Цзиньшачи вот-вот выставит дома на продажу!
Тан Юаньюэ осознал это, а также понял намерения Ся Сяолань, пригласившей мастера фэншуй.
Он не мог не усмехнуться: Ся Сяолань, вероятно, не верила ни единому слову о фэншуй, будучи атеисткой, выросшей под красным знаменем.
Так зачем же она искала известного мастера фэншуй?
Разумеется, чтобы заманить гонконгцев покупать дома в Цзиньшачи!
Если бы она действительно верила в фэншуй, ей следовало бы пригласить мастера для осмотра и консультации еще до закладки фундамента: где обустроить пруд, где возвести здания, как ориентировать дома — во всем этом есть свои тонкости.
Ся Сяолань всё это проигнорировала и пригласила мастера лишь после того, как дома были построены. Что мастер мог сделать теперь? Неужели она действительно послушала бы его совета и снесла дома, чтобы отстроить их заново? Скорее всего, она пригласила мастера лишь для проформы, чтобы воспользоваться случаем и прорекламировать проект, используя имя мастера фэншуй для продвижения домов в Цзиньшачи.
— Как думаешь, разве она не интересная? На соседнем поле для гольфа пригласили гонконгскую кинозвезду для рекламы, а она позвала мастера фэншуй…
Тан Юаньюэ говорил будто сам с собой, а его помощник, разумеется, подхватил тему:
— Госпожа Ся нашла иной путь. Стоило сточному пруду попасть в руки госпожи Ся, как он преобразился до неузнаваемости. Неудивительно, что она вам приглянулась.
Красивых женщин господин Тан, безусловно, повидал немало, но такие красавицы, как Ся Сяолань, встречались редко.
А если к этому прилагался еще и острый ум, то это был и вовсе дефицитный ресурс.
Тан Юаньюэ сдержал улыбку.
— Для застройщика его первый проект имеет большое символическое значение. В Цзиньшачи неплохая обстановка, и оставить там недвижимость для роста стоимости — тоже хороший вариант. Когда «Цихан» откроет продажи, сходи посмотри, нет ли там подходящей планировки, и приобрети одну квартиру.
Это он ему велел купить для себя или для господина Тана?
Умный помощник не стал докапываться до сути: раз господин Тан велел купить, значит, на то была причина. Ся Сяолань отличалась от гонконгских кинозвезд — ей бы не понравились подарки в виде недвижимости или машин. У господина Тана хватило бы денег купить целое здание, но такой жест, скорее всего, привел бы к обратному результату.
Девушка хотела вести бизнес своими силами, а такой поступок мгновенно унизил бы её достоинство. Кому бы такое понравилось!
— Проект, который вы одобрили, точно не будет убыточным. Когда в Цзиньшачи начнутся продажи, если цена будет подходящей, я, пожалуй, возьму в кредит пару квартир.
Тан Юаньюэ промолчал — всё это были мелочи.
Ся Сяолань была не из тех женщин, чье сердце легко покорить; она представляла собой настоящий вызов.
На мелкие попытки привлечь внимание Ся Сяолань просто не реагировала.
Только если бы у них было настоящее совместное инвестиционное сотрудничество, её отношение как партнера изменилось бы, и появилось бы больше возможностей для общения.
Когда дома в Цзиньшачи будут распроданы, неизвестно, каким капиталом будет располагать Ся Сяолань.
Тан Юаньюэ обдумывал дальнейшие инвестиционные планы «Мэйхуа». Неужели ему придется специально подбирать какой-нибудь небольшой проект стоимостью в десять миллионов?
Поразмыслив, Тан Юаньюэ всё же дал помощнику четкое указание:
— О поиске мастера фэншуй не распространяйся. Я не хочу, чтобы о том, что произошло сегодня вечером, завтра узнал кто-то другой. Ты понял?
Помощник мгновенно всё понял:
— Будьте спокойны.
Кому не стоит знать? Наверняка молодому господину Ду.
Помощник знал, что молодой господин Ду в последнее время не слишком ладил с их господином Таном. Раньше он как-то тянулся к нему, а теперь постоянно пытался соперничать.
В чем же причина? Между двумя компаниями возник конфликт интересов?
Помощнику внезапно пришла в голову одна мысль, но он сам в неё не очень-то поверил.
— Если всё действительно так, как я думаю, то разве это не из-за роковой красавицы?
…Шэн Сюань.
Имя соответствовало её облику — она действительно была подобна распустившемуся цветку. Даже банковская форма ничуть не умаляла её красоты.
У неё была очень яркая внешность, а если бы она еще и тщательно нарядилась, то стала бы еще прекраснее… И при всем этом она так и не смогла заполучить товарища Лао Тана. Сила воли товарища Лао Тана перед лицом «снарядов в сахарной глазури» поистине велика!
— Начальник Шэн, я много о вас слышала. Давно хотела встретиться с вами, но не представлялось подходящего случая.
Ся Сяолань разглядывала Шэн Сюань, а та, в свою очередь, изучала Ся Сяолань.
Черты лица Ся Сяолань чем-то напоминали Лю Фэнь, но Ся Сяолань была моложе. Хотя она была обворожительно красива, походка её была стремительной, а манера вести дела — энергичной и решительной.
Это и есть дочь Лю Фэнь.
Шэн Сюань подумала, что когда разведенная женщина создает новую семью и берет с собой ребенка, окружающие часто называют его «обузой». Но если ребенок такой же выдающийся, как Ся Сяолань, разве повернется у кого-то язык назвать её обузой?
За кого бы ни вышла Лю Фэнь, такая дочь, как Ся Сяолань, была не бременем, а мощным подспорьем.
— Как мне лучше к вам обращаться: госпожа Ся, товарищ Ся или, может, студентка Ся? Про «много слышала» — это вы преувеличиваете. Вы ведь пришли по вопросу ипотечного кредитования для «Цихан»? Давайте присядем и поговорим.
Лицо Ся Сяолань так и сияло улыбкой:
— Начальник Шэн, можете называть меня просто Сяо Ся. Я лишь хотела спросить, какие именно требования к квалификации «Цихан» не соблюдены? Прошу вас, начальник Шэн, укажите нам на них, и мы обязательно всё исправим в соответствии с вашими требованиями.
В будущем банковские правила станут очень строгими, и возникнет конфликт между залогом земли и оформлением ипотеки.
Но сейчас 1985 год, управление кредитами находится в полном хаосе, тем более когда речь идет об ипотеке на коммерческое жилье — это дело само по себе редкое, и никаких жестких правил на этот счет еще не существует.
Ся Сяолань смотрела на Шэн Сюань.
Она могла бы и не брать кредит у Шэн Сюань, но если та перевелась в Пэнчэн специально, чтобы вставлять ей палки в колеса, то Ся Сяолань не была из тех, кто безропотно сносит обиды.
Неужели поддержка семьи Сунь — это нечто запредельное?
Даже если оставить в стороне то, что Шэн Сюань не носит фамилию Сунь, будь она хоть плоть от плоти этой семьи, Ся Сяолань не отступила бы.
Это была попытка перекрыть Ся Сяолань денежные потоки, и Ся Сяолань готова была драться за них до последнего!
Только прибыв в Пэнчэн и приняв дела у начальника Паня, Шэн Сюань узнала, что Ся Сяолань взяла в банке кредит на сумму более десяти миллионов под залог земли Цзиньшачи. С технической точки зрения нарушений в этом не было.
Но Шэн Сюань ни за что не поверила бы, что Ся Сяолань смогла получить этот участок без помощи Тан Хунэна.
Столько организаций со связями, и никто не получил землю, а Ся Сяолань получила?
Тан Хунэн даже позволил Ся Сяолань вести бизнес вместе с сыном Сунь Наньчжэнь… Какая поразительная забота об этой матери и дочери!
Шэн Сюань уже сталкивалась с Лю Фэнь, но с Ся Сяолань ей еще не доводилось общаться.
Лю Фэнь была мягкой и скромной, а Ся Сяолань казалась несколько агрессивной.
Что ж, молодая девушка с острым умом, она наверняка вообразила, что может управлять всем миром.
— Я старше вас, поэтому позволю себе вольность и буду называть вас Сяо Ся. Сяо Ся, я не желаю вам зла. Возможно, вы знаете, кто я, а возможно, и нет. Я могу объяснить причины своего появления здесь. Я знакома с мэром Таном и глубоко восхищаюсь им, но раньше мэр Тан не мог оправиться от последствий своего прошлого брака, и я держалась от него на расстоянии… Позже я услышала о нем и вашей матери. Вашей матери очень повезло, я общалась с ней и уважаю то дело, которым она сейчас занимается. Не скрою, у меня были личные мотивы для перевода на работу в Пэнчэн, но я приехала сюда не для того, чтобы чинить вам препятствия. Вам не стоит быть такой настороженной со мной. У каждого есть право на стремление к счастью, пока это не вредит другим. Вы согласны со мной, Сяо Ся?
К словам придраться было трудно.
Но то, что Ся Сяолань, воспользовавшись служебным положением, насильно вызвали сюда, чтобы прочитать ей лекцию о «свободе любви», она расценила как самый настоящий моральный ущерб!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
