Хайкуй была поражена.
Ба Ин:
— Да, оно служит своего рода проходом между миром людей и Миром теней, но осуществить это крайне трудно.
Сян Хайкуй:
— Почему?
Ба Ин:
— Эти два плода — Плод Чистой Благости и Плод Мутной Злобы — объект вожделения и праведников, и грешников. Стоит плоду покинуть дерево, и оно погибает. Это во-первых.
— Даже если плоды никто не сорвёт, созрев, они примут человеческий облик и отделятся от дерева, и оно всё равно погибнет. Это во-вторых.
— И даже если плоды не отделятся, чтобы привязать Малое дерево Цзяньму к земле в царстве смертных, потребуется огромное количество небесных кристаллов. А они из Верхнего мира, у смертных нет к ним доступа. Это в-третьих.
У Сян спросил:
— Ты говорила, что твой друг по фамилии Лу с самого детства жил в божественной башне?
Сян Хайкуй:
— Да, родные твердили, что он проживёт недолго, и так оберегали его…
У Сян задал ещё один вопрос:
— У него есть брат-близнец?
— Да.
— О, теперь я понимаю, вот в чём дело, — произнёс У Сян. — Эти двое братьев и есть те самые плоды, что принесло Малое дерево Цзяньму, обретя человеческий облик. Семья Лу раньше не позволяла ему выходить из башни, а теперь не позволяет покидать столицу, и всё из страха, что дерево засохнет. Похоже, корни Малого дерева Цзяньму уже опутали весь город… Баба.
Ба Ин:
— Куй-Куй, топни ногой.
Она не знала, какую силу он применил, но внезапно Сян Хайкуй почувствовала, что её ноги словно налились свинцом. Она с трудом приподняла одну и с грохотом опустила.
Кольцевая волна разошлась от её стопы. Дыхание Сян Хайкуй замерло: в то мгновение, когда пошла рябь, она увидела на сотни чжанов1 под землёй густое переплетение корней!
Ба Ин полюбопытствовал:
— Но откуда у семьи Лу небесные кристаллы? Вырастить Малое дерево Цзяньму за двести лет — такая щедрость под силу только великим кланам Верхнего мира.
У Сян:
— А мне больше любопытно, зачем семья Лу вообще его растит?
Ба Ин:
— Хотят прогуляться по Миру теней? Город Бианьчэн довольно красив.
У Сян:
— Это зависит от того, куда проросли корни. Если не в Бианьчэн, а в Земли девяти горестей, то там полно свирепых тварей и злых духов, не подлежащих перерождению. Если они выберутся через проход Малого дерева Цзяньму…
И гадать не нужно — столицу ждёт беда.
Земли девяти горестей огромны и находятся далеко от Бианьчэня. Пока чиновники Мира теней хватятся, прольются реки крови.
У Сян Хайкуй сердце ушло в пятки от услышанного:
— Семья Лу мастера наживаться на войне. Неужели они задумали провернуть что-то грандиозное во время банкета в честь дня рождения Цзиньлин-вана?!
Ба Ин:
— Куй-Куй, топни ещё раз.
Он снова высвободил немного силы, и после того как Сян Хайкуй топнула, переплетение корней внизу вновь на миг проступило.
Ба Ин произнёс:
— Ещё недостаточно. Нужно растить его ещё как минимум года два-три, чтобы пробить барьер Мира теней. Разве что они добудут живую душу представителя Небесного клана и принесут её в жертву…
Живая душа Небесного клана… Сян Хайкуй на мгновение оцепенела, в её голове загудело:
— Но такая душа действительно есть! Сян Тяньцин!
— Дело дрянь! — Сян Хайкуй хлопнула себя по лбу, пытаясь привести в порядок мысли, окончательно запутавшиеся от переизбытка информации. — Они и правда могли планировать открыть проход в Мир теней через несколько дней, но теперь их обнаружил Сяо Бай, а я бросилась в погоню… Они наверняка решат действовать раньше!
— Сян-гунян.
Она как раз раздумывала, что ей следует предпринять в первую очередь, когда в её море сознания ворвался ещё один голос.
Источник звука был иным: кто-то поблизости обратился к ней с помощью передачи голоса.
Она проследила взглядом за звуком и увидела, как в кроне раскидистого дерева неподалёку внезапно возникла тёмная фигура.
Её зрачки сузились: это была та самая тень, что раньше появилась за спиной хозяина лавки!
На этот раз тень не исчезла, а наоборот, стала густеть, словно пятно туши, и вскоре приняла человеческий облик.
Человек этот выглядел худощавым, он был облачён в алое одеяние. У него были продолговатые, чарующие глаза и тонкие алые губы — вылитый лис-оборотень.
Жаль только, что шрам на левой щеке — старый след от меча — портил его красоту.
В её море сознания одновременно прозвучали голоса У Сяна и Ба Ина:
— Цюэ Чи!
У Сян:
— Похоже, корни Малого дерева Цзяньму и впрямь проросли в Земли девяти горестей. Я слышал, что Цюэ Чи был запечатан именно там. И надо же, он выбрался.
Ба Ин презрительно сплюнул:
— Мир тесен для врагов2.
- чжан (丈, zhàng) — традиционная китайская единица измерения длины, равная примерно 3,33 метра. ↩︎
- Мир тесен для врагов (冤家路窄, yuānjiā lù zhǎi) — китайская идиома, буквально означающая «на узкой дороге врагам не разойтись», что указывает на неизбежность встречи. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
