Госпожа Хо, Сунь Наньчжэнь, не любила, когда к ней обращались, прибавляя фамилию мужа.
Она никогда не считала, что ценность женщины определяется тем, за какого мужчину она вышла замуж… Если бы муж был амбициозным — это одно, но если он уступает собственной жене, то о таком супруге и вовсе не стоит беспокоиться.
Сунь Наньчжэнь больше нравилось, когда её называли «третьей мисс Сун». Несмотря на то, что ей было уже за сорок и называть её «мисс» казалось неуместным, некоторые ловкачи всё же величали её так, чем неизменно доставляли ей радость.
Разве женщина, выйдя замуж, перестаёт иметь отношение к родительской семье и больше не может вмешиваться в её дела?
Сунь Наньчжэнь не хотела жить такой жалкой жизнью.
На самом деле сейчас «мисс Сун» могли называться только дочери её братьев, а в глазах посторонних Сунь Наньчжэнь уже давно считалась членом семьи Хо.
Сама она, конечно, не могла с этим смириться и теперь по полгода проводила в родительском доме, не желая подолгу оставаться в Шанхае.
Семья Сун не входила в один круг с семьями Чжоу, Кан или Шао. Из-за старика Сун они словно очертили собственный круг и, кроме родственников по браку, почти ни с кем не поддерживали отношений.
Сунь Наньчжэнь была этим весьма недовольна: старик всегда требовал от членов семьи вести себя скромно.
Он предъявлял высокие требования к работе своих детей, но при этом сам же сдерживал их продвижение по службе.
В то время как потомки других старых революционеров вроде него служили в армии или занимались политикой, старик Сун выталкивал детей на предприятия, не позволяя им приближаться к центрам власти. Сунь Наньчжэнь никак не могла этого понять.
Почему он предпочитал помогать ресурсами такому чужаку, как Тан Хунэн, вместо того чтобы использовать их для своих родных?
Сунь Наньчжэнь не понимала замыслов старика, как не понимали их и остальные члены семьи Сун. И чем благороднее и бескорыстнее вёл себя старик Сун, тем крепче его родные цеплялись за таких «учеников и старых соратников», как Тан Хунэн. Старик пожертвовал интересами собственных детей, чтобы продвинуть чужака Тан Хунэна, и тот, разумеется, должен был отплатить семье Сун.
Старик был уже в летах, и хотя здоровье его оставалось крепким, семья Сун уже вовсю строила планы на будущее.
Тан Хунэн был в разводе больше десяти лет и всё это время не женился, поэтому Сунь Наньчжэнь крайне беспокоил его семейный статус. Не только её, но и всю семью Сун объединяла общая мысль: Тан Хунэн должен жениться на ком-то, кто близок к их дому.
Однако все эти годы Тан Хунэн, казалось, не мог забыть свою бывшую жену и под разными предлогами уклонялся от повторного брака, когда бы об этом ни заходила речь.
У Сунь Наньчжэнь была своя кандидатура, у других членов семьи Сун — свои соображения. Внутри семьи не было единства, а поскольку сам Тан Хунэн не проявлял интереса, дело зашло в тупик. И вот теперь, когда Тан Хунэн внезапно открыто заявил о своих отношениях с некой женщиной, это равновесие было мгновенно нарушено.
Сунь Наньчжэнь всего несколько дней назад вернулась в Шанхай, но сразу же вылетела обратно в Пекин.
Неважно, знали ли об этой новости остальные члены семьи, — Сунь Наньчжэнь должна была сама разузнать всё в мельчайших подробностях. Она направилась прямиком в пекинский филиал «Дунфэн Холдингс», чтобы найти сына, Хо Чэньчжоу:
— Ты об этом совсем ничего не знал?!
Хо Чэньчжоу находился в Пекине ещё до Дня образования КНР и в последнее время совсем не ездил в Пэнчэн. Внезапный допрос матери привел его в замешательство:
— Мама, о чём вы говорите?
Сунь Наньчжэнь пересказала полученные новости, и Хо Чэньчжоу всё понял:
— Тогда это, должно быть, правда. Разве я не говорил вам? Мэр Тан потребовал, чтобы я сотрудничал с одной небольшой компанией под названием «Юаньхуэй». Не то чтобы у неё совсем не было потенциала, просто квалификация слишком слабая. Однако мэр Тан очень доверяет той стороне. Владельца «Юаньхуэй» зовут Лю Юн.
Оба по фамилии Лю — либо шурин, либо деверь. Хо Чэньчжоу наконец-то распутал эти связи.
Он налил Сунь Наньчжэнь чашку чая:
— И только ради этого вы снова примчались из Шанхая в Пекин? Дедушке не нравится, когда вы надолго уезжаете из дома. Если он узнает, что вы едва вернулись в Шанхай и тут же примчались обратно, он обязательно будет вас отчитывать.
Из-за того, что Сунь Наньчжэнь постоянно сбегала в родительский дом, старик Сун однажды сказал, что она не справляется с ролью невестки в семье Хо, и добавил, что ему стыдно перед сватами.
Если бы не эти слова, довлеющие над ней, она бы жила в Пекине постоянно, не желая возвращаться в Шанхай.
Замечание сына вызвало у неё лёгкое недовольство:
— Ты думаешь, мне нравится мотаться туда-сюда? Просто твой отец не хочет работать в Пекине, а я не могу привыкнуть к шанхайской кухне. Наши бытовые разногласия непримиримы: если мы долго живем вместе, то начинаем ссориться, так что раздельное проживание для обоих — облегчение. И не смей меня поучать. Как бы дедушка тебя ни любил, я всё равно твоя мать. Лучше ответь на мой вопрос: Тан Хунэн так опекает постороннего человека, а ты мне раньше об этом не сказал! Из-за того, что я узнала новости так поздно, мы упустили инициативу!
Сунь Наньчжэнь ничуть не скрывала того факта, что её отношения с отцом Хо Чэньчжоу давно охладели.
Она была крайне обеспокоена тем, что Тан Хунэн открыто заявил о связи с другой женщиной. Хо Чэньчжоу, будучи молодым человеком, искренне не понимал:
— О чём тут было рассказывать? Мало того, что я и сам раньше ничего не знал, так даже если бы и знал — какой смысл об этом говорить? По-моему, мэр Тан, кроме слов дедушки, наше мнение ни во что не ставит!
Сунь Наньчжэнь положила руку на крышку чайной чашки. Несмотря на то, что ей было уже за сорок, и она сама была женой, матерью и невесткой, её пальцы оставались изящными, нежными и гладкими — сразу было видно, что она никогда в жизни не знала тяжёлого труда.
Она произнесла с упрёком:
— Глупый ты ребёнок! Он уже сейчас что-то от тебя скрывает, неужели ты надеешься, что в будущем он будет помогать тебе от всей души? Тан Хунэн не самый высокопоставленный среди тех, кого ценит твой дедушка, но он в самом расцвете сил, и, судя по тому, как идут дела, в будущем он наверняка добьётся многого. Сейчас он не смеет нас не слушать только из уважения к твоему дедушке, но когда старика не станет, боюсь, он перестанет усердствовать ради семьи Сун! Если он решит снова жениться, статус его избранницы имеет огромное значение. Это не может быть кто-то, кого мы не знаем.
Прожить в замужестве столько лет и всё ещё считать себя частью семьи Сун — пожалуй, только Сунь Наньчжэнь могла говорить об этом так естественно.
Хо Чэньчжоу тоже привык к подобным рассуждениям матери.
Хотя он и носил фамилию Хо, но с самого детства, впитывая атмосферу в доме, считал себя членом семьи Сун.
Какое значение имеет фамилия?
То, что из всех внуков дедушка больше всего любил именно его, было лучшим доказательством.
Под влиянием старика Сун Хо Чэньчжоу предпочитал открытую игру и честные стратегии. Он не слишком одобрял подход своей матери, пытавшейся привязать Тан Хунэна через манипуляции с его женитьбой.
— Сейчас говорить об этом уже поздно. Я вижу, что мэр Тан очень дорожит этой новой дамой. Она ещё даже не вошла в дом, а он уже продвигает её родственников и разрывает связи с семьей Цзи. Если бы ему нравились те, кого вы предлагали раньше, этой женщины бы и близко не было.
Хо Чэньчжоу никогда не видел Лю Фэнь.
Но он видел её дочь, Ся Сяолань — прелестную и очаровательную девушку, которая ни в чём не уступала кинозвёздам. Должно быть, и мать её была весьма недурна собой.
Раз мэру Тану нравятся такие, посторонние ничего не смогут с этим поделать.
Сунь Наньчжэнь подняла чашку:
— Почему поздно? Раньше я думала, что он всё ещё хранит чувства к бывшей жене, Цзи Я, но раз теперь он смог сойтись с другой, почему бы ему не принять ту, кого предложу я? Впрочем, не беспокойся. Твой дедушка очень опекает Тан Хунэна и всегда запрещает нам вмешиваться в его дела, поэтому я не стану делать ничего, что могло бы рассердить старика… Эту задачу я переложу на плечи твоей второй тёти. У неё в родне есть двоюродная сестра, которой скоро тридцать, а она всё не замужем, твердит, что влюбилась в Тан Хунэна с первого взгляда. Вот пусть они и суетятся.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
