Ся Сяолань проводила Ян Юнхун в родную деревню, и эта поездка всколыхнула мысли местных жителей.
Все знали, что учеба помогает выбиться в люди.
Но вложения были столь велики, что могли попросту пойти прахом.
Не каждый мог, подобно Ян Юнхун, на одном лишь упрямстве пересдать экзамены и поступить в Хуацин. Она часто твердила, что не блещет умом, но не будь её интеллект выше среднего, она и за десять лет пересдач не смогла бы даже приблизиться к порогу университета Хуацин.
Уровень образования в деревне и впрямь оставлял желать лучшего.
Ся Сяолань всю дорогу размышляла над этим: что еще она может сделать, помимо того, чтобы дарить книги?
К родным краям Ян Юнхун она не питала особых чувств. Если говорить о нынешних временах, то единственным учебным заведением, к которому она была привязана, помимо университета Хуацин, была Первая средняя школа уезда Аньцин.
Учителя Первой средней школы уезда Аньцин относились к ней по-доброму, и Ся Сяолань не могла этого забыть. Пожертвовать деньги напрямую и, подобно Ду Чжаохуэю, учредить стипендию в Первой средней школе уезда Аньцин? Стипендия, безусловно, помогла бы части учеников, но Ся Сяолань казалось, что это слишком прямолинейно и грубо, да и эффект будет недостаточно велик.
Денег у неё пока было недостаточно; вероятно, она сможет взяться за это дело лишь после завершения проекта Цзиньшачи.
Нет, не нужно ждать прибыли от проекта Цзиньшачи. Когда работы в гостинице «Наньхай» пройдут приемку, она и дядя получат остаток платежа.
Прибыль в несколько сотен тысяч — сумма немалая, ей стоит попробовать сделать доброе дело… Хотя бы в благодарность небесам за дарованный ей шанс на перерождение!
Мысли Ся Сяолань прояснились, на душе стало легко, и встреча с Чжоу Чэном прошла в приподнятом настроении.
— Товарищ Чжоу Чэн, я должна признать свою ошибку! Обещала навестить тебя до начала семестра, но нарушила слово!
Ся Сяолань в знак примирения подняла руки вверх. Разве мог Чжоу Чэн на неё сердиться?
— Почему мне кажется, что ты признаешь вину с нескрываемой радостью? Ты вчера ночевала у Ян Юнхун?
Перед отъездом Ся Сяолань звонила Чжоу Чэну. Он был против её ночных поездок за рулем, и лишь когда она сказала, что с ней будет Ян Юнхун, Чжоу Чэн нехотя согласился.
То, что Ся Сяолань остановилась в доме семьи Ян, Чжоу Чэн одобрял целиком и полностью.
Одинокая женщина в гостинице поздно вечером — к тому же такая красавица, да еще и на машине… Чжоу Чэн не мог быть спокоен.
Ся Сяолань взяла Чжоу Чэна под руку. На спортивной площадке раздались одобрительные возгласы.
Её поведение было слишком смелым и пылким; другие курсанты завидовали Чжоу Чэну, а Цзянь Янь, сжимая в руках мяч, молча наблюдала за ними.
Ся Сяолань помахала рукой в сторону площадки, а Чжоу Чэн просто не знал, что с ней делать.
— Я жила у семьи Лао Ян. Условия там скромные, но родители её очень радушные, утром даже курицу зарезали, чтобы меня угостить. У меня есть одна идея, хочу обсудить её в твоей комнате… Ладно, не смотри на меня так. Я намеренно демонстрирую свое присутствие. Что поделать, раз вы с Цзянь Янь снова стали друзьями? Некая героиня смотрит на моего парня хищным взглядом, и если я промолчу, что подумает Цзянь Янь? Решит, что я её ни во что не ставлю?
«Стальные» прямолинейные девушки всегда говорят в лоб.
Ревность есть ревность, осторожность есть осторожность.
Даже Юй Найнай понимала эту истину. Какой бы «стальной» ни была Ся Сяолань, она не могла оставаться абсолютно бесчувственной.
Иначе это была бы не прямолинейная девушка, а просто безмозглый булыжник у дороги.
Ся Сяолань, держа Чжоу Чэна под руку, направилась к общежитию. На площадке посыпались обсуждения, а соседка Цзянь Янь по комнате хмыкнула:
— Что это с невестой Чжоу Чэна? Совсем не заботится о приличиях!
Цзянь Янь подпрыгнула и с силой забросила мяч в корзину:
— Ничего не поделаешь, Чжоу Чэн сам её выбрал, она ему нравится. И не говорите о ней гадостей. Она очень способная в учебе, учится на архитектурном факультете Хуацина, а туда поступить крайне сложно.
Солдатам не обязательно иметь высокие ученые степени.
Но те, кто попадал на переподготовку в сухопутную академию, были элитой армии, и здравого смысла им было не занимать.
Поступить в университет Хуацин действительно было трудно, поэтому соседка Цзянь Янь замолчала.
По пути в Пэнчэн Ся Сяолань безжалостно отчитала Цзянь Янь. Ся Сяолань заявила, что вполне достойна Чжоу Чэна, и Цзянь Янь, отбросив предубеждения, в конце концов навела справки о её прошлом.
Что тут скажешь — происхождение незавидное, деревенская девчонка из провинции Юнань.
Но Ся Сяолань, чья внешность казалась изнеженной и даже слегка легкомысленной, на деле оказалась железной леди. Всего за два года она не только перевезла семью в Пекин и поступила на архитектурный факультет Хуацина, но и создала собственное дело в Пэнчэне… Это было не просто «сильно» — такие достижения в любом месте назвали бы выдающимися.
Неудивительно, что Ся Сяолань держалась так уверенно.
«Так вот почему семья Чжоу тебя приняла».
Цзянь Янь смотрела на опустевший коридор, вспоминая всё, что узнала о Ся Сяолань.
Что ж, будь та никчемным человеком, она бы не заслуживала того, чтобы стать соперницей Цзянь Янь. В мире нет ничего идеального: у выдающихся успехов есть свои плюсы, но есть и немало ограничений.
У Ся Сяолань сильный характер, она не любит проигрывать. Видимо, из-за своего простого происхождения она из кожи вон лезет, чтобы никто не сказал, будто она выскочка, охотящаяся за Чжоу Чэном?
Но силы человека не безграничны. Ся Сяолань приходится разрываться между учебой и бизнесом — много ли времени у неё остается на Чжоу Чэна?
К тому же Цзянь Янь разузнала, что Ся Сяолань заняла первое место в общенациональном конкурсе английского языка среди студентов, а победителей Министерство образования отправляет за границу по обмену.
Разве могла Ся Сяолань отказаться от такой удачи?
Скорее всего, уже в следующем году Ся Сяолань уедет из страны.
Цзянь Янь чувствовала, что вполне может еще немного подождать.
Пань Сангэ советовал ей отступить и успокоиться, но с какой стати она должна отступать?
Ведь это она первой познакомилась с Чжоу Чэном.
Если бы не конфликт её двоюродного брата Цзян У с Пань Сангэ, их связь с Чжоу Чэном не прервалась бы на такой долгий срок, и у него не было бы шанса познакомиться с Ся Сяолань. Всего нужно добиваться самой. Цзянь Янь не спешила — поживем-увидим. Находясь рядом изо дня в день, Чжоу Чэн рано или поздно заметит её достоинства!
Подставлять или притеснять Ся Сяолань?
Цзянь Янь не стала бы этого делать, её гордость не позволяла опускаться до такого.
Ся Сяолань умна и красива, но и Цзянь Янь считала себя не хуже.
Разве Чжоу Чэну нужно, чтобы Ся Сяолань зарабатывала столько денег?
Ся Сяолань запуталась в своих заблуждениях и сама того не замечала, а Цзянь Янь, разумеется, не собиралась по доброте душевной подсказывать сопернице.
***
— Ты сегодня и впрямь очень довольная, что случилось?
Чжоу Чэн был крайне чувствителен к настроению Ся Сяолань: он сразу понимал, когда она радуется, а когда сердится.
Она радовалась каждой встрече с ним в сухопутной академии, но эта радость была особенной.
В комнате никого не было. Ся Сяолань слегка откашлялась. Когда Чжоу Чэн подошел ближе, она толкнула его на стул и страстно поцеловала.
Чжоу Чэн на мгновение опешил, но уже в следующую секунду перехватил инициативу.
От такого внезапного подарка не отказался бы ни один нормальный мужчина.
Ся Сяолань обхватила его за шею, и к концу поцелуя оба тяжело дышали. Дверь комнаты была приоткрыта, и Чжоу Чэн, опасаясь, что кто-нибудь может зайти, помог Ся Сяолань поправить одежду:
— Теперь-то расскажешь?
Ся Сяолань не могла сдержать торжества и поведала о том, как взвинтила цену на землю в Цзиньшачи с жалких трех миллионов до пятнадцати.
Она не хвасталась — просто эта сделка стала её первым настоящим успехом после перерождения, делом, которое она провернула сама, без чьей-либо помощи. Ей хотелось разделить этот восторг с любимым человеком, и её глаза так и просили похвалы.
Чжоу Чэн был искренне поражен.
— Те несколько сотен тысяч, которые я передал тебе через Кан Вэя… А теперь ты говоришь, что у тебя есть участок стоимостью в пятнадцать миллионов?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
