— Потерпеть фиаско на ровном месте — какая неосторожность!
Ся Сяолань была в скверном настроении, и её можно было понять: её ни с того ни с сего окрестили «разлучницей».
Она всегда считала, что чистому человеку нечего бояться. Вести бизнес и не контактировать с мужчинами невозможно, и Чжоу Чэн ей доверял. Но раз уж об этом написали в газетах, не объясниться с ним было бы верхом легкомыслия с её стороны как его девушки.
Чжоу Чэна всё ещё не было в академии!
У Ся Сяолань не оставалось иного выбора, кроме как связаться с Гуань Хуэйэ и рассказать ей о том, что произошло в Гонконге.
— …Тётя Гуань, именно так всё и было.
Гуань Хуэйэ почувствовала неприятный осадок.
Она знала, что Ся Сяолань поехала в Гонконг, та даже спрашивала, не нужно ли ей что-нибудь привезти. Но прошло всего несколько дней, а она уже попала в гонконгские газеты? И повод далеко не радостный. Любому было бы тошно от такой репутации.
Если бы это случилось на материке, семья Чжоу легко бы всё уладила. Но в Гонконге их возможности были ограничены.
— Сяо Лань, тётя знает, что ты девушка рассудительная, но женщине в такой ситуации трудно оправдаться. Вот возьмём этого Тан… как его… Юаньюэ. Прежде чем ехать в Гонконг проектировать для него дизайн виллы, ты знала, что нравишься ему?
Вопрос Гуань Хуэйэ застал Ся Сяолань врасплох.
— Он присылал мне цветы, но я тогда не придала этому значения…
На другом конце провода Гуань Хуэйэ тщательно подбирала слова:
— Раз ты об этом знала, то тем более стоило держаться от него на расстоянии. Не обижайся на мои слова, просто я считаю, что не за каждые деньги стоит браться, от каких-то заказов можно и отказаться. Разве я не права?
Права или нет?
Ся Сяолань потёрла виски.
Неужели она действительно поступила неправильно?
Но если она будет разрывать связи с каждым, кто проявит к ней хоть каплю симпатии, её возможности в бизнесе станут слишком ограниченными.
В поездке в Гонконг был личный интерес, к тому же проектирование виллы для Тан Юаньюэ было просьбой вернуть долг вежливости. А если вспомнить, почему она была ему должна — не из-за продаж ли в Цзиньшачи?
В конечном счёте, если она хочет заниматься бизнесом, она не может стать «изолятором», как советовала Гуань Хуэйэ.
— Тётя Гуань, я просто хотела поставить вас в известность и надеюсь, что вы с дядей Чжоу ничего не поймёте превратно. Я обдумаю ваши слова.
До этого их отношения были вполне гармоничными. Ся Сяолань позвонила, чтобы совесть была чиста, но, кажется, это дало обратный эффект. Повесив трубку, она даже засомневалась: не было ли прежнее дружелюбие лишь иллюзией? Может, они с Гуань Хуэйэ поддерживали мир только ради Чжоу Чэна?
Вряд ли всё так плохо.
Один звонок не решил проблему Ся Сяолань, а лишь добавил новых забот.
Повесив трубку, она решила немедленно покинуть Гонконг и велела Гун Яну и Ван Хоулиню собирать вещи.
Ван Хоулиню было уже немало лет — неужели он не заметил бы, что госпожа директор не в духе? Гун Ян тоже не был наивным юнцом, только что сошедшим со школьной скамьи, и тактично промолчал о газетной шумихе.
Только Бай Чжэньчжу, будучи ближе всех к Ся Сяолань, спросила прямо:
— Ты возвращаешься в Пэнчэн, так и не встретившись с У Дао Нанем?
— Не встретимся. Я попрошу передать ему нефритовую подвеску с рыбами инь-ян. В этот раз я его благодарю, а не прошу о помощи. Если подарок будет доставлен, моё присутствие уже не так важно.
Она всегда стремилась к совершенству, и именно это дало шанс недоброжелателям подставить её.
У Бай Чжэньчжу больше не было возражений.
Перед отъездом из Гонконга Ся Сяолань хотела купить сувениры родным и друзьям. Она вышла за покупками вместе с Бай Чжэньчжу. Вскоре после того, как они покинули отель, к ним незаметно подошли четверо мужчин, постепенно смыкая кольцо.
— Госпожа Ся, верно? Наш босс хочет вас видеть. Просим проследовать с нами.
Проследовать?
Бай Чжэньчжу холодно усмехнулась: «Пошли вы к чёрту со своим «проследовать»!»
Она заслонила Ся Сяолань спиной и двумя ударами сбила с ног двоих нападавших.
Это произошло всего в пятидесяти метрах от входа в отель, средь бела дня — неужели в Гонконге настолько плохая безопасность?
У Ся Сяолань не было с собой электрошокера — его бы не пропустила таможня. Бежать назад она тоже не могла: если она отойдет слишком далеко от Бай Чжэньчжу и её схватят, это только добавит подруге проблем.
— На помощь!!! Я их не знаю!! Грабят!!!
К черту приличия, безопасность превыше всего.
Крики Ся Сяолань заставили прохожих остановиться. Она была ослепительно красива, но, что важнее, у нападавших не было ни ножей, ни пистолетов. При условии личной безопасности люди были готовы поиграть в героев — пока не затормозил фургон, из которого высыпало ещё с десяток человек. Тут уж прохожие в ужасе бросились врассыпную.
Служащие отеля в испуге спрятались внутри. Вмешиваться они не рискнули, только вызвали полицию.
Против десяти человек Бай Чжэньчжу пришлось нелегко. Вдруг с визгом затормозила машина, и из неё выскочил Ду Чжаохуй:
— Мать твою!
А Хуа дрался не хуже Бай Чжэньчжу, и его вмешательство быстро переломило ход схватки. Ду Чжаохуй пробежал пару шагов, вернулся к машине и вытащил стальную трубу. Телосложением он был слабоват, но действовал дерзко, прокладывая себе путь к Ся Сяолань ударами трубы.
Ду Чжаохуй определенно не был типичным молодым господином из богатой семьи. Вряд ли кто-то ещё из богачей Гонконга додумался бы прятать в спорткаре стальную трубу… Неужели пассажирское сиденье предназначено именно для этого? Другие-то там красоток катают!
Ся Сяолань не была в восторге, скорее удивлена.
Ду Чжаохуй появился слишком вовремя. Неужели это он всё подстроил? Учитывая его прошлые выходки, Ся Сяолань не могла не заподозрить неладное.
Но в этот раз она действительно ошиблась. Полиция приехала быстро. Нападавшие разбежались, но Бай Чжэньчжу и А Хуа успели скрутить двоих.
Оказалось, их подослала семья Хэ. Но их «боссом» был не отец Хэ Чжитун, а её младший брат.
— Решил за сестрицу отомстить? Молоко на губах не обсохло! — фыркнул Ду Чжаохуй.
Ся Сяолань лишилась дара речи.
Говорили, что молодому господину Хэ всего десять с небольшим лет. Возможно, он даже не понимал сути дела, лишь знал, что Хэ Чжитун объявила в газетах о разрыве помолвки, а таблоиды раструбили о скандале… Судя по их тактике — сначала вежливость, потом сила — он просто хотел «увидеть» Ся Сяолань?
Ся Сяолань не любила полагаться на чужую совесть и не собиралась недооценивать подростков. Они могут быть наивными, но именно в этом возрасте люди чаще всего убивают в порыве эмоций.
В этот раз Ду Чжаохуй проявил храбрость, и Ся Сяолань, пересилив себя, поблагодарила его.
— Пустяки, — бросил Ду Чжаохуй, заталкивая трубу обратно на сиденье. Полицейские сделали вид, что ничего не заметили.
— Госпожа Ся, пожалуйста, не покидайте Гонконг в ближайшие дни. Мы можем в любое время вызвать вас в участок для содействия следствию.
Брат Хэ Чжитун нанял этих людей, и хотя дело, скорее всего, закончится тем, что семья Хэ выплатит компенсацию, полиции нужно было соблюсти формальности.
Ся Сяолань закусила губу. Определенно, черная полоса!
— Молодой господин Ду, могу я спросить, почему вы появились так кстати?
Ду Чжаохуй остался невозмутим:
— Кстати? Да я вообще-то специально тебя искал!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
