— Вопросы с вариантами ответов: b, a, c… Всё верно?
Ся Сяолань кивнула. Если память ей не изменяла, ответы действительно совпадали с эталонными.
Если бы она правильно ответила на все вопросы по математике или английскому, никто в классе не удивился бы. Математика и английский были сильными сторонами Ся Сяолань, особенно английский! Но то, что она без ошибок прошла тест по китайскому языку… Ся Сяолань не стала бы лгать: эта предварительная оценка влияла на подачу заявлений в вузы. При нормальном раскладе Ся Сяолань в любом случае проходила бы на уровень ключевых университетов, так что врать ей не было смысла.
Чэнь Цин проверял вопрос за вопросом, а Ся Сяолань нужно было лишь сверяться с эталонными ответами и подтверждать, правильно она ответила или нет. За вопросы с выбором варианта, заполнением пропусков или суждениями «верно/неверно» можно было выставить точные баллы: ошибся — ноль, ответил правильно — балл в копилку. С комментариями и пониманием текстов на вэньяне всё было сложнее. Ся Сяолань смотрела на ответы, вспоминая, как именно она писала в тот день. Что-то совпадало, где-то были расхождения. На сочинении процесс оценки застопорился: если для вэньяня еще существовали какие-то стандарты, то сочинение оценить точно было невозможно.
Экзаменационную работу по китайскому языку 1984 года на самом деле не стоило делить по типам вопросов. Она состояла из трех частей: современная литература, вэньянь и сочинение.
За современную литературу давали 40 баллов, за вэньянь — 30, а за сочинение — 50.
Всегда говорили, что китайский — это предмет, который тянет Ся Сяолань назад, но, возможно, задания в этом году и впрямь были несложными. Проверив первые две части, она уже набрала около 58 баллов. Простые варианты — благо для средних учеников, такие задания сокращают разрыв между ними и отличниками. В сложных тестах отличник наберет 90, а среднячок — 60. В легких отличник всё равно наберет чуть больше 90, но и среднячок сможет получить больше 80… Конечно, для топовых эрудитов сложность не имела значения — они всегда были максимально близки к высшему баллу.
Максимальный балл — 120. Топовый эрудит набирает 120, а обычный отличник — 118. Неужели разница в их уровне составляет всего два балла?
Тот, кто набрал 118 баллов, набрал столько в силу своих способностей; а тот, кто набрал 120, набрал столько лишь потому, что в экзамене было всего 120 баллов!
Ся Сяолань не была слаба в китайском. Темой сочинения был «Взгляд на сочинения учеников средней школы» — нужно было написать рассуждение на 800 иероглифов. Это была не проза и не поэзия, что позволило Ся Сяолань избежать того, в чем она была не сильна. В сочинении на 50 баллов она не отклонилась от темы, так что получить за него больше 30 баллов не составит труда.
— Давай оценим китайский в 90 баллов.
Для Ся Сяолань такой результат был в рамках нормы, она даже немного поскромничала.
Чэнь Цин быстро записал: «Китайский — 90 баллов».
Дальше шла математика. Её оценить было просто. Этот вариант называли самым сложным в истории; многие только что оценили свои работы в 30–40 баллов, у кого-то было чуть больше 20, а самые высокие оценки не превышали 70. Ся Сяолань на всё отвечала «верно». В глубине души она понимала, что за этот лист должна получить высший балл, но, чтобы не звучать слишком самоуверенно, в итоге оценила математику в 115 баллов.
В классе воцарилась мертвая тишина.
Взоры присутствующих полыхали, словно пламя, подавляя сомнения в собственном интеллекте.
Почему одноклассница Ся смогла набрать 115 баллов, а они — всего по 30–40?
— Наверное, она просто ошиблась в подсчетах… — пробормотал кто-то в углу. Какими бы хорошими ни были их отношения в обычное время, сейчас было трудно не поддаться зависти.
Хотя этот голос быстро заглушили другие, взгляды, которыми провожали Ся Сяолань, невольно стали подозрительными. Неужели разница в IQ между людьми настолько велика? В заданиях, которые все сочли невыносимо сложными, Ся Сяолань действительно могла набрать 115 баллов?
Затем по очереди оценили физику, химию, политику и биологию.
Шок, зависть, восхищение… доходящее до онемения — чувства тех, кто слушал подсчеты Ся Сяолань, сменялись слоями.
Только когда дошли до политики, все почувствовали, что это, наконец-то, человеческие баллы: при максимуме в 100 баллов Ся Сяолань оценила себя в 50.
Чэнь Цин взял ручку и сложил все баллы Ся Сяолань: китайский — 90, математика — 115, политика — 50, английский — 98, физика — 92, химия — 94, биология — 45. Если считать так, то общая сумма получается 584 балла? Чэнь Цин боялся ошибиться; это было простое сложение, доступное и младшекласснику, но он застыл и перепроверил расчеты на бумаге раза три.
— 584 балла?
В прошлом году «чжуанъюань» среди выпускников естественно-научного профиля в провинции Юйнань набрал именно 584 балла.
В этом году математика и физика были сложными. Для многих подсчет баллов был сродни посыпанию солью открытых ран, и только Ся Сяолань выдала такой высокий результат.
Неужели она переоценила себя?
Старина Ван вошел в класс, неся в руках стопку документов.
— Ну что, как ваши успехи с баллами? Вот ваши бланки для выбора вузов. У вас есть целый день, чтобы подумать, как их заполнить. Если возникнут вопросы, можете посоветоваться с учителями или спросить мнение родителей.
Сегодня был день подсчета баллов и выбора заведений, и многие родители наверняка пришли вместе с детьми, боясь, что те поддадутся порыву, неверно заполнят анкету и пролетят с поступлением.
Однако пока что они оставались за дверями класса, предоставив ученикам возможность самим считать баллы и боясь их потревожить.
Официальные результаты Гаокао еще не были известны, а проходные баллы тем более.
Но у каждой школы были свои каналы информации; на основе данных прошлых лет они анализировали текущую ситуацию. В этом году математика была чрезвычайно сложной, физика тоже выше среднего. Эти два предмета должны были заметно снизить баллы у середнячков, тогда как на горстку лучших учеников они почти не повлияли. Старина Ван подробно разъяснил этот анализ студентам: в этом году проходной балл в бакалавриат должен составить около 460.
Если предварительная оценка выше этого порога на 30 баллов, то поступление в ключевой университет вполне реально.
Если удастся набрать 500 баллов, можно подавать документы в любой ключевой вуз, главное — не лезть в самые популярные элитные университеты.
Те, чьи баллы были на 30 пунктов ниже 460, скорее всего, могли рассчитывать только на профессиональные училища.
Если брать проходной балл бакалавриата за стандарт, то плюс 20 баллов — это уровень ключевых вузов, а минус 20 — уровень колледжей. В то время система баллов Гаокао была именно такой простой и грубой: вся страна решала одинаковые варианты, и для всей страны устанавливались одинаковые проходные баллы. Предварительная оценка была критически важна, как и заполнение анкеты. Многие ученики, схватив бланки, выбежали из класса искать своих родителей.
Когда в классе почти никого не осталось, Старина Ван осторожно спросил Ся Сяолань:
— Сколько ты насчитала?
Если бы он не повредил руку, разве пришлось бы Старине Вану быть таким осторожным?
— 584 балла. Может, не совсем точно, но где-то рядом.
Старина Ван едва не раскрошил в пальцах мелок. Сколько?! 584?!
Но нашелся кое-кто, кто разволновался еще сильнее. Директор Сунь, подслушивавший за дверью, ворвался внутрь:
— Ученица Ся, эта оценка верна? 584 балла?
Разве Ся Сяолань могла сейчас сказать, что это неточно? В глазах директора Суня читалась такая надежда, что ей оставалось только кивнуть.
Директор Сунь закружил на месте, бормоча «прекрасно», а сделав два круга, обнял Старину Вана. Вид двух нежничающих немолодых мужчин заставил Ся Сяолань почувствовать неловкость.
Директор Сунь внезапно повернулся к ней:
— А вуз? Куда будешь подавать?
— Наверное, в университет Хуацин. Мне нравится этот вуз.
Когда у тебя такие баллы, ты во всем права! Разве есть в стране абитуриент, которому бы не нравились университеты Хуацин или Цзинцзи?
Директор Сунь вытащил из кармана рубашки свою перьевую ручку и протянул её Ся Сяолань:
— Заполняй вот этой ручкой!
Если Ся Сяолань поступит в Хуацин, эта ручка станет свидетелем исторического события. Ведь в первой школе Аньцина, нет, во всем уезде Аньцин, первого студента, поступившего в университет Хуацин, разглядел и воспитал именно он, человек по фамилии Сунь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
