— Я не могу так поступить.
Ся Сяолань решительно пресекла шальную мысль товарища Чжэньчжу.
Бай Чжэньчжу почувствовала досаду, но всё же не стала подбивать Ся Сяолань пойти на преступление ради награды.
Оно того не стоило. Без этой премии Сяо Лань не останется голодной, а риск был слишком велик — в том числе и в затее с подкупом судей AIA.
Она и так обладала талантом и имела все права на награду, с какой стати ей платить?
Если об этом случайно узнают, пятно на репутации останется на всю жизнь!
Лиса и Хайди по сути своей были очень похожи: им не хватало таланта, поэтому они шли на риск ради славы. У Ся Сяолань талант был, и ей не следовало рисковать так же, как они…
— Я что-нибудь придумаю, время разобраться с этим ещё есть.
Шёл конец апреля, и Ся Сяолань не особо спешила. Теперь, когда она знала, что замышляют Мэндэ Даосэн с дочерью, у неё было время подготовить ответный ход — например, расспросить Фуланькэ, этого члена AIA, и узнать, можно ли найти внутри организации силы, оппозиционные Мэндэ Даосэну. Враг моего врага — мой друг.
— Госпожа Ся.
— Войди!
Вошёл водитель Ся Сяолань, Чжэн Фэн, и передал ей папку с документами.
Ся Сяолань, даже не заглянув внутрь, тут же сунула её Бай Чжэньчжу.
Бай Чжэньчжу озадачилась:
— Что это?
— Посмотришь — узнаешь.
Ся Сяолань напустила таинственности. Бай Чжэньчжу открыла папку: внутри оказались сведения о Гао Хуабине.
— Это…
— Ничего особенного, просто хочу, чтобы ты побольше узнала о своём кандидате в женихи.
Покинув больницу, Ся Сяолань сразу поручила Чжэн Фэну разузнать всё. Она не считала Гао Хуабиня угрозой; важнее было, чтобы Бай Чжэньчжу сама приняла решение и отказалась от того, чтобы бабушка и невестка планировали её жизнь за неё.
Ся Сяолань проявила такую «серьёзность», чтобы немного нагнать интриги. Если со стороны Пань Сангэ так и не будет вестей, Ся Сяолань не станет настаивать…
Пусть тогда товарищ Чжэньчжу набивает руку на Гао Хуабине.
Отказ от брака ведь не мешает ходить на свидания.
Но даже в отношениях нужно понимать, кто перед тобой — человек или демон. Сейчас товарищу Чжэньчжу удаётся скрывать своё многомиллионное состояние, но денег будет становиться всё больше, разве получится утаивать это вечно?
На богатую одинокую женщину всегда будут слетаться самые разные мужчины, и Бай Чжэньчжу нужен опыт, чтобы распознавать их истинные цели.
В тех, кто льнёт к ней ради денег, нет ничего плохого, если они честно заявляют о своих намерениях: сделка совершена, и все довольны, разве нет?
Если богатый мужчина может завести себе молоденькую красавицу, почему женщина не может найти себе симпатичного «щенка»? Пока все не связаны узами брака, такие отношения никому не вредят!
Куда опаснее другой тип.
Те, кто жаждет только денег, но маскирует это под «истинную любовь». И мужчинам-боссам, и женщинам-руководителям стоит быть с такими настороже.
Ся Сяолань подозревала, что Гао Хуабинь относится именно ко второй категории.
Только так можно было объяснить его необъяснимый энтузиазм… Ся Сяолань вовсе не считала, что Бай Чжэньчжу плоха. Напротив, товарищ Чжэньчжу была слишком хороша, но её достоинства были скрыты внутри, и оценить их можно было лишь после долгого общения.
Важно ли, в каком стиле одевается женщина, красится ли она?
Для мужчин, возможно, и важно.
Но Ся Сяолань считала, что характер и порядочность куда ценнее.
Для неё Гао Хуабинь был чем-то вроде «слабого монстра» у ворот начальной деревни — идеальный вариант для Бай Чжэньчжу, чтобы потренироваться.
Бай Чжэньчжу просмотрела бумаги, но не нашла в них ничего предосудительного.
— В основном всё так, как говорила невестка. Семья у него небогатая, но и не из глухомани. С такими данными ему не составит труда найти себе пару в Янчэн. Я всё высказала ему предельно ясно, надеюсь, он поймёт и не будет тратить на меня время!
Да уж, данные у Сяо Гао и впрямь были отличными.
Кроме скромного достатка семьи, у него не было явных изъянов: и характер хороший, и сам по себе достойный. Встретив такого на свидании вслепую, обычная девушка давно бы согласилась, какие тут могут быть придирки?
Неудивительно, что Чан Ин считала Бай Чжэньчжу неблагодарной.
Однако товарищ Бай Чжэньчжу и впрямь была тугодумкой в таких делах.
Ся Сяолань забрала документы, пробежала глазами и лишь укрепилась в своих подозрениях:
— Ты рано радуешься. Сяо Гао так просто не сдастся.
Чжэн Фэн не зря был бывшим разведчиком: он умел вычленять главное при сборе информации. Возможно, он уступал Гэ Цзяню в боевых навыках, но его способности были более разносторонними!
Сяо Гао не был ветреным человеком. С его данными, не имеющими изъянов, многие хотели сосватать ему невест, как выяснил Чжэн Фэн, но Сяо Гао всем отказывал. Бай Чжэньчжу стала первой, с кем он согласился встретиться… и стоило им увидеться, как он начал решительное наступление. Почему?
Бай Чжэньчжу вспомнила высокого и худощавого Гао Хуабиня и невольно спросила себя: если даже такой не нравится, то кто тогда нужен?
…Должно быть, ей просто не нравятся мужчины!
Сяо Лань говорила, что отказ от брака — это личный выбор, и в будущем людей с такими взглядами станет только больше.
Она не была изгоем.
Эх, если бы бабушка внезапно не упала, она бы сейчас оставалась на острове, в свободное время тренировалась бы с Пань Сангэ. Вот это была бы жизнь!
Но бабушка ведь не по своей воле упала; это была её вина, что она раньше не настояла на найме сиделки.
Бай Чжэньчжу слов на ветер не бросала: раз там Гао Хуабинь, она в больницу ни ногой.
В любом случае, о состоянии бабушки ей вовремя сообщат две сиделки. Так прошло несколько дней. Бай Чжэньчжу уже решила, что всё утихло, когда к ней нагрянула невестка Чан Ин.
Чан Ин специально приехала ради этого в Пэнчэн.
Бай Чжэньчжу по-прежнему жила в том одноэтажном доме, который обустроила для бабушки.
Сама она привыкла к простому, почти мужскому образу жизни и не гналась за роскошью, но хотела, чтобы бабушке Бай жилось комфортно. Поэтому дом подвергся капитальной перестройке: проект заказали у фирмы «Юаньхуэй», в отделке использовали только лучшие материалы, а внутри всё было заставлено новой техникой.
Проще говоря, в доме у Бай Чжэньчжу было всё, что только можно найти в магазинах.
И хотя бабушка Бай время от времени тайком выдёргивала холодильник из розетки ради экономии электричества, она не могла не признать, что жизнь в этом маленьком дворике была по-настоящему уютной и современной!
Чан Ин сидела на большом кожаном диване, думая о том, как же сорит деньгами её золовка.
Бай Чжэньчжу налила ей чаю, а потом, кое-что вспомнив, вытащила из комнаты коробку:
— Невестка, я велела привезти Сяо Бао немного одежды. Раз уж ты здесь, забирай с собой.
То, что Бай Чжэньчжу называла «немного одежды», занимало целую коробку.
Сын Чан Ин, Сяо Бао, только начинал лепетать; он уже умел говорить «мама», но «тётя» ему ещё не давалось. Бай Чжэньчжу была занята бизнесом и видела племянника нечасто, но при каждой встрече никогда не приходила с пустыми руками: еда, одежда, игрушки — всё это заказывалось в Гонконге и было самого лучшего качества.
Включая и эту коробку вещей, купленных в дорогих торговых центрах Гонконга.
Чан Ин вообще-то пришла, чтобы отдать деньги, но, не успев этого сделать, получила в подарок целую коробку вещей. Ей стало неловко.
— Чжэньчжу, ты постоянно покупаешь что-то для Сяо Бао, я знаю, это от твоей любви к нему. Но деньги тебе даются нелегко, старайся тратить их экономнее. Я понимаю, что по сравнению с твоими доходами это, возможно, крохи, но Сяо Бао есть кому обеспечить — у него есть мы с твоим братом. А ты лучше откладывай деньги, они пригодятся тебе для собственной семьи.
Снова за старое.
Вот именно поэтому она и не могла окончательно рассориться с Чан Ин.
Невестка не была плохим человеком и никогда не пыталась выгадать что-то для себя за её счёт.
Просто они находились на совершенно разных волнах, и общаться им было невыносимо трудно!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
