Хань Цзинь смотрела на Ся Сяолань.
Еще двое студентов по обмену, оба юноши, тоже с ожиданием поглядывали на Ся Сяолань.
Ся Сяолань еще в Гонконге почувствовала недомогание и так и не успела прийти в себя. После долгого перелета она выглядела слегка изнуренной, но эта усталость не сильно подпортила ее красоту, а, напротив, добавила ей некой трогательной хрупкости.
Когда Ся Сяолань заходила в самолет и выходила из него, сокурсники наперебой бросались помогать ей с чемоданами.
— Ся Тунсюэ, вы приедете? Мы все пятеро будем в штате Нью-Йорк, и, как сказала Хань Цзинь, могли бы время от времени собираться вместе.
— Да, Ся Тунсюэ…
Ся Сяолань виновато улыбнулась:
— Я еще не знаю, какая обстановка в университете, поэтому пока не могу принять ваше любезное приглашение. Городок Итака, где находится Корнеллский университет, расположен в пяти-шести часах езды от Нью-Йорка…
Один из юношей вскрикнул:
— Так далеко!
Ся Сяолань кивнула:
— Именно так далеко. Руководитель группы и раньше говорил, что Америка — страна огромная, а плотность населения там низкая.
Поэтому она, к сожалению, не сможет участвовать в воскресных встречах, организованных Хань Цзинь.
Причина, названная Ся Сяолань, была вполне разумной, и Хань Цзинь не стала настаивать, лишь посочувствовала:
— Оказывается, Корнеллский университет находится в такой глуши.
Ся Сяолань промолчала.
Нью-Йоркский университет тоже хорош, хотя в мировых рейтингах он немного уступает Корнеллскому. Она была довольна своим выбором — она приехала учиться по обмену, а не прожигать жизнь, так зачем ей лишняя суета?
Правда, до самого Нью-Йорка действительно было далековато. Именно поэтому американцам нужно покупать машины — без автомобиля здесь крайне неудобно.
Машины, на которых ездят студенты, стоят недорого, зачастую это просто подержанные авто; тех, кто водит роскошные иномарки, не так уж много.
Хотя Ся Сяолань не собиралась ходить на воскресные посиделки, после того как она устроится, ей нужно будет купить машину.
Не обязательно дорогую — разве в Хуацин она не проездила больше года на старом велосипеде?
Перед посадкой на рейс до Нью-Йорка багаж снова проверили, осведомившись, не везут ли они мясо, семена или растения. Ни у кого из пятерки ничего подобного не было, так что они быстро прошли в зал ожидания. Даже Хань Цзинь диву давалась: в американских аэропортах чернокожие носильщики помогают с багажом, да еще и предлагают бесплатный кофе!
Перелет из Чикаго в Нью-Йорк занял совсем немного времени. В нью-йоркском аэропорту двое парней снова попытались проявить галантность, поинтересовавшись, как Ся Сяолань собирается добираться до Итаки. Ся Сяолань была готова бежать от них со всех ног:
— Меня встретят, не беспокойтесь, спасибо за заботу!
Она не лгала — ее действительно должны были встретить. Это была дочь старого друга Мао Каншаня. Мао Каншань заранее связался с ними: всё-таки Ся Сяолань отправлялась в Америку в одиночку, и он надеялся, что кто-то сможет присмотреть за ней.
Учитывая возраст Мао Каншаня, его друг тоже был немолод, так что встречать Ся Сяолань приехала его дочь — китаянка лет сорока с лишним.
— Ся Сяолань?
— Вы, должно быть, тётя Вэнь? Я Ся Сяолань.
Женщине не очень понравилось это обращение:
— Я Вэнь Манни, можешь называть меня Конни.
Манеры Вэнь Манни были чисто американскими: ей больше нравилось, когда Ся Сяолань называла ее по имени, а не добавляла обращение «тётя».
Ни одна женщина не хочет казаться старой, и Ся Сяолань тут же поправилась.
— Конни, спасибо, что приехали за мной.
Вэнь Манни работала адвокатом. Ее родители до сих пор жили в Итаке, а сама она работала в Нью-Йорке. Приехать за Ся Сяолань ее попросил отец, но она не ожидала, что в группе будет пять человек. Машина Вэнь Манни была пятиместной и не могла вместить всех. Она невольно нахмурилась:
— Им тоже нужно в Итаку? Правила дорожного движения в Америке очень строгие…
— Нет, Конни, они не в Корнеллский университет.
Вэнь Манни тут же забросила багаж Ся Сяолань в багажник, захлопнула дверь, и машина сорвалась с места, оставив позади облако пыли.
Ся Сяолань успела только помахать товарищам рукой, как машина вместе с ней скрылась из виду.
Такая стремительность застала Хань Цзинь и остальных врасплох.
Хань Цзинь не ожидала, что у Ся Сяолань в Америке настолько широкие связи, что ее заберут сразу после приземления.
Заметив странное выражение лиц двух других студентов, Хань Цзинь улыбнулась:
— Дело не в Ся Тунсюэ, просто люди здесь, в Америке, довольно холодные. Но подождите немного, за мной тоже приедет знакомый. Когда он будет здесь, я спрошу, сможет ли он подбросить вас до места, а если нет — хотя бы узнаем, на чем вам ехать.
Оба студента поспешили поблагодарить Хань Цзинь.
Те, кто смог поехать за границу, неплохо владели английским, но когда дело доходило до реального общения с иностранцами в незнакомой стране, они всё же немного робели.
Через некоторое время за Хань Цзинь действительно приехала машина. Она сказала, что это знакомый ее семьи. В отличие от Вэнь Манни, этот человек отвечал на все вопросы Хань Цзинь и очень радушно доставил обоих парней до места назначения.
В последнюю очередь он отвез Хань Цзинь и Чэнь Цина в университет и помог им уладить все формальности.
Перед уходом он передал Хань Цзинь конверт:
— Твой отец просил передать это тебе. Если в университете возникнут какие-то трудности, обязательно дай мне знать.
— Спасибо, дядя Цинь!
Под «трудностями», очевидно, подразумевалась нехватка денег.
В конверте, который дядя Цинь передал Хань Цзинь, были пестрые доллары — целых 2000 долларов.
Даже для американского студента это была немалая сумма; многие ведь учатся в кредит! Хань Цзинь и Чэнь Цин приехали на государственные средства: обучение и билеты оплатила страна, плюс полагалось определенное пособие на жизнь. Если экономить, прожить на эти деньги вполне реально.
Когда Чэнь Цин уезжал, его дядя, которому Ся Сяолань уступила бизнес по продаже шкварок, выделил ему 3000 юаней, Чэнь Ван Да дал 1000, а родители добавили еще 2000 — итого собрали 6000 юаней.
Если обменять эту сумму на черном рынке, не набралось бы и 1000 долларов.
И это были все деньги, которые Чэнь Цин мог потратить в Америке сверх нормы.
По сравнению с 2000 долларов, переданными отцом Хань Цзинь, разница в достатке их семей была очевидна. Более того, именно семья Хань приложила усилия, чтобы Чэнь Цин и Хань Цзинь получили места для обучения за государственный счет, да еще и в Нью-Йоркском университете с его неплохим рейтингом. Чэнь Цин был в огромном долгу перед ними, и именно поэтому он не смел перечить Хань Цзинь!
Хань Цзинь спрятала конверт и с удовлетворением оглядела кампус.
Она взяла Чэнь Цина под руку. Тот напрягся, но Хань Цзинь повернула его к себе:
— Что такое? Мы же не на родине. Влюбленным вполне естественно проявлять близость!
Что такое «держаться за руки»? В кампусе можно увидеть вещи и посерьезнее.
Студенческие парочки валялись на траве и то и дело целовались, и никто им слова не говорил.
Чэнь Цин убрал ее руку:
— Это Америка, но мы всё еще китайцы.
Улыбка Хань Цзинь исчезла:
— Ты наверняка злишься из-за того, что я расспрашивала Ся Сяолань? Мне просто было любопытно. Чэнь Цин, не забывай, что именно я — твоя девушка.
Хань Цзинь снова взяла его под руку, и на этот раз Чэнь Цин не стал отстраняться.
Хань Цзинь вовремя остановилась и пошла с Чэнь Цином осматривать кампус.
Пока Хань Цзинь и Чэнь Цин улаживали формальности, Вэнь Манни везла Ся Сяолань по шоссе. Впереди уже показалась Итака. Поэт-романтик Сюй Чжимо называл Итаку «Домом И». Расположенный на берегу озера Каюга, одного из озер региона Фингер-Лейкс, этот городок станет местом, где Ся Сяолань предстоит учиться и жить в ближайший год…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
