Цена дома составляла 70 тысяч.
Ся Цзыюй считала, что цену обязательно нужно сбивать, но, судя по площади застройки, если дом и не стоил 70 тысяч, то 50 тысяч он точно стоил?
Чжан Цуй изначально накопила более десяти тысяч юаней семейного капитала, но Ся Цзыюй растратила половину этих денег. Скитаясь из Шанду в Пекин, они прожили здесь два-три месяца, и ей едва удалось разузнать вкусы местных жителей. Однако Ся Чанчжэн не мог ей помогать, масштаб её закусочной был ограничен, и ежедневный доход не мог быть слишком высоким.
Семья Ван вернула Ся Цзыюй пять тысяч юаней — часть этих денег Ся Цзыюй потратила на семью Ван, а часть одолжила Ван Цзяньхуа. Даже если бы Ся Цзыюй опустошила все свои семейные запасы, она не смогла бы купить этот двор.
С передвижным лотком с закусками неизвестно, сколько лет понадобилось бы, чтобы накопить такую сумму.
Ся Цзыюй всё же хотела, чтобы Чжан Цуй снова открыла в Пекине лавку.
Сама же она планировала лучше развивать свои курсы по подготовке к экзаменам. Если масштаб курсов будет достаточно велик, то, даже если прибыль с каждого ученика невелика, за год за счёт количества можно получить очень приличный доход. Сейчас Ся Цзыюй училась на втором курсе и поставила себе цель: купить подобный дом до окончания четвёртого курса!
Если бедная деревенская семья сможет купить жильё в столице, это будет означать, что они пустили здесь корни.
Были дома и в более отдалённых местах. Ся Цзыюй смотрела их — они были дешёвыми, но на эти развалюхи она и смотреть не хотела.
Тот дом, который ей приглянулся, продавали за 70 тысяч!
Ся Цзыюй усердно трудилась ради этой цели, и она не понимала одного: Ся Сяолань тоже хочет купить дом… Откуда у Ся Сяолань могли взяться 70 тысяч юаней?
Она заставила Ся Чанчжэна подробно рассказать о том, что произошло.
Ся Чанчжэн пристрастился к алкоголю, и от чрезмерного пьянства его рассудок помутился. Если раньше в нём была доля прозорливости, то теперь осталась лишь тупость человека, вечно жалующегося на судьбу. Он действительно не понял, кто именно хотел купить дом; он знал только, что, когда умывался у колодца, поднял голову и увидел входящую Ся Сяолань, после чего сразу бросился на неё.
В тот момент Ся Чанчжэн хотел столкнуть Ся Сяолань в колодец.
Но Ся Сяолань увернулась, и он сбил с ног мужчину средних лет, который был с ней.
Хозяин дома страшно разозлился и потребовал, чтобы он и Чжан Цуй съехали, потому что он испортил хозяину сделку и потому что тот, кого он сбил, был чиновником:
— По-моему, это тот чиновник хотел купить дом.
Мнение Ся Чанчжэна совпадало с мнением Чжан Цуй, но Ся Цзыюй не была в этом уверена. Чиновник покупает дом? Кто станет брать с собой посторонних для такой покупки? Ся Сяолань, студентка университета Хуацин, вряд ли стала бы подрабатывать посредником. Либо она сама была покупательницей, либо её отношения с этим чиновником были чрезвычайно близкими.
Настолько близкими, что она сопровождала его при осмотре дома. Ся Сяолань вряд ли нашла бы себе в сожители мужчину средних лет — неужели этот чиновник был мужчиной, которого нашла Лю Фэнь?
В памяти Ся Цзыюй образ Лю Фэнь остался ещё с празднования Нового года.
Смуглая, худая, одета не в лохмотья, но всё равно деревенщина. Некрасивая сельская женщина, да ещё и в разводе — Ся Цзыюй ни за что не поверила бы, что та могла найти в Пекине подходящего по возрасту чиновника с прекрасными условиями!
Чжан Цуй, скрежеща зубами, проговорила:
— Неужели эта маленькая дрянь действительно сама хочет купить дом? Откуда у неё деньги!
Когда Лю Фэнь и Ся Сяолань выгоняли из семьи Ся, Чжан Цуй знала лучше всех: у них было всего 20 цзиней батата. Даже если они потом вернулись за старой одеждой и прихватили какие-то заначки, на что этого могло хватить!
Признать, что Ся Сяолань и Лю Фэнь сейчас живут лучше её семьи, было слишком мучительно, Чжан Цуй не могла с этим смириться.
— Может быть, Лю Юн разбогател…
Ся Цзыюй покачала головой:
— Если бы мой дядя Лю Юн разбогател, дал бы он мне несколько десятков тысяч на покупку дома?
Чжан Цуй тут же смутилась.
Даже если Чжан Фумань согласится, Цзян Лянсян будет против! Чтобы дать Ся Цзыюй несколько десятков тысяч на дом, Чжан Фумань должен был заработать бесчисленное множество таких «десятков тысяч», чтобы не придавать этим деньгам значения и запросто выложить их племяннице на жильё в Пекине.
Чжан Цуй судила по себе: как бы она ни помогала родительскому дому, своя семья всегда важнее.
Ся Цзыюй не понимала двух вещей:
Первое — действительно ли Ся Сяолань собирается покупать дом?
Второе — если покупать собирается Ся Сяолань, то откуда у неё несколько десятков тысяч юаней?
Чтобы человек мог мгновенно разбогатеть за короткий срок, у него должен быть способ заработка.
Ся Цзыюй не смогла добиться ответа от родителей, поэтому отправилась выпытывать правду у хозяина дома. Тот всё ещё был в ярости. У Ханчжан уже заявил, что дом ему не нужен, и, несмотря на всяческие извинения Ся Цзыюй, хозяин не собирался позволять Ся Чанчжэну и Чжан Цуй оставаться здесь:
— Завтра же пусть твои родители поскорее выметаются. Если вздумаете здесь задерживаться, не вините меня, когда я начну вышвыривать вас силой!
Сколько бы Ся Цзыюй ни говорила любезностей, гнев хозяина не утихал. Если бы сегодня Ся Чанчжэн покалечил У Ханчжана, то эти двое — торговцы из провинции — сбежали бы, не выплатив компенсацию, и вся ответственность легла бы на хозяина. Связавшись с такими арендаторами, хозяин ни за что не оставил бы Ся Чанчжэна. Кто знает, когда этот алкоголик снова сойдёт с ума!
Ся Цзыюй тоже чувствовала себя униженной.
Она склоняла голову перед Ван Гуанпином и Жань Шуюй, потому что это её будущие свёкор и свекровь; она хотела выйти замуж за Ван Цзяньхуа, и ей нужно было согласие семьи Ван!
А этот человек перед ней — кто он такой? Всего лишь обладатель наследственной недвижимости в Пекине, который только и умеет, что презирать приезжих и деревенских. Ся Цзыюй, сдерживая гнев, долго его уговаривала, пока не узнала правду — оказалось, дом действительно хотела купить Ся Сяолань, а сопровождавший её чиновник был всего лишь посредником!
В этот момент Ся Цзыюй стало невыносимо горько.
Неужели, как бы усердно она ни трудилась, она не сможет сравниться с Ся Сяолань, которой всё даётся легко, стоит лишь немного постараться?
Так было с поступлением в университет!
Так случилось и по приезде в Пекин!
Ся Цзыюй до сих пор не давало покоя то, что Ся Сяолань была в первом ряду почетного караула на праздновании на площади Тяньаньмэнь.
Тогда она ещё могла утешать себя тем, что в почетный караул Хуацин набирают поверхностно, только за внешность.
А сейчас? Чтобы выложить несколько десятков тысяч на дом, тоже смотрят только на внешность?
Ся Цзыюй едва не раскрошила зубы от злости. Она просто не могла смириться с тем, что Ся Сяолань живет лучше неё; от одной этой мысли она теряла сон и аппетит. Радость от успеха её курсов была вмиг разрушена этой новостью. Ся Цзыюй подумала и отправилась прямиком к Ван Цзяньхуа.
Дом помог снять Ван Цзяньхуа, и теперь, когда хозяин их выгоняет, её родителям нужно найти новое пристанище в течение одного завтрашнего дня.
Ся Цзыюй также очень хотела прояснить ситуацию с Ся Сяолань.
Она хотела, чтобы Ван Цзяньхуа держался от Ся Сяолань как можно дальше, но сейчас ей казалось, что этого недостаточно. Она не искала встречи с Ся Сяолань, но та сама явилась к ним на порог. Возможно, это была намеренная месть со стороны Ся Сяолань? Ся Сяолань тоже не может позволить себе этот дом, она просто узнала, где живут её родители, и специально разыграла сцену с покупкой, чтобы их выселили?
Ся Цзыюй предпочитала верить в последнюю версию и именно так преподнесла всё Ван Цзяньхуа!
— Сяо Лань… она сама пришла к вам?
Ван Цзяньхуа на самом деле тоже не очень в это верил.
Даже если Сяо Лань затаила обиду за прошлое, она должна была прийти к нему.
Но факт оставался фактом: после встречи на праздновании на площади Тяньаньмэнь прошло уже две недели, и Ся Сяолань ни разу не появлялась в поле его зрения.
Хотя он учился не в Хуацин, а в Пекинском педагогическом университете, недавно о нём писали в газетах, и он уже не был безвестным обычным студентом. Связан ли этот поступок Сяо Лань с тем, что она прочитала газету?
Ван Цзяньхуа чувствовал, что не может просто сидеть и ждать, ему нужно было понять намерения Ся Сяолань.
Если всё это из-за него, он попросит Сяо Лань прекратить эту «месть». Хотя раньше они и симпатизировали друг другу, в конечном счёте им не суждено быть вместе, и попытки что-то навязать ни к чему не приведут.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
