Кан Вэй пошел к Шань Юйцзюнь, чтобы получить окончательный ответ.
Этот ответ оказался для него невыносимым.
Он больше не искал встреч с Шань Юйцзюнь, не звал Шао Гуанжуна выпить и не пытался излить душу Ся Сяолань.
В этих отношениях, казалось, была поставлена точка.
Ся Сяолань, во всяком случае, чувствовала неловкость.
— Я знаю, что программа «Полет орленка» могла послужить лишь детонатором. В конечном счете, жизненные планы старшей сестры Шань и Кан Вэя совершенно не совпадали. Не будь этой благотворительной поездки, позже возникло бы что-то другое, но…
— Но на душе все равно неспокойно?
Да, на душе было неспокойно.
Влюбленные, чьи жизненные пути расходятся, могут расстаться, а могут и нет — кто знает. Если бы они разошлись не из-за программы «Полет орленка», Ся Сяолань вообще бы в это не вмешивалась.
Чжоу Чэн понимал ее лучше всех и знал, о чем она думает:
— Если двое любят друг друга, то любые разногласия или трудности они должны преодолевать вместе. Разве бывают отношения, где старается только один? Кан Вэй и его пассия — взрослые люди. Им самим решать, быть вместе или нет.
Ся Сяолань тоже попыталась разрядить обстановку:
— Ты прав, это чужие дела, пусть сами разбираются. Теперь давай о нас. Ты уверен, что не пустишь меня в часть в эти пару дней? Если нет, то я возвращаюсь в Пэнчэн!
Ся Сяолань предоставила право выбора Чжоу Чэну. В ее голосе слышалась улыбка — она явно дразнила его.
Чжоу Чэн это понимал.
Но в эти дни Гао Фэй, должно быть, была в отпуске и приехала в часть с дочерью.
Фан Шичжун раньше жил по соседству с Чжоу Чэном; оба были холостяками и занимали одиночные комнаты. После женитьбы Фан Шичжун не съехал, но с появлением дочери все изменилось — полк выделил ему новое жилье.
Перестать быть соседом Фан Шичжуна — это полбеды, Чжоу Чэн не завидовал его новой большой квартире. Ему самому было все равно, где жить, лишь бы было место для сна. Если уж мериться недвижимостью, то ни у кого не было столько домов, сколько у него.
Он просто не хотел, чтобы Сяо Лань чувствовала себя хоть в чем-то ущемленной. Жена политрука хотела, чтобы Сяо Лань и Гао Фэй «пожали друг другу руки», и Чжоу Чэн решил немного подождать.
— М-м, если в Пэнчэне есть дела, займись ими сначала. Я послушал тебя и перестал брать отгулы по любому поводу, посмотрю, получится ли выкроить отпуск на китайский Новый год… Вы поедете в Юнань праздновать?
Ся Сяолань и сама не знала: в Пекине, в Пэнчэне или вернуться в Юнань?
— Спрошу у мамы. Постараемся остаться в Пекине.
В Пекине Чжоу Чэн сможет и ее увидеть, и побывать со своей семьей — идеальный вариант. Юй Найнай уже в годах, ей тяжело постоянно мотаться туда-сюда.
Что касается Сюй Чжунъи, то сын наверняка подстроится под старую мать: где Юй Найнай, там и он.
Как раз когда Ся Сяолань об этом подумала, Сюй Чжунъи приехал в Пекин.
«Старина Цю» был при деньгах и, воссоединившись с Юй Найнай, заранее начал строить планы. Он купил сыхэюань на Шичахай, всего в двух минутах ходьбы от дома Ся Сяолань.
С момента покупки прошло два месяца. Сюй Чжунъи умел вести дела и попросил Лю Юна помочь с ремонтом.
На покупку дома ушло более ста тысяч юаней, а ремонт обошелся втрое дороже.
Лю Юн уже не был неотесанным деревенщиной. Он делал ремонт в пятизвездочных отелях и гольф-клубах. В мире полно богачей, и Сюй Чжунъи был далеко не самым состоятельным из них.
Сюй Чжунъи требовал не роскоши, а чтобы Лю Юн выбирал лучшие материалы и привел двор в порядок как можно быстрее.
Очевидно, он хотел подготовить дом к праздникам, чтобы иметь возможность приехать в Пекин и встретить Новый год с матерью.
В конце концов, Юй Найнай могла жить с Лю Фэнь и Ся Сяолань, но самому Сюй Чжунъи не пристало набиваться к ним на праздник. Кроме Лао Тана, который в свое время преследовал свои цели, обычный человек на такое не пошел бы.
Сюй Чжунъи решил подготовить дом втайне, чтобы сделать Юй Найнай сюрприз. Соседи уже два месяца слышали стук и грохот из этого двора, но не знали, кто покупатель.
Эта ситуация отличалась от покупки дома Ся Сяолань: когда покупала она, в доме никто не жил. А когда покупал Сюй Чжунъи, там было полно арендаторов, как и в случае с родовым имуществом Сюй Цзина… Однако Сюй Чжунъи владел многими методами, так что, когда он попросил жильцов съехать, обошлось без скандалов.
Переход права собственности соседи обсуждали всего пару дней. Но рабочие, постоянно сновавшие туда-сюда, и шум инструментов напоминали о себе.
Лю Фэнь, конечно, знала, что этот двор купил Сюй Чжунъи.
Ся Сяолань тоже знала.
Она заприметила пару знакомых рабочих — тех самых, что начинали работать с ее дядей Лю Юном еще в самом начале.
Только Юй Найнай была не в курсе.
Сосед Чжао Дайе, глядя на рабочих, таскающих стройматериалы, как-то раз посплетничал с Юй Найнай:
— И не знаю даже, чем занимается этот новый сосед, раз так деньгами швыряется.
Если пересчитать всех на этой улице, кто был самым богатым? Семья Ся Сяолань.
У людей были деньги на покупку дома, и в целом сыхэюане жили всего два-три человека — какой простор! Вся новая бытовая техника — все у них было. К тому же Лю Фэнь водила «Ситроен» — явный признак достатка.
Но когда Ся Сяолань с матерью и Юй Найнай переезжали, они лишь слегка подновили дом, а не устраивали такой грандиозный погром!
Стук и грохот не утихали два месяца. Снесли все незаконные постройки во дворе, заменили всё — от напольной плитки до черепицы на крыше. Каркас остался прежним, но внутри и снаружи все переделали. По сути, построили новый сыхэюань.
Нет, даже сложнее, чем построить новый.
Чжао Дайе не понимал нынешних богачей — так тратить деньги было верхом расточительства.
Юй Найнай тогда не обратила внимания и небрежно бросила в ответ:
— Бывают же такие транжиры. Деньги в кармане прыгают, вот и не знают, куда девать. Тебе-то что за дело, как другие их тратят.
Спустя пару дней после возвращения Ся Сяолань в Пекин, туда же прибыл и Сюй Чжунъи.
Лю Юн сообщил ему, что дом готов и можно принимать работу. Только тогда Сюй Чжунъи признался Юй Найнай.
— …!
Так значит, тем самым транжирой из разговоров Чжао Дайе оказался ее собственный сын!
Юй Найнай, которая всегда выходила победительницей в любом споре, впервые испытала неловкость. Ся Сяолань едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться.
— Это сюрприз от дяди Сюя для вас.
Сюрприз?
В ее-то годы такие сюрпризы уже не к добру.
Юй Найнай огляделась в поисках палки. Ах да, вспомнила: палка осталась в Шанду, она не взяла ее в Пекин.
Была бы палка под рукой, Сюй Чжунъи, пожалуй, не избежал бы очередной порки.
Сюй Чжунъи: ???
Он искренне не понимал, что опять сделал не так. В детстве мать пылинки с него сдувала, баловала и никогда не била. Может, поэтому теперь, когда он уже стал мужчиной средних лет, ему приходится наверстывать все недополученные в детстве тумаки?
— Вы хотя бы посмотрите на дом?
Посмотреть? Нет!
Стоит ей войти в этот дом, и все соседи тут же узнают, что он принадлежит ей.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
