Расстались из-за разногласий?
Сюй Цзин не удержался от смешка:
— Сян Ли, так вот что ты рассказываешь другим?
Логика Чжан Вэя тоже была по-разбойничьи наглой.
Даже если они расстались с Сян Ли «из-за разногласий», это означало, что к моменту разрыва между ними возникли непримиримые противоречия. Сян Ли не одобряла его занятия разработками, считая, что в электронный словарь, над которым они работали с Ма Хаем, никто не станет инвестировать. В самые трудные времена он и Ма Хай из последних сил держались на плаву, когда вопрос стоял буквально о выживании, и в итоге они дождались своего инвестора — Ся Сяолань.
Была ли во всем этом хоть какая-то заслуга Сян Ли?
Она не дала ни материальной помощи, ни моральной поддержки, не желала «тратить» на него ни лишней минуты и сразу после расставания начала встречаться с Ли Юном. Теперь Ли Юн попал в переплет, а Сюй Цзин и Ма Хай благодаря инвестициям Ся Сяолань и упорному труду после возвращения в страну построили нынешнюю карьеру — и теперь он непременно должен простить Сян Ли?
С какой стати!
Почувствовав гнев Сюй Цзина, Сян Ли бросила умоляющий взгляд на Чжан Вэя.
Чжан Вэй тут же преисполнился храбрости, желая защитить слабого:
— Сюй Цзин, к чему ты так давишь на Сян Ли? Пусть ты сейчас и добился успеха, нельзя же вести себя так вызывающе. Если бы Сян Ли тогда не уговорила тебя уехать за границу, где бы ты обучился технологиям? У тебя бы ничего не было сегодня. Я в тебе разочарован…
Неподалеку Чжоу Вэйпин поковыряла в ухе. Ей вовсе не хотелось слушать сплетни об «инженерном директоре Сюе», но они говорили слишком громко, и не слышать их было трудно.
Судя по словам лишь одной стороны, это была история о неблагодарном мужчине, который, разбогатев, бросил свою бывшую. Но так ли все обстояло на самом деле?
Чжоу Вэйпин не стала сразу вмешиваться не в свое дело.
Она плохо знала «директора Сюя», но доверяла Ся Сяолань.
Ся Сяолань не стала бы продвигать человека с дурными качествами.
Сюй Цзин сделал два глубоких вдоха, прерывая обвинения Чжан Вэя:
— Я поехал в Америку, потому что Сян Ли хотела там остаться. Если бы я не поехал, она бы со мной рассталась! Чжан Вэй, ты можешь называть это «способом Сян Ли подтолкнуть меня к лучшей жизни», но все расходы на поездку я оплачивал сам. Для этого мне даже пришлось продать возвращенный государством родовой дом… В Америке я ни разу не воспользовался финансовой помощью Сян Ли. Сян Ли, ты это признаешь?
Сян Ли хотела возразить, но Сюй Цзин говорил правду.
Хотя она уехала в Америку первой по программе государственного обучения, у нее не было родового дома, который можно было бы продать, а государственных выплат едва хватало на собственные нужды — откуда бы взялись деньги на содержание Сюй Цзина!
Когда Сюй Цзин прибыл в Америку, он не стал для нее обузой; напротив, он сам немало помогал ей.
Желая помириться с Сюй Цзином, Сян Ли, естественно, не могла больше клеветать на него в присутствии Чжан Вэя, поэтому ей оставалось только признать:
— Да, это правда. Финансово я не могла тебя поддержать, ведь я сама была лишь бедной студенткой. Сюй Цзин, ты не можешь меня простить за то, что я ушла, когда ваш с Ма Хаем «проект» переживал трудности? Я уже осознала свою недальновидность. Только дай мне шанс, и впредь, в богатстве или в бедности, я тебя не покину!
Хорошо, достаточно того, что Сян Ли признала этот факт. Чжан Вэй, хоть и был бестолковым добряком, по крайней мере, врать не станет. Сегодняшний разговор обязательно разлетится по кругу их общих знакомых!
Сян Ли так бесстыдно цеплялась за него лишь потому, что считала — он смягчится, а мужское самолюбие не позволит ему рассказать старым друзьям о том, что произошло в Америке.
Она в нем ошиблась!
Сюй Цзин внезапно повернулся к Чжан Вэю с горькой усмешкой:
— Я не могу сойтись с Сян Ли не только потому, что она бросила меня в самый трудный момент… Эх, я никому об этом не говорил, но тебе скажу. Бог с ним, с расставанием, но Сян Ли, не выждав ни малейшей паузы, тут же сошлась со старшим студентом по имени Ли Юн и уехала на машине, которую я же ей и купил. Чжан Вэй, мы оба мужчины — ты бы такое стерпел? Смог бы простить?
Сян Ли остолбенела.
Как Сюй Цзин мог вынести это на всеобщее обозрение?
Разве мужчина не должен беречь достоинство!
Чжан Вэй тоже лишился дара речи от услышанного.
— Ты… ты хочешь сказать…
— Да, именно то, о чем ты подумал. Сян Ли еще до нашего разрыва крутила шашни с другим студентом. Это измена, и я не могу через это перешагнуть. До сих пор мне тошно об этом вспоминать. Я не могу ни сойтись с ней, ни остаться друзьями. Чжан Вэй, я надеюсь на твое понимание и на то, что ты уважишь мой выбор!
Он во всем старался сберечь репутацию Сян Ли, но кто заботился о его чести и чувствах?
Сюй Цзину совсем не хотелось говорить гадости о бывшей, но если этого не сделать, она так и будет подсылать общих знакомых с уговорами, а Сюй Цзин смертельно от этого устал!
Когда женщине изменяют, она готова раструбить об этом на весь мир, подсознательно ища сочувствия, чтобы окружающие встали на ее сторону и осудили изменника.
Когда изменяют мужчине, он готов зарыться головой в песок. Слова «рогач» боится каждый мужчина!
Некоторые даже боятся упоминать об этом, ведь это слишком сильно бьет по самолюбию!
Ни один мужчина не станет шутить такими вещами. Когда Сюй Цзин договорил до этого места, Чжан Вэй, как мужчина, невольно ему поверил.
Сян Ли занервничала:
— Сюй Цзин, как ты можешь такое говорить! После нашего расставания я действительно была с Ли Юном, но это были нормальные отношения между мужчиной и женщиной! А деньги за машину — разве я не возвращала их тебе по частям? Ты так превратно меня понимаешь и клевещешь на меня, мне очень больно… Что ж, если тебе станет легче от таких слов, я не буду оправдываться. Чжан Вэй, прости, что из-за нас тебе пришлось тащиться в Шанду.
Глаза Сян Ли покраснели.
У Чжан Вэя было действительно хорошее впечатление о Сян Ли: красивая, целеустремленная, из простой семьи, но сумела добиться места на государственном обучении за границей.
Когда-то они учились в одном университете, и он даже симпатизировал ей. Сюй Цзин был успешнее в учебе и после выпуска остался в вузе; они сошлись с Сян Ли и один за другим уехали за рубеж, так что робкая влюбленность Чжан Вэя, естественно, сошла на нет.
Когда-то они были завидной парой, идеальным союзом — как же вышло, что поездка за границу все так испортила?
Видя несчастную Сян Ли и понимая, что Сюй Цзин не стал бы шутить такими вещами, Чжан Вэй не удержался от попытки примирения:
— Сюй Цзин, я знаю, что ты не врешь, но вдруг здесь какое-то недоразумение? Здесь слишком холодно, давайте найдем место, где можно присесть, и вы с Сян Ли во всем не спеша разберетесь. Выясните всё при мне, как при друге, идет? У нас с Сян Ли в Шанду нет знакомых, она сразу с поезда разузнала, где ты, и приехала сюда ждать, даже места для ночлега не нашла. Ночь на дворе, не на обочине же нам куковать…
Этот Чжан Вэй был совершенно бестолковым.
Сюй Цзина окончательно покинуло желание продолжать этот балаган. Он был слишком наивен: Сян Ли не зря выбрала Чжан Вэя в качестве посредника с его вязким, тягучим характером… Сюй Цзин развернулся, чтобы уйти, но тут рядом внезапно возникла фигура.
Это была женщина, лицо которой показалось ему знакомым.
Чжоу Вэйпин обошла Сюй Цзина, подошла к Чжан Вэю и Сян Ли и предъявила свое удостоверение:
— Я слышала, о чем вы тут говорили, товарищи. Вы приезжие и в такой поздний час не нашли, где остановиться? Раз уж я столкнулась с этим, не могу пройти мимо. Давайте так: идите за мной, я подберу вам подходящую гостиницу!
Чжан Вэй: «…»
Откуда ни возьмись — женщина-полицейский из управления общественной безопасности Шанду?
Когда парень с девушкой ссорятся, участие полиции, конечно, вещь хорошая, но тут такая «забота» только все портила!
Чжан Вэй смутился:
— Товарищ полицейский, можно вас на пару слов?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
