Ся Сяолань с удивлением посмотрела на него:
— С чего бы мне не знать? Ты теперь как-никак видная фигура в Гонконге, о каждом твоем шаге пишут в газетах.
Газеты, конечно, писали, но Ся Сяолань могла и отсеивать подобную информацию.
В душе Ду Чжаохуэя вспыхнула радость, она расцвела подобно цветку, который едва успел раскрыть бутон, как его сердце наполнила неописуемая горечь.
Он определенно снова был болен!
Ду Чжаохуэй понимал, почему он рад, но не мог уразуметь, откуда взялась эта горечь.
Ся Сяолань наконец спросила о слухах, и он с деланной непринужденностью выдал заранее заготовленный ответ:
— Ты же видела новости, неужели не узнала, кто это? В газетах пишут всякую чушь, я бы ни за что не стал с ней встречаться.
Ся Сяолань лишь знала, что новости в последнее время активно муссируются. Не то чтобы она любила сплетничать, просто Чжан Байлун из «Цихан Цзыбэнь» как-то вскользь упомянул об этом, а самих фотографий она и в глаза не видела.
— Я только знаю, что это актриса с TVB по имени Е Цзя, верно?
Ду Чжаохуэй усмехнулся:
— Е Цзя — это сценический псевдоним. Вы старые знакомые, раньше ее звали Хэ Шиюань.
Хэ Шиюань?
Но и Хэ Шиюань было вымышленным именем.
Скорее всего, Е Цзя тоже не настоящее.
Но человек-то оставался прежним.
Хотя Ся Сяолань не испытывала предубеждений к работницам секс-индустрии, это касалось лишь обычного общения. На брачном рынке у мужчин есть право выбирать, и общественные стандарты для мужчин и женщин действительно разнятся. Каким бы бабником ни был Ду Чжаохуэй в прошлом, когда придет время выбирать супругу, он не сможет взять в жены бывшую проститутку… Точно так же Ся Сяолань вполне понимала предвзятое отношение к мужчинам, работавшим в сфере эскорта.
Общество попросту не могло принять союз таких людей.
Ся Сяолань и сама не была свободна от мирских условностей: даже если в прежней «Хэ Шиюань», а ныне Е Цзя, и были черты, которыми она восхищалась, это оставалось лишь восхищением.
В конце концов, ее дружба с Ду Чжаохуэем была крепче, и ее позиция была предвзятой: как друг, она желала, чтобы его будущая спутница жизни была более достойным человеком.
Будь это настоящая любовь, Ся Сяолань благословила бы их. Но раз уж Ду Чжаохуэй отрицал их отношения, зачем ей усердно пытаться свести их вместе? Она же не сумасшедшая!
Она-то думала, что у Ду Чжаохуэя наконец появилась постоянная девушка, и ему хотя бы будет с кем встретить Новый год, но ответ оказался совсем не таким, как она ожидала.
Ся Сяолань на мгновение замолчала, не зная, что сказать.
Ду Чжаохуэй и сам не понимал причин своей горечи. Ся Сяолань так заботилась о нем, он должен был быть вне себя от радости!
Непонятные эмоции раздражали Ду Чжаохуэя, и он, ухмыльнувшись, сменил тему:
— Боишься, что мне будет одиноко на Праздник весны? Пф, обычные люди дорожат традиционными праздниками только потому, что в их повседневной жизни полно невзгод. Лишь в такие дни они могут временно забыть о заботах, отбросить печали и просто набивать брюхо. А я и так счастлив каждый день. Серьезно, мое счастье дано прочувствовать не каждому!
Серьезный настрой Ся Сяолань вмиг улетучился. Сами по себе слова не вызывали возражений, но тон, с которым Ду Чжаохуэй их произнес, так и напрашивался на оплеуху.
Они расстались в Пэнчэне. Ду Чжаохуэй махнул ей рукой:
— О чем ты вообще беспокоишься? У меня каждый день как праздник!
Ся Сяолань кивнула:
— И все же, заранее поздравляю тебя с Новым годом. Пусть во всем сопутствует удача.
Ся Сяолань вернулась в Пэнчэн, чтобы составить компанию Лао Тану и товарищу А Фэнь. У Лао Тана в этом году не было выходных ни в канун Нового года, ни в первый день первого лунного месяца — ему предстояло работать вплоть до третьего числа, прежде чем он сможет отдохнуть пару дней.
Ся Сяолань планировала пробыть в Пэнчэне до третьего числа, а затем отправиться в Пекин, но родная мать тут же принялась ее поучать:
— В прошлом году на Праздник весны вы с Чжоу Чэном только поженились, к тому же были заняты поисками твоей тети, так что все отнеслись с пониманием к тому, что вы не поехали к семье Чжоу. Но в этом году так нельзя. У Чжоу Чэна специфическая работа, и ты, как невестка, должна больше заботиться о его доме вместо него. Так что сначала возвращайся в столицу, а мы с твоим дядей Таном приедем туда после второго числа.
На самом деле, только Ся Сяолань нужно было ехать в Пекин к семье мужа, в то время как ее родня практически вся обосновалась в Пэнчэне.
Лю Фэнь собиралась в Пекин не только ради дочери: Тан Хунэн каждый год на Праздник весны навещал старика Суна, чтобы поздравить его.
«Ну и щедрость у родной матери», — подумала Ся Сяолань и спросила мнение Тан Хунэна. Тот вечно был недоволен Чжоу Чэном, но на этот раз поддержал Лю Фэнь:
— Поезжай. В конце концов, с нами ты видишься часто, а времени на роль невестки в семье Чжоу у тебя остается мало. В Новый год стоит составить компанию старшим родственникам Чжоу Чэна.
Что ж, Ся Сяолань снова собрала вещи и отправилась в Пекин.
Ей уже доводилось жить с родителями Чжоу Чэна — еще до свадьбы она как-то ночевала у них.
Но это была всего лишь одна ночь.
Ся Сяолань пребывала в полной растерянности от того, что именно должна делать невестка. Опыта ноль, да и совета в интернете не спросишь!
Неужели придется наперебой хвататься за работу и готовку? Готовила она так себе, оставалось лишь надеяться, что семья Чжоу не будет слишком придирчива.
Ся Сяолань вернулась в столицу одна, чтобы встретить Новый год в доме Чжоу. Гуань Хуэйэ ничего не говорила вслух, но в душе была очень рада. За пару дней до этого в доме провели генеральную уборку, а сегодня она пораньше ушла с работы и вместе с Цзэн Сао еще раз протерла все в комнате Чжоу Чэна.
Так что волновалась не только Ся Сяолань — у Гуань Хуэйэ тоже не было опыта в роли свекрови, и обе они вели себя крайне осторожно, желая поладить друг с другом.
Одно дело — общаться время от времени, и совсем другое — жить под одной крышей. Кто знает, совпадут ли их привычки и не возникнут ли разногласия.
Чжоу Гоцзинь подшучивал над ней из-за ее чрезмерного волнения, на что Гуань Хуэйэ лишь сердито зыркнула на него:
— Да что ты понимаешь! Хорошо вам, мужчинам, вас не заботят проблемы отношений между свекровью и невесткой!
Чжоу Гоцзинь с серьезным видом возразил:
— Моя жена столь просвещенная женщина, а невестка Сяо Лань так разумна и воспитана. Вы обе выдающиеся женщины, откуда у вас время на какие-то дрязги?
Гуань Хуэйэ это развеселило, и она со смехом обозвала его подлизой.
Тем не менее, вмешательство Чжоу Гоцзиня действительно помогло ей немного расслабиться.
И вправду, о чем беспокоиться? Она просто будет искренней с невесткой. Сяо Лань из тех, кто на каплю добра отвечает целым морем, и она не станет придираться к мелочам.
Раньше Гуань Хуэйэ думала, что Чжоу Чэну нужна верная помощница в тылу, но в итоге он выбрал Ся Сяолань — сильную, независимую женщину, и теперь Гуань Хуэйэ считала, что это тоже неплохо.
Во-первых, ее любил сын, и это было самым важным.
Во-вторых, Ся Сяолань была женщиной волевой и широких взглядов, ее интересы выходили далеко за пределы семейного быта, так что почву для конфликтов найти было трудно.
Ся Сяолань весь год была занята и редко заглядывала к Чжоу, но на праздники всегда присылала поздравления и подарки. Сейчас, когда Чжоу Чэну не дали отпуск на Новый год, невестка сама проявила инициативу приехать к старшим. Что тут могло пугать в эти несколько дней?
Вернувшись в Пекин, Ся Сяолань, как и ожидала Гуань Хуэйэ, с вещами направилась прямиком в дом Чжоу, даже не заходя в их с Чжоу Чэном уютное гнездышко.
Однако приготовления Гуань Хуэйэ оказались напрасными. Ся Сяолань едва успела разобрать вещи и начать объяснять, какие подарки предназначены для стариков из семьи Чжоу, какие — для семьи старшего дяди Чжоу, а какие — для семьи тети Чжоу Чэна, как раздался звонок от мужа тети, Гу Чжэнцина:
— Сяо Лань, пришли вести с северо-запада. С твоей старшей студенткой Шань Юйцзюнь, которая уехала волонтерствовать в школу, что-то случилось!
Бац! Подарок для Гу Сыянь, который Ся Сяолань держала в руках, с грохотом полетел на пол.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
