— Родители Тины погибли в результате несчастного случая, проводи с ней больше времени, будь к ней терпимее, она ведь совсем девчонка.
Наедине Цяо Чжи давал Цзи Я такие наставления.
Цзи Я была в крайнем недоумении:
— Неужели ты думаешь, что я стану нарочно её задирать? Она мне в дочери годится.
И правда, Тина была младше даже Цзи Цзяньюаня.
Всё дело было в том, что эта девчонка постоянно витала в облаках.
Казалось, стоило им пересечь границу, как она потеряла покой.
Сама Цзи Я не отличалась особым патриотизмом; в свое время она и сама только и мечтала о том, чтобы вернуться в США.
Но Тина вела себя слишком уж явно. Было очевидно, что она не хочет ехать в Китай, так зачем же было пересиливать себя и следовать за миссис Уилсон?
Обед прошел крайне натянуто. К тому же миссис Уилсон была подчеркнуто ласкова с Тиной и холодна с Цзи Я, что очень раздражало последнюю. Что это за племянница такая, перед которой миссис Уилсон так лебезит, а Цяо Чжи — так угождает? Цзи Я видела, что Тина из очень обеспеченной семьи, но разве сама она была намного хуже? В Китае семья Цзи Я была если и не сказочно богатой, то достаточно благородной и влиятельной.
Говоря прямо, это была встреча «старой принцессы» с «маленькой принцессой» — их ауры были несовместимы от природы! Всю жизнь окружающие уступали Цзи Я, и вот впервые ей пришлось уступать кому-то другому.
Будь Цзи Я настолько покладистой, она была бы самой обычной женщиной, каких пруд пруди.
Тина же и вовсе не замечала, нравится она Цзи Я или нет.
Голова девочки была занята лишь одной мыслью: «Это Китай! Я ступила на китайскую землю!»
Ей совсем не хотелось возвращаться в Китай, но она желала помочь тёте Синсии и дяде Ивану, поэтому в конце концов отправилась в путь вместе с Синсией. Тина чувствовала тревогу и страх: она боялась, что Сюй Чжунъи внезапно появится откуда ни возьмись…
Миссис Уилсон похлопала её по руке:
— Дитя, никто не заставит тебя делать то, что тебе не нравится. Истинная любовь — это позволить тебе жить свободно и радостно. Если кто-то пытается навязать тебе груз морального долга или упреков, то, как бы сладко они ни говорили о своей любви, всё это — лицемерие.
Тина изо всех сил закивала:
— Тётя Синсия, я буду смелой! Я обещала, что хочу помочь, и я очень рада, что вы в конце концов позволили мне это сделать!
Их разговор был туманным, и Цзи Я ничего не могла понять.
Когда пришло время расплачиваться, она вышла в коридор выкурить сигарету. Цяо Чжи вышел вслед за ней.
Цзи Я постучала пальцем по виску:
— Твоя сестренка какая-то странная. У неё что, с головой не всё в порядке?
Подумать только: параноик считает, что у другого проблемы с головой.
Цяо Чжи был просто не в силах что-либо объяснять:
— Неужели ты не можешь быть хоть чуточку добрее? Она всего лишь маленькая девочка, потерявшая родителей!
Цзи Я затушила сигарету и подошла ближе.
— Цяо Чжи, мне кажется, вы что-то от меня скрываете. Почему твоя мать решила приехать в Китай именно сейчас? Только не говори мне, что она просто хочет развеяться. Я же вижу, как сильно она не любит Китай и как сильно она не любит меня. От поездки сюда её настроение точно не улучшится!
Скорее уж, станет совсем скверным.
Так зачем же миссис Уилсон на самом деле приехала в Китай?
Разве после сокрушительного поражения от Харолда ей не следовало остаться в Америке и попытаться сохранить остатки своего имущества?
Взгляд Цзи Я был пронзительным, отчего сердце Цяо Чжи забилось чаще.
Он должен был сдержаться и не позволить Цзи Я снова полностью завладеть его эмоциями.
Цяо Чжи с трудом отстранился от неё:
— Ты слишком много себе напридумывала. Ничего такого нет, они приехали просто отдохнуть.
Неужели она и впрямь напридумывала лишнего?
Нет, это Цяо Чжи не сказал всей правды.
Цзи Я задумчиво смотрела ему в спину.
Неизвестно, когда именно это началось, но Цяо Чжи начал от неё закрываться. Стоит появиться трещине, и что бы ты ни делала, её уже не залатаешь.
…
— Тина приехала в Китай!
Ся Сяолань с затуманенным от сна взором ответила на звонок Сюй Чанлэ.
Было слишком рано, нормальные люди в такое время не звонят. Учитывая разницу во времени между Китаем и США… О, неужели Сюй Чанлэ так разволновался, что забыл о часовых поясах?
— Говори помедленнее. Что вообще происходит? Почему Тина вдруг приехала в Китай? Неужели она внезапно всё осознала?
Ся Сяолань подавила зевок. Сюй Чанлэ тоже понял, что поступил опрометчиво:
— Прости, я слишком разволновался. Тина поехала в Китай вместе с миссис Уилсон. Их видели в Гонконге, когда они проходили таможню.
Въезд через Гонконг.
Да еще и эта неугомонная миссис Уилсон?
Тут и гадать нечего — наверняка они в Пэнчэне, ведь Цяо Чжи сейчас там, и миссис Уилсон вряд ли отправилась бы куда-то еще.
— Странно. Я думала, чета Уилсон должна вовсю противостоять Харолду в Штатах. Что им понадобилось в Китае? — пробормотала Ся Сяолань и спросила Сюй Чанлэ, что он намерен делать.
Сюй Чанлэ и сам не знал, что на уме у Тины. Уезжая из Америки, она ни словом ему не обмолвилась, хотя раньше крайне враждебно относилась к идее возвращения в Китай.
— Я немедленно вылетаю в Китай. Я уже уволился с работы в Штатах и в будущем буду жить на две страны. Просто на дорогу мне потребуется два-три дня. Могу я попросить тебя присмотреть за Тиной до моего приезда?
Вот оно что.
Ся Сяолань не стала спрашивать, почему нельзя поручить присмотр Сюй Чжунъи, хотя тот находился в Китае.
Она тут же подумала о том, что раз Тина так упорно не желает признавать родство с семьей Сюй, появление Сюй Чжунъи может вызвать обратную реакцию.
Ся Сяолань оставалось только взять это на себя:
— Не думаю, что я Тине очень нравлюсь. В конце концов, я подружилась с ней только для того, чтобы подобраться поближе и разузнать о делах семьи Сюй. После того случая на круизном лайнере в Гонконге, полагаю, Тина относится ко мне лишь немногим лучше, чем к дяде Сюю… Я просто предупреждаю. Пока ты не вернешься в Китай, я велю людям приглядывать за ней — по крайней мере, чтобы обеспечить её безопасность.
— Спасибо!
Повесив трубку, Ся Сяолань захотела снова растянуться на кровати.
Лю Фэнь с тревогой посмотрела на неё:
— Тина приехала в Китай? Что это значит? Она хочет признать Юй Найнай и дядю Сюя?
— Как вы думаете, насколько это вероятно?
Даже Лю Фэнь понимала, что вероятность невелика.
На самом деле Лю Фэнь и сама прекрасно знала по опыту: с восемнадцати-девятнадцатилетними детьми сладить труднее всего. Они уже не маленькие, считают себя взрослыми, во всем имеют свое мнение и наотрез отказываются слушать старших.
Что нынешняя Тина, что Сяолань в прошлом — обе были такими.
Тан Хунэн никак не прокомментировал ситуацию.
Это была не его дочь, с чего бы ему беспокоиться?
К тому же у него и так сложилось не лучшее впечатление о Сюй Чжунъи. О Юй Найнай он еще мог проявить мимолетную заботу ради Ся Сяолань и Лю Фэнь, но остальные члены семьи Сюй его совершенно не касались.
Но ведь это касалось Ся Сяолань.
Она потерла веки:
— С Тиной тоже бесполезно взывать к логике. Я попрошу Гэ Цзяня найти людей, чтобы присмотрели за ней. Дождемся возвращения Сюй Чанлэ и передадим её ему в целости и сохранности!
Лю Фэнь заколебалась:
— А Юй Найнай стоит об этом говорить?
Ся Сяолань покачала головой:
— Пока лучше не надо. Если Тина сама всё осознала и захочет признать Юй Найнай, то несколько дней ожидания ничего не изменят.
А если нет, зачем зря обнадеживать старушку?
К тому же, судя по настрою Юй Найнай, даже если Тина захочет признать себя внучкой семьи Сюй, старушка признает только результаты ДНК-экспертизы.
И не той, которую когда-то проводил Чжан Цзядун, а той, которую семья Сюй проведет сама.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
