Е Сяоциун просмотрела те фотографии одну за другой.
Уродство Юань Ханя вызывало у неё тошноту; Е Сяоциун досмотрела их до конца, едва сдерживая позывы.
Закончив, она протянула Хэ Шиюань конверт:
— Здесь немного денег, тебе хватит на какое-то время.
Внутри были разноцветные банкноты гонконгских долларов, добрых несколько десятков тысяч. Хэ Шиюань осталась крайне довольна.
После её ухода Е Сяоциун заперла все фотографии в шкаф, а затем достала другие документы:
«Ся Цзыюй, родилась в 1963 году, уроженка деревни Дахэ уезда Аньцин провинции Юнань. В 1983 году поступила в Столичный педагогический институт, в 1985 году исчезла после объявления в розыск… Старшая кузина Ся Сяолань».
Е Сяоциун внимательно изучала сведения о Ся Цзыюй.
Она пыталась сопоставить их со своими воспоминаниями.
На фотографиях в деле Ся Цзыюй вполне соответствовала канонам красоты материка, но для Гонконга выглядела слишком деревенщиной.
А если сделать ей лицо поострее?
Немного подправить уголки глаз.
Наложить изысканный макияж, подобрать совершенно новый стиль одежды — и не получится ли… Виви?!
Пятая госпожа Ду Дуна — на самом деле двоюродная сестра Ся Сяолань!
Второй молодой господин был прав: пятая госпожа — человек старшего молодого господина Ду Чжаохуэя.
Е Сяоциун не могла уловить логическую связь: она считала Ся Сяолань и Ду Чжаохуэя партнерами, но в документах ясно указывалась причина, по которой Ся Цзыюй была объявлена в розыск.
Ся Сяолань сотрудничает с Ду Чжаохуэем, Ся Цзыюй враждует с Ся Сяолань, но при этом работает на Ду Чжаохуэя?
В том, что Виви — это Ся Цзыюй, Е Сяоциун была уверена лишь на шестьдесят процентов.
Она приехала в Пэнчэн вовсе не для того, чтобы расследовать личность пятой господи, это стало случайной находкой.
Е Сяоциун не стала трогать непристойные снимки Юань Ханя.
Поразмыслив некоторое время, она всё же отправила данные Ся Цзыюй факсом в Гонконг.
Являются ли Виви и Ся Цзыюй одним и тем же лицом — второй молодой господин разберется сам.
***
«Чэнжун Плаза» Ду Чжаохуэя пришлась по душе Ду Чэнжуну. Рекламная кампания была настолько мощной, что на призыв к аренде откликнулось множество желающих; оставалось лишь дождаться дня открытия, чтобы по-настоящему оценить стоимость и потенциал проекта.
Честно говоря, даже вторая госпожа, женщина, не особо смыслившая в коммерции и занимавшаяся лишь домашними делами, чувствовала, что её сын может проиграть.
Пять процентов акций группы.
Если это еще можно было пережить, то как быть с деньгами, которые Ду Чэнжун тайно давал Ду Чжаохуэю?
Да, Ду Чжаоцзи действительно нарушил уговор и использовал более двадцати миллионов гонконгских долларов — эти деньги собрали вторая госпожа, Лю Кэин и остальные. Никто не хотел победы Ду Чжаохуэя.
Изначально Ду Чжаоцзи пользовался поддержкой трех ветвей семьи, но Ду Чэнжун, боясь, что старший сын окажется в невыгодном положении, начал почти открыто поддерживать Ду Чжаохуэя!
Было задействовано более двухсот миллионов гонконгских долларов — неужели он думал, что все ослепли?
Поддержка поддержкой, вторая госпожа поначалу думала, что еще можно побороться. Хоть Лю Кэин и Лю Тяньцюань замышляли недоброе, в такой момент можно было использовать и их.
Кто же знал, что Ду Чэнжун внезапно возьмет пятую госпожу, окончательно спутав все карты. А Лю Кэин, эта дура, втемяшила себе в голову, что пятая госпожа — человек, специально подосланный второй госпожой.
Второй госпоже нестерпимо хотелось выругаться.
Неужели Лю Кэин, кроме как соблазнять мужчин, совсем не умеет соображать!
Зачем второй ветви сейчас подсылать женщину? Чтобы разрушить альянс и вставлять палки в колеса Ду Чжаоцзи?
— Идиотка, когда Ду Чжаохуэй победит, первыми, с кем он расправится, будете вы с братом.
Этот волчонок ненавидит каждого в семье Ду, вторая госпожа прекрасно это понимала.
Но если бы всех членов семьи Ду выстроили в ряд и дали Ду Чжаохуэю пистолет всего с двумя пулями, он, не колеблясь, прикончил бы именно брата и сестру Лю!
Остальные члены семьи просто мозолили Ду Чжаохуэю глаза, но Лю Кэин предала его доверие, а это преступление посерьезнее.
Вторая госпожа тревожилась.
Ей было жаль тех пяти процентов акций.
И она не хотела видеть поражение сына.
Её сын был так великолепен, с детства был прилежным мальчиком, стремящимся к знаниям. С какой стати он должен проиграть этому невежественному повесе Ду Чжаохуэю!
Только потому, что Ду Чжаохуэй рожден первой женой, Чжаоцзи должен ему уступать?
Плевать!
Она тоже вошла в дом Ду Чэнжуна по всем правилам, закон и общество признают её статус, а значит, её сын тоже может стать наследником.
Вторая госпожа не желала признавать поражение, но её сын Ду Чжаоцзи, казалось, перестал бороться. После того как Лю Кэин пошла на попятную и отозвала средства, Чжаоцзи передумал ехать в Таиланд и надолго остался в Гонконге.
Что он задумал?
Вторая госпожа извелась от беспокойства.
Она была рядом с Ду Чэнжуном много лет и знала его характер.
Ду Чэнжуну нужен был наследник, подобный волку — энергичный и достаточно жестокий, чтобы держать в узде старейшин группы и расширять империю богатства семьи Ду.
Если не волк, завоевывающий новые земли, то хотя бы свирепый пес, способный удержать нажитое.
Ду Чэнжуну не нужна была смирная и послушная комнатная собачка!
У второй госпожи было скверно на душе, а эта Виви, высокомерная и холодная, почему-то была с ней на удивление вежлива.
Даже Ду Чэнжун из любопытства однажды спросил Виви об этом, на что та резонно ответила:
— Кто главная, ту я и уважаю.
Послушайте только, как складно звучит.
Вторая госпожа вошла в дом раньше Виви, но ведь третья госпожа и Лю Кэин сделали то же самое — почему же Виви не проявляет уважения к ним?
Вторую госпожу словно поджаривали на огне, и неудивительно, что Лю Кэин заблуждалась.
Не в силах больше сидеть на месте, вторая госпожа сама отправилась в компанию к сыну.
Ду Чжаоцзи как раз получил факс от Е Сяоциун.
— Кузина? Беглая преступница и Виви?
Дело становится всё интереснее и интереснее.
Вторая госпожа беспрепятственно вошла в кабинет.
— Чжаоцзи, что это у тебя в руках?
Ду Чжаоцзи закрыл дверь и протянул документы матери:
— Я только что разыскал сведения о личности пятой госпожи, посмотрите.
Чем больше вторая госпожа читала, тем сильнее хмурились её брови.
То, что Виви была студенткой с материка, не удивляло, но то, что она оказалась беглой преступницей, сделала пластику лица и была родом из какой-то глухомани провинции Юнань… Неужели семью Ду, включая её саму, обвела вокруг пальца деревенская девчонка?!
— Ты хочешь, чтобы я разоблачила её перед твоим отцом?
Вряд ли это поможет.
Такая ошеломляющая новость сработала бы в другой семье, но в семье Ду… У них самих рыльце в пушку. Подумаешь, беглая преступница, Ду Чэнжун еще, чего доброго, сочтет это пикантным.
Вторая госпожа колебалась:
— Даже если сказать твоему отцу, что её подослал Ду Чжаохуэй, это всё равно…
Всё равно мало что даст.
Ду Чжаоцзи покачал головой:
— Нет, мы не будем её разоблачать. Я просто обнаружил одну крайне любопытную вещь.
Ду Чжаоцзи открыл ящик и достал еще один документ:
— Взгляните на это.
Вторая госпожа присмотрелась. Девушка на фотографии была необычайно красива и казалась смутно знакомой:
— Ой, а это кто?..
— Её зовут Ся Сяолань, она двоюродная сестра Виви — Ся Цзыюй, и в то же время именно она стоит за спиной Ду Чжаохуэя, давая ему советы.
Эта женщина действительно очень сильна: она смогла превратить невежественного бабника в того, кем он является сегодня.
Если бы он не был столь внимателен, ни за что бы этого не обнаружил.
— Дает советы? Она подсунула собственную сестру твоему отцу, чтобы разрушить наш союз с четвертой ветвью. Определенно, у нее есть ум.
Вторая госпожа отрешенно смотрела на фотографию Ся Сяолань.
По фото сложно судить о характере человека, видно лишь внешность.
Что касается внешности, Ся Сяолань была безупречно красива.
Если Виви и делала пластику, то очевидно, что образцом послужила именно эта Ся Сяолань.
Но какой бы красивой она ни была, она не мозолила глаза второй госпоже. Та не особо отреагировала — не могут же две сестры делить одного мужа: сначала прислать кузину на разведку, чтобы потом самой стать шестой госпожой?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
