Лаборатория.
Когда проводят тест ДНК на отцовство, в воздухе неминуемо повисает странная атмосфера.
Забор крови, ожидание проверки — стрела выпущена, пути назад нет. Два дня для посторонних пролетают в мгновение ока, но для участников процесса это настоящая пытка.
Тот ли это человек на самом деле?
Если да, то как теперь общаться?
А если нет, то…
Тина выглядела немного изнуренной. В свои девятнадцать лет она столкнулась с чередой подобных потрясений, и согласие на тест ДНК далось ей нелегко.
Сюй Чжунъи время от времени поглядывал на неё; на душе у Тины было неспокойно.
— Дорогая, не нервничай, я всегда рядом с тобой.
Миссис Уилсон утешала её, сжимая её руку.
Посторонний человек, глядя на это, непременно решил бы, что миссис Уилсон — приемная мать Тины или кто-то в этом роде. На самом деле, когда Цуй Ижу и Чжан Цзядун были живы и жили с Тиной в Лос-Анджелесе, господин и госпожа Уилсон находились в Нью-Йорке. Они виделись от силы несколько раз в год, так откуда взяться столь глубоким чувствам?
Эти чувства зародились не во время учебы Тины в нью-йоркском университете. После смерти Цуй Ижу и Чжан Цзядуна, благодаря намеренно проявленной заботе миссис Уилсон, отношения между супругами и Тиной развивались стремительно!
Сюй Чжунъи отвел взгляд.
Ему было всё равно, как Тина тратит деньги, он и сам хотел окружить её заботой.
Но Тина не признавала его.
Изначально он не возражал против того, чтобы сближаться с Тиной постепенно, но тут внезапно выискались желающие опекать её — господин и госпожа Уилсон были друзьями Чжан Цзядуна, и Сюй Чжунъи не мог этого игнорировать. Проведение теста ДНК было правильным решением: подтвердив кровное родство, он получал законное право оберегать жизнь Тины.
А если нет… Нет, это точно так.
Что касается Чанле, то он, чтобы Тине было спокойнее, тоже прошел процедуру. Какая глупость: Сюй Чжунъи видел, как этот мальчик родился, растил его до пяти лет, пока не увез за границу — как он мог быть неродным?
В то время их отношения с женой Цуй Ижу были прекрасными, можно сказать, они жили в полной гармонии и согласии.
Профессор Эмерсон и Клаус подошли вместе.
Четверо присутствующих снова собрались в одну группу.
— Результаты экспертизы готовы. Весь процесс находился под строгим контролем, и я готов поручиться за этот отчет своей личной репутацией. Если только в самой технологии ДНК-типирования нет каких-то изъянов, недоступных нынешней системе знаний, то, согласно общепринятым научным представлениям, три образца крови подтверждают: вероятность того, что вы втроем являетесь отцом, сыном и дочерью, а также братом и сестрой, составляет 95%!
Профессор Эмерсон улыбнулся:
— Поздравляю вас. Клаус говорил мне, что ваша семья была в разлуке двадцать лет. Я очень рад, что вы нашли друг друга!
Связи «отец-сын», «отец-дочь» и «брат-сестра» — всё подтвердилось!
Тина — биологическая дочь Сюй Чжунъи!
Цуй Ижу, возможно, и совершила измену, но она не лгала: в то время у неё действительно были только двое мужчин — Сюй Чжунъи и Чжан Цзядун. Раз Тина не дочь Чжан Цзядуна, она могла быть только дочерью Сюй Чжунъи. К счастью, современная медицина подтвердила это, и теперь ни у кого в душе не останется сомнений и недомолвок!
Лицо Сюй Чжунъи почти не выражало эмоций, но его взгляд был переполнен чувствами.
Сюй Чанле с облегчением выдохнул.
Это был лучший исход.
А что же Тина? Тина была в растерянности.
Она действительно дочь Сюй Чжунъи, но был ли этот результат тем, чего она хотела, она и сама не знала.
Клаус тоже поздравил их:
— Как говорят у вас в Китае, это «судьба». Я рад, что у вашей истории счастливый финал. Я не смогу отпраздновать это вместе с вашей семьей, так как сейчас мне нужно спешить в больницу — моя жена вот-вот родит… Ха, я скоро стану папой!
Хладнокровный хирург?
Дисциплинированный представитель среднего класса?
Нет, сейчас Клаус был просто мужчиной средних лет, который вот-вот станет отцом!
Если будет мальчик, он будет брать его с собой играть в футбол.
Если девочка, он будет баловать её как маленькую принцессу!
Это было просто замечательно.
И результаты семьи Сюй, и звонок из больницы — всё сложилось как нельзя лучше.
Радость на лице Клауса было невозможно скрыть, и профессор Эмерсон невольно заразился его настроением.
Сюй Чжунъи быстро среагировал:
— Доктор Клаус, позвольте мне прислать машину, чтобы вас отвезли в больницу, вы сейчас слишком взволнованы. Чуть позже я обязательно приду в больницу со своей семьей, чтобы навестить вашу жену и новорожденного.
Сюй Чжунъи всё же привез с собой в Америку людей; хотя Чжан Цзядун и был мертв, Сюй Чжунъи оставался осторожным.
Клаус не стал отказываться, пожал руку Сюй Чжунъи и ушел.
Сюй Чанле также был ему очень благодарен.
Даже Тина, которая всё ещё не знала, как вести себя с Сюй Чжунъи, услышав, что жена Клауса рожает, а сам он задержался в лаборатории из-за её теста ДНК, выразила благодарность Клаусу и передала пожелания Вэнь Манни. Это не имело отношения к тому, хотела ли она быть дочерью семьи Сюй — это было вопросом элементарного воспитания!
В сравнении с ней миссис Уилсон вела себя не столь воспитанно.
Едва Клаус ушел, миссис Уилсон спросила профессора Эмерсона:
— Раз есть 95% вероятности, что они родные отец и дочь, значит, остается еще 5% того, что…
Профессор Эмерсон с удивлением посмотрел на миссис Уилсон:
— Это лишь осторожная манера выражаться. На самом деле, в какую бы лабораторию вы ни обратились, в любое учреждение, способное проводить ДНК-экспертизу, вам нигде не выдадут результат в 100%.
Профессор Эмерсон не ошибался.
Даже через тридцать лет в отчете о тесте ДНК не будет написано «100%», понимаете?
Насколько бы зрелой ни была технология, пишут 99,99%, и количество знаков после запятой может стремиться к бесконечности!
Сюй Чжунъи с недобрым выражением лица произнес:
— Не совсем понимаю, на что намекает миссис Уилсон. Если результат в 95% вас не устраивает, мы можем провести повторный тест в другом учреждении. Я всего лишь хочу вернуть свою дочь, а не претендую на какое-либо имущество на её имя… Сам я, хоть и не так богат, как семья Уилсон, тоже обладаю определенным состоянием. Мы, китайцы, отличаемся от американцев: мы упорно зарабатываем деньги не для того, чтобы вести роскошный образ жизни, а чтобы оставить их потомкам. Мне не нужны деньги Тины, напротив, я оставлю ей наследство, которое обеспечит ей безбедную жизнь.
Тина была его дочерью.
Сюй Чжунъи мечтал о будущем семейном счастье, но миссис Уилсон упорно сеяла сомнения, и Сюй Чжунъи ответил ей без лишних церемоний.
Его бизнес был не совсем легальным.
Но он действительно заработал немало денег на перепродаже антиквариата!
В плане личного богатства он, разумеется, не мог тягаться с капиталами семьи Уилсон, накопленными более чем тремя поколениями.
Однако миссис Уилсон, жена Ивана Уилсона, хоть и была членом этой семьи, фактически являлась проигравшей, которую глава клана Уилсон вытеснил в Китай. У Сюй Чжунъи было гораздо больше оснований подозревать миссис Уилсон в корыстных намерениях по отношению к Тине!
Миссис Уилсон говорила обиняками, намекая, что Тине и Цзи Цзяньюаню не следует дружить с бедняками.
Под бедняком подразумевалась Ся Сяолань.
«Даже тощий верблюд больше лошади» — миссис Уилсон считала, что капиталы Ся Сяолань не идут ни в какое сравнение с её собственными.
В этот момент Сюй Чжунъи тоже мог поставить её на место.
Если измерять достоинство человека деньгами, то у обедневшей миссис Уилсон было меньше средств, чем у него!
Сюй Чжунъи был богат, не покушался на деньги Тины и лишь хотел признать дочь. Какое право имела миссис Уилсон, посторонний человек, сомневаться в Сюй Чжунъи и указывать ему!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
