Снова пришло время Ся Сяолань идти в школу.
Она не стала намеренно скрывать свой маршрут и невозмутимо шла по улице, ведущей к школьным воротам, — а разве этот путь не лежал мимо закусочной Чжан?
Чжан Цуй глаза проглядела, поджидая Ся Сяолань. Прошло немало дней, прежде чем ей удалось её выкараулить. Всё это время она пребывала в прострации, не могла сосредоточиться даже на готовке. Посетители жаловались, что начинка в баоцзы то пересолена, то пресна, и в итоге Чжан Цуй просто перепоручила эту работу Цзян Лянсян.
В закусочной Чжан самым искусным мастером оставалась Чжан Цуй. Она три года держала лоток с едой в уездном городе и, хоть поначалу готовила невкусно, постепенно набила руку.
Заботясь о доходах заведения, Чжан Цуй, даже став хозяйкой, не смела расслабляться. Её брат Чжан Маньфу отвечал за замешивание теста, Цзян Лянсян была на подхвате, но именно Чжан Цуй владела секретом вкуса: сколько положить приправ, каково должно быть соотношение овощей и мяса — в этом у неё было больше всего опыта… Но сейчас все её мысли были заняты Ся Сяолань.
Поначалу она думала, что стоит им обратиться к директору Суню, и исключение Ся Сяолань будет делом решённым. Кто же знал, что, несмотря на все подношения, жена директора школы в прошлый раз сама придет к ним, чтобы прочитать нотацию.
Ся Сяолань теперь стала прилежной ученицей?
Ещё и наговорила, как нелегко Ся Сяолань даётся учёба, и что семья Ся должна отбросить предрассудки и больше ей помогать.
Чжан Цуй так разозлилась, что её чуть удар не хватил!
Помогать Ся Сяолань? Она скорее с ума сойдёт.
Сердце было не на месте: Чжан Цуй не могла ни есть, ни спать спокойно, неужели Ся Сяолань и вправду сможет стать студенткой? Она велела Ся Чанчжэну что-нибудь придумать, но тот и сам был в ярости — Ся Сяолань и Лю Фэнь даже прописку переоформили, так что семья Ся больше не имела над ними власти. Ся Сяолань не зависела от их содержания и уж тем более не нуждалась в их помощи с оплатой учёбы, поэтому у Ся Чанчжэна и Чжан Цуй не осталось никаких рычагов давления.
— Позволить Дачжуну вмешаться?
Ся Чанчжэн покачал головой. Его второй брат хоть и не был умён, но не до такой же степени он глуп.
Ся Сяолань больше не тянула деньги из семьи, и если она поступит в университет, её родному отцу, возможно, перепадёт частичка славы. Ся Дачжун хоть и остолоп, но не слабоумный, с чего бы ему мешать Ся Сяолань учиться? К тому же Дачжун всё равно не смог бы её обуздать — девчонка совсем отбилась от рук.
— Чжан Эрлай из деревни Шипоцзы получил пожизненное…
Ся Чанчжэн очень сожалел об этом. Чжан Эрлай давно пускал слюни на Ся Сяолань; если бы он пошёл в школу, устроил там шум и рассказал всем об их «шуры-муры», Ся Сяолань сама бы от стыда не посмела больше показаться в Первой средней школе уезда!
Но где теперь найти подходящего человека вместо Чжан Эрлая?
Слухи об ужесточении мер по борьбе с преступностью ещё не утихли. Уличные торговцы вели себя тише воды ниже травы, боясь доносов, а уж те подонки, что прежде смели приставать к женщинам, и вовсе попрятались, опасаясь, что полиция заберёт их для выполнения плана по арестам.
— Может, спросим совета у Цзыюй?
Супруги Ся Чанчжэн поначалу хотели решить дело сами. Они не считали себя дураками — сколько им лет на двоих, неужели они не справятся с какой-то девчонкой? Но всё сложилось именно так: с тех пор как Ся Цзыюй уехала из родных мест на учёбу в Пекин, без её советов у них ничего не ладилось.
Когда-то Ся Цзыюй тоже воспользовалась расположением директора Суня, но ей не пришлось подносить подарки — директор сам вызвался помочь.
А Ся Чанчжэн притащил в дом Суня столько добра, и в ответ получил лишь выговор от жены директора. Чжан Цуй кое-чему научилась у дочери, но в итоге лишь выставила себя на посмешище: в семье Ся её притворство срабатывало, но за пределами деревни Дахэ её хитрости ничего не стоили.
— Давай ещё подождем. Сначала разузнай, приедет ли Цзыюй на зимние каникулы.
В телеграмме всего не объяснишь. Пока Ся Цзыюй сама не вернётся и не посмотрит, она не поймёт, как изменилась Ся Сяолань.
Успокаивая себя, Чжан Цуй не забывала подначивать Ся Хунся. Та теперь целыми днями околачивалась у ворот школы, и как только заметила фигуру Ся Сяолань, тут же побежала докладывать:
— Тётя, она пришла в школу!
Та, что шла с книгами в руках, и была Ся Сяолань.
Одета она была в не новое, но опрятное платье, и сама стала другой: в ней больше не было той глупости, которая роднила её с Ся Хунся. Девушка стала гораздо степеннее. Легкомыслие и суетливость исчезли, явив миру истинную красоту Ся Сяолань.
Эта девчонка была невероятно хороша собой.
В глазах Чжан Цуй промелькнула тень. Нравится это старшим или нет, но мужчины всегда падки на таких лисиц — это неоспоримый факт.
Ся Цзыюй опасалась, что Ся Сяолань может снова окрутить Ван Цзяньхуа, и эта тревога передалась Чжан Цуй. Если Ся Сяолань ещё и в университет поступит, не передумает ли Ван Цзяньхуа?
Чжан Цуй сорвала с себя передник.
— Хун Ся, оставайся в лавке и помогай, а я пойду поговорю с Сяо Лань.
Чжан Цуй хотела лично разузнать, что на уме у этой дрянной девчонки.
***
— Сяо Лань пришла?
Старший охранник Чжао, будучи человеком, не забывающим об оказанных услугах, а также видя неизменную вежливость Ся Сяолань, платил ей тем же и всегда был к ней радушен.
Озабоченно он сообщил Ся Сяолань, что её двоюродная сестра постоянно крутится у ворот школы и, похоже, собирается её подкараулить.
Ся Сяолань всё поняла и, достав из кармана пачку сигарет «Цветная Бабочка», сунула её охраннику. Лао Чжао понизил голос:
— В прошлый раз я видел, как жена директора школы заходила поесть в закусочную Чжан.
Глаза Ся Сяолань блеснули.
— Поблизости только одна эта закусочная.
Лао Чжао сказал это не просто так. Нельзя недооценивать школьного охранника. Он видит каждого, кто входит и выходит, а его способности к наблюдению и сбору сплетен — первоклассные. Упомянув, что жена директора Суня обедала у Чжан, он намекал Ся Сяолань, что между закусочной и директором есть связь.
Значит, ищут подход через директора Суня.
Ся Сяолань приняла это к сведению. Неудивительно, что директор Сунь в прошлый раз лично принял её… Впрочем, глядя на её результаты экзаменов, он, как директор, если и не симпатизировал ей, то, по крайней мере, не выказывал неприязни открыто. Ся Сяолань крепче прижала к себе книги. Оценки — вот её настоящий оберег. Пока её знания тверды, разве могут ей повредить пустые сплетни досужих кумушек?
— Сяо Лань, это правда ты?
Не успела Ся Сяолань ступить на территорию школы, как за спиной раздался радостный голос.
Ей даже не нужно было оборачиваться. В семье Ся хватало оригиналов, но Чжан Цуй была не просто остолопом, она была актрисой — весь мир задолжал ей «Оскара», но Ся Сяолань не собиралась ей потакать. Она сделала вид, что не слышит, и в несколько прыжков скрылась за школьными воротами.
Чжан Цуй заготовила целую речь, но всё было впустую. Почему Ся Сяолань повела себя не по сценарию?
— Это моя племянница… бедняжка, — под пристальным взглядом охранника Чжао Чжан Цуй не желала выходить из образа, её лицо выражало крайнюю озабоченность судьбой Ся Сяолань.
Старший охранник Чжао долго смотрел на неё, а затем, вспомнив о лежащих в кармане сигаретах «Цветная Бабочка», согласно кивнул:
— И правда, бедняжка. Даже поучиться спокойно не дают. Тут до этого одна прибегала, тоже говорила, что сестра, а сама гадости про неё несла. А вы-то кем будете студентке Ся?
Лицо Чжан Цуй то краснело, то синело.
Где только Первая средняя школа нашла такого охранника? Какой невыносимый старик!
Будь здесь Цзыюй, она бы точно нашла способ прогнать этого вонючего сторожа. Чжан Цуй стиснула зубы: «От монаха убежишь, от монастыря — нет». Она будет ждать здесь: Ся Сяолань всё равно придётся выйти из школы.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
