Гайцзяофань — рис с подливкой — ещё не вошёл в моду.
Ся Сяолань осознала это с некоторым опозданием: не только Хуан Шэнь это блюдо казалось в диковинку, но и во всём Шанду не было ни одной лавки, специализирующейся на гайцзяофань.
Чтобы проучить семейку Чжан Цуй, Ся Сяолань решила выложиться по полной. Сама она готовила посредственно, зато была «человеком широкого кругозора» — в какой части страны она только не пробовала фастфуд? В то утро она даже не пошла торговать, а пораньше отправилась на рынок, накупила гору продуктов и по пути позвала Ли Фэнмэй на обед.
Вернувшись домой, она всё вымыла и нарезала, а также сварила огромный котел риса.
Навыки владения ножом у неё были средними, но, когда время не поджимало, она могла ровно нарезать морковь. Ся Сяолань принялась тушить баранину с луком и морковью.
Затем последовала говядина с картофелем, а также её любимое блюдо — свиные ножки с соевыми бобами.
Аромат специй смешался с запахом мяса и поплыл через забор, заставляя соседей облизываться от предвкушения.
У Юй Найнай дома стали слишком уж хорошо кормить!
Неужели те, кто метёт улицы и занимается частной торговлей, могут позволить себе такое питание?
Ли Фэнмэй почувствовала этот манящий запах ещё на подходе к дверям. Хуан Шэнь, которая всю дорогу расспрашивала прохожих, как найти дом семьи Юй, принюхалась и мгновенно приободрилась.
— Тетушка, вы ведь гостья Сяо Лань?
Пока Ли Фэнмэй разговаривала с Хуан Шэнь, послышался звонок велосипеда — Лю Фэнь тоже закончила утреннюю смену.
Хуан Шэнь уже видела Лю Фэнь раньше, так что это точно был дом Ся Сяолань. Женщины втроём вошли во двор. Ся Сяолань уже всё подготовила. Она плотно накладывала рис в маленькую пиалу, а затем опрокидывала её на плоскую тарелку, посыпая получившуюся горку щепоткой чёрного кунжута — внешний вид блюда сразу становился на порядок выше.
— Садитесь скорее, попробуйте, каково на вкус.
Одна тарелка, горка риса, ложка, а сверху — черпак ароматного горячего блюда. У всех троих потекли слюнки.
По сути, это было просто тушёное мясо с овощами, выложенное прямо на рис.
У кого дома не оставалось еды? Все так ели: смешал остатки подливки с рисом — вот тебе и обед. Но чтобы специально подавать свежеприготовленное блюдо прямо поверх риса — к такому способу Хуан Шэнь не привыкла.
Неужели на этом можно заработать?
С сомнением в душе она, подражая Ся Сяолань, взяла ложку и отправила в рот порцию риса, пропитанного соусом. Вкус специй и баранины был так хорош, что после первой ложки она не смогла удержаться от второй и очень быстро опустошила всю тарелку. Тарелка осталась чистой: остатки соуса были перемешаны с рисом и съедены без остатка.
Ся Сяолань предложила Хуан Шэнь попробовать и другие варианты.
Аппетит у всех был отменный, поэтому по очереди отведали и баранину с морковью, и говядину с картофелем, и свиные ножки с бобами.
Хуан Шэнь, кажется, начала что-то понимать, но никак не могла облечь свои мысли в слова. Ся Сяолань не стала томить её ожиданием.
— Если продавать такую порцию риса вместе с добавкой за пять мао, будут ли люди это покупать?
Хуан Шэнь сначала кивнула, а потом покачала головой:
— Покупать-то будут, но сколько сейчас стоит цзинь баранины или говядины? Продавать за пять мао — разве не вылетишь в трубу…
Слово «прогореть» уже вертелось у неё на языке, как вдруг Хуан Шэнь осенило: она только что съела весь рис, просто смешав его с соусом, хотя мяса там было всего несколько кусочков. Откуда же взялось это ощущение сытости, будто она наелась чистого мяса?
Если класть всего несколько кусочков, то цена в пять мао за порцию не будет убыточной.
Видя, что Хуан Шэнь начинает понимать, Ся Сяолань добавила:
— Кроме этих тушёных блюд, для гайцзяофань можно использовать и обычную обжарку. Можно подавать с рисом, а можно и с лапшой — принцип один, а вкусов может быть тысячи.
Ся Сяолань объясняла, а Хуан Шэнь только и успевала кивать.
Даже Ли Фэнмэй и Лю Фэнь слушали затаив дыхание. Похоже, открыть закусочную не так уж и сложно. Почему же такое прибыльное дело нужно отдавать посторонним? Не лучше ли оставить его для своих?
Ся Сяолань поначалу тоже так думала.
Но сейчас она считала работу в закусочной слишком утомительной и больше не смотрела на этот бизнес всерьёз. Её целью было лишь создать проблемы для заведения Чжан Цуй. Проведя двухчасовой инструктаж для Хуан Шэнь, Ся Сяолань проводила её — та уходила, преисполненная уверенности.
— Когда я открою лавку, обязательно отблагодарю тебя как следует!
Хуан Шэнь рассыпалась в похвалах, не понимая, как в чужой семье выросла такая дочка — и умная, и к себе располагает.
Когда Хуан Шэнь ушла и Ся Сяолань увидела недоумение в глазах Лю Фэнь и Ли Фэнмэй, она всё им объяснила. Она не хотела, чтобы Лю Фэнь снова вспоминала о тех мерзавцах из семьи Ся, поэтому не упомянула о встрече с Ся Хунся у ворот Первой средней школы уезда. Но теперь, когда она рассказала всё о закусочной Чжан, Лю Фэнь не на шутку испугалась — почему же эти люди из семьи Ся такие навязчивые? Аньцин такой большой, а они решили открыть лавку прямо у ворот Первой средней школы уезда.
Не помешает ли это учебе Сяо Лань?
Ся Хунся обожала соревноваться с Сяо Лань, и если у Сяо Лань было что-то, чего не было у неё, она исходила завистью. Кто знает, вдруг она начнёт распускать в школе грязные слухи?
На лбу Лю Фэнь от волнения выступил пот.
Они уже переехали в Шанду, неужели старая дурная слава по-прежнему будет преследовать Сяо Лань? А ещё Чжоу Чэн… парень сейчас далеко в Пекине и ничего не знает. Если до него дойдут слухи и он примет близко к сердцу прошлое Сяо Лань, что же тогда делать!
Лю Фэнь была человеком нерешительным, привыкла переживать всё в одиночку, и сейчас у неё буквально онемели руки и ноги.
Зато Ли Фэнмэй оказалась сильнее. Придя в себя от изумления, она поняла, что Ся Сяолань не стала бы рассказывать об этом без причины.
Постепенно она всё осознала:
— …Так вот почему ты научила Хуан Шэнь готовить этот гайцзяофань и подбила её открыть новую лавку прямо напротив закусочной Чжан?
Ли Фэнмэй была одновременно поражена и обрадована — на душе у неё стало удивительно легко.
Если бы дела в магазине «Синий феникс» шли в гору, а кто-то рядом открыл бы еще один магазин одежды, она бы, наверное, ночами не спала от беспокойства, что уведут клиентов. Ей было бы не до козней. Вот так и надо проучивать этих бесстыжих из семьи Ся!
Ли Фэнмэй принялась костить всю родню Ся на чём свет стоит: от старухи Ся до Ся Цзыюй, не жалея ни мужчин, ни женщин, ни старых, ни малых.
— Лавка Хуан Шэнь обязательно должна процветать, чтобы у этой бабы Чжан Цуй не было времени строить козни против Сяо Лань! А ты чего боишься? Кто посмеет обидеть моего Тао Тао, тому я всё лицо расцарапаю! Неужели ты не решишься проучить Чжан Цуй?
Лю Фэнь тяжело и решительно кивнула.
После истории с разводом Ся Дачжуна Лю Фэнь усвоила урок: большинство людей в этом мире топчут слабых и боятся сильных. Ей самой было не привыкать терпеть обиды, но учебе и будущему Сяо Лань ничто не должно мешать. Если Чжан Цуй посмеет гадить, Лю Фэнь не просто побьёт её — она готова будет схватиться за нож!
— Мама, тётя, не волнуйтесь вы так. Семья Ся — это не проблема. Будем жить своей жизнью, как и раньше.
Ся Сяолань прибрала остатки еды и заглянула на улицу Эрци Лу. Лю Юн вместе с рабочими был в самом разгаре дел. Помещение уже вычистили, старый подвесной потолок демонтировали, вынесли витрины.
Работы велись параллельно: плотники и каменщики не мешали друг другу. К тому времени, как закончат с потолком, стенами и плиткой на полу, будут готовы и различные стеллажи, изготовленные плотниками. Это значительно сокращало сроки ремонта.
Лю Юн, завидев Ся Сяолань с обедом, широко улыбнулся, но тут же нахмурился:
— Сяо Лань, те маленькие софиты, о которых ты говорила, ещё можно купить, а вот хрустальную люстру найти непросто.
Сначала Ся Сяолань хотела оформить магазин в стиле «натурального дерева», но потом передумала. Ей самой нравился минимализм, но покупатели 83-го года могли его не оценить. Китайцы восьмидесятых уже привыкли к простоте, и только европейский стиль мог по-настоящему их впечатлить.
Деревянный пол заменили на плитку, которую тогда использовали разве что в холлах ресторанов, потолок решили делать из массива, а напольные витрины — в стиле европейской ковки. Эти требования к стройматериалам едва не свели Лю Юна с ума: он сбил ноги, бегая по всему Шанду, пока не собрал необходимое.
На потолке и стенах планировалось сделать рельефные узоры, но рабочие, которых нашёл Лю Юн, не владели этим искусством, и ему приходилось во всём разбираться самому.
Эти проблемы можно было решить постепенно, но вот хрустальную люстру Лю Юн так и не нашёл. А без неё европейский стиль терял свой лоск.
Из-за смены стиля бюджет неизбежно пополз вверх. Работы у плотника прибавилось, плитка на полу имитировала микрокристаллический камень — её блеск не шёл ни в какое сравнение с обычной белой керамикой, но и цена была соответствующей. Каждый уложенный квадратный метр буквально стоил кучу денег.
Изначально планировалось уложиться в 6000 юаней, но теперь сумма могла вырасти вдвое.
— Дядя, не волнуйтесь. Сначала пусть рабочие поедят. Насчёт хрустальной люстры я что-нибудь придумаю, посмотрю при следующей закупке товара, может, удастся привезти из Янчэн.
Перерасход при ремонте — дело обычное. Зато разовое крупное вложение гарантировало, что интерьер не выйдет из моды ещё несколько лет.
Ся Сяолань сделала себе пометку насчёт люстры и отправилась торговать к жилому кварталу железнодорожного управления.
У неё были ключи от дома Лю Юна. Она ещё не успела выгрузить товар, как заметила молодую женщину, которая позавчера купила у неё пальто — та с надеждой озиралась по сторонам.
— А я уж думала, ты сегодня и не выйдешь торговать, милая. Мне бы на размер меньше того, что я брала позавчера, есть тёмно-синий в наличии?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
