Упав в бассейн, Ду Чжаохуэй мгновенно пришел в себя.
Под ошеломленными взглядами толпы промокший до нитки молодой господин Ду упрямо отказывался от помощи и даже пытался сохранять невозмутимый вид:
— Вместо того чтобы столько болтать, лучше попробовать самому.
С приклеенной к лицу ухмылкой он поплыл к краю, и, даже когда он перестал прилагать усилия, течение действительно начало подталкивать его внутрь.
Тан Юаньюэ смотрел на дорогую брендовую одежду Ду Чжаохуэя, на его кожаные туфли, которым было категорически нельзя соприкасаться с водой, и на знаменитые часы, которые, по слухам, были водонепроницаемыми, хотя вряд ли кто-то в здравом уме стал бы в них плавать:
— …Чжаохуэй всегда такой порывистый, он принес большую жертву ради моего бизнеса.
Ся Сяолань бросила на него пару взглядов и отвернулась, предоставив Ду Чжаохуэю барахтаться в воде. Этот человек был настоящим психом, а нормальным людям не стоит пытаться предугадать мысли психа.
Ду Чжаохуэй из чистого упрямства проплыл еще несколько кругов и только потом выбрался наружу. С его туфель ручьями стекала вода, тщательно уложенная прическа окончательно развалилась, а из-за того, что он сам по себе был худым, облепившая тело мокрая одежда придавала ему комичный вид.
Очевидно, у него пропало всякое желание оставаться здесь. Был уже полдень, и от дуновения ветра он дважды чихнул.
— Брат Тан, я, пожалуй, пойду.
Ду Чжаохуэй сам затеял это безумство, но Тан Юаньюэ чувствовал себя крайне неловко:
— Господа, я пойду провожу Чжаохуэя.
Как только эти двое ушли, Лю Юн спросил Хо Чэньчжоу:
— Менеджер Хо, часть работ, выполненная нашим «Юаньхуэй», прошла ли на этот раз проверку?
Хо Чэньчжоу не нашел к чему придраться, эксперт по приемке кивнул, и Хо Чэньчжоу ответил весьма прямолинейно:
— Господин Лю, в этот раз наше сотрудничество было очень приятным. Объект принят, и остаток суммы скоро поступит на счет «Юаньхуэй».
В процессе отделки Лю Юн не раз заставлял рабочих все переделывать. Стоило ему обнаружить хоть какое-то несоответствие стандартам, он, не боясь лишних хлопот, тут же велел все сносить и делать заново. И только теперь, услышав от Хо Чэньчжоу готовность произвести окончательный расчет, он по-настоящему успокоился.
Лицо Ся Сяолань тоже так и сияло от радости.
Отель «Наньхай», вероятно, принес ей несколько сотен тысяч прибыли. Это не шло ни в какое сравнение со спекуляцией землей — там цена была завышена лишь на бумаге, ведь она не могла на самом деле продать те участки. А деньги, заработанные на отделке отеля «Наньхай», были настоящими, живыми деньгами, которые упадут прямо ей в руки. Это была самая крупная сумма, которую Ся Сяолань заработала к настоящему моменту, и как тут было не радоваться!
Хо Чэньчжоу обернулся и сказал руководителю из «Хуацзянь»:
— Участок «Юаньхуэй» принят, а вот то, за что отвечает «Хуацзянь», боюсь, придется исправлять.
Руководитель «Хуацзянь» выглядел недовольным.
Но поделать ничего было нельзя: факты говорили сами за себя. «Юаньхуэй» трудились в напряжении от начала до конца, в то время как «Хуацзянь» сначала расслабились, а потом начали наверстывать. Если бы проверка шла по графику, проблем бы не возникло, но Хо Чэньчжоу провел ее досрочно, и в некоторых местах «Хуацзянь» действительно сработали небрежно из-за спешки.
— Менеджер Хо…
Руководитель «Хуацзянь» задержал Хо Чэньчжоу, а Ся Сяолань и Лю Юн первыми спустились вниз.
Оставшись без посторонних, дядя с племянницей могли говорить свободно.
Лю Юн первым делом заговорил о Ду Чжаохуэе:
— Зачем этот человек прибегал? Я видел, он преградил тебе путь, чтобы поговорить.
Ся Сяолань немного подумала и не стала ничего скрывать:
— Он сказал мне, что уволил Ся Дачжуна. Скорее всего, он пронюхал новости и решил, что дяде Тану будет неприятно видеть Ся Дачжуна рядом с ним, вот и пришел ко мне, чтобы выслужиться!
Продать одну и ту же услугу дважды — в этом был весь бесстыжий Ду Чжаохуэй.
И неважно, что Ся Дачжун когда-то спас ему жизнь; в глазах Ду Чжаохуэя жизнь спасителя не стоила ломаного гроша. Ся Сяолань становилась все более бдительной в отношении него: Ду Чжаохуэй действовал абсолютно без всяких моральных границ, глядя лишь на то, какую выгоду можно извлечь.
Лю Юн злорадно усмехнулся:
— Так ему и надо, поделом! Я уже слышал от твоей тети, что все семейство Ся перебралось в Пэнчэн на вольные хлеба. Посмотрим, как теперь заживет Ся Дачжун без покровительства Ду Чжаохуэя!
Ненависть Лю Юна к семье Ся пропитала его до мозга костей.
Если у Ся Сяолань неприязнь к ним сформировалась позже, то Лю Юн был связан с ними родством долгие годы. Он не мог забыть, сколько обид перенесла А Фэнь и как семья Ся издевалась над его сестрой и племянницей. Он винил лишь себя за то, что в прошлом был никчемным бездельником, из-за чего те позволяли себе безнаказанно третировать Лю Фэнь и Сяолань.
Такую ошибку Лю Юн совершил один раз и больше никогда не позволит себе повторить.
Тан Хунэн и Ся Дачжун — это разные люди, но даже если сейчас он добр к А Фэнь, что делать, если в будущем все изменится? Единственное, что мог Лю Юн — это развивать свой бизнес. Если у него не будет власти, то по крайней мере будут деньги!
— Вся эта семейка Ся — сущие паразиты, я даже не хочу тратить силы, чтобы следить за ними. Дело даже не в возмездии, а в их гнилой натуре: они только и делают, что строят друг другу козни и тянут друг друга на дно. С таким характером они никогда не заживут хорошо. Дядя, нам даже руки марать не нужно, они сами скатятся в нищету. То, что сказал мне Ду Чжаохуэй, не так важно. Куда интереснее то, о чем говорил Хо Чэньчжоу: он хочет построить в Пэнчэне коммерческий небоскреб, чтобы сдавать помещения под офисы различным организациям и компаниям. Дядя, тебе это интересно?
Лю Юн потер руки:
— На этом можно заработать?
Ся Сяолань кивнула:
— Это долгосрочный актив, доход идет от аренды, и в будущем здание будет только расти в цене. Это не жилой дом, который нужно построить и поскорее продать, чтобы вернуть капитал. Коммерческое здание, которое планирует Хо Чэньчжоу, скорее всего, будет предназначено только для аренды.
Между бизнес-центром и торговым комплексом есть разница, и Ся Сяолань пока не знала, что именно задумал Хо Чэньчжоу. Она очень завидовала мощному капиталу «Дунфэн Холдингс». Ей тоже безумно хотелось владеть такой недвижимостью, которая гарантированно вырастет в цене, но нынешние условия ей этого не позволяли.
Раз Ся Сяолань сказала, что на этом можно заработать, Лю Юн загорелся идеей.
Но у него тоже почти не было свободного капитала.
Дядя и племянница долго шепотом обсуждали планы: Ся Сяолань хотела получить возможность практического опыта, а Лю Юн мечтал о подряде на отделочные работы в этом здании.
— Тут заранее не скажешь. Некоторые компании предпочитают сами заниматься отделкой арендованных офисов, так что вы можете рассчитывать только на базовые черновые работы. Кстати, Тан Юаньюэ нанял «Юаньхуэй» для отделки своего офиса? Вам стоит внимательно изучить интерьеры офисных зданий. «Мэй Хуа» — гонконгская компания, и отделка офисов у них должна быть весьма изысканной.
Значит, придется все же взять заказ Тан Юаньюэ?
Тот явно метил в Сяолань, но Лю Юн, сдерживая улыбку, решил, что просто так к племяннице его не подпустит.
— У гонконгцев водятся деньги, и мне было бы не по себе, если бы я их не заработал.
***
— Апчхи!
Промокший Ду Чжаохуэй сел в машину, и А Хуа тут же велел водителю включить кондиционер на полную мощность. От резкой смены температуры Ду Чжаохуэй расчихался еще сильнее.
В машине были одни мужчины, поэтому он не стесняясь стянул мокрую одежду. К счастью, в салоне нашелся запасной комплект. Ду Чжаохуэй наскоро вытерся и переоделся. Свалиться в бассейн на ровном месте — это было просто чертовски странно!
Да уж, стоило ему встретить Ся Сяолань, как все начинало идти наперекосяк.
Ду Чжаохуэй злился, вспоминая, каким взглядом провожал его Тан Юаньюэ.
А Хуа не знал, почему молодой господин упал в воду, так как не следовал за ним в тот момент, но он усвоил правило: о делах босса лучше лишний раз не спрашивать!
Из-за этих перепадов температуры к вечеру у Ду Чжаохуэя начался жар. В бреду он начал нести какую-то чепуху, и А Хуа поспешно вызвал врача. Лишь к середине ночи лихорадка отступила. Ослабевший Ду Чжаохуэй поднялся, чтобы выпить воды.
А Хуа отводил глаза, не смея смотреть на него, и Ду Чжаохуэй окликнул его:
— Ты чего мечешься? Я тебя что, сожру, черт побери?
А Хуа молча отступил на пару метров:
— Молодой господин, пока у вас был жар, вы в бреду семнадцать раз назвали имя мисс Ся Сяолань.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
