Преподаватель Сюй Цзин не мог справиться, потому что не владел нужным подходом; при помощи и наставлении У Ханчжана Лю Юн выселил жильцов всего за один день!
Против тех, кто упрямо не желал уходить, не было иного способа: раз вещи вынесли наружу, занести их обратно точно не позволят.
Ли Дунлян и Гэ Цзянь стояли там, словно боги-хранители дверей!
У Ханчжан сам предложил кредит, но Лю Юн не слишком-то осмеливался его брать. Ему нужно было посоветоваться с Ся Сяолань. У Ханчжан не торопил; он не взял предложенные Лю Юном в благодарность деньги, приняв лишь блок сигарет. В конце концов, У Ханчжана не прельщала такая мелкая выгода. Директора госпредприятий, которые не могли выплатить зарплаты, часто умоляли его о кредитах из филиала — разве мог такой человек нуждаться в подачках?
Он был предан общему делу и имел большие стремления.
— Сяо Лань, как думаешь, покупка этих гособлигаций правда не будет убыточной? Смотрю я на У Ханчжана и прямо сердце за него болит.
Ся Сяолань лишилась дара речи: У Ханчжан переживал из-за навязанного сверху плана, а её дядя, сам будучи бизнесменом, беспокоился за человека с «железной чашкой риса». Как ни крути, У Ханчжан был руководителем среднего или высшего звена в банке. По мере расширения политики реформ и открытости его работа будет становиться всё более престижной.
— На гособлигациях не прогоришь, но для нас хранить деньги в банке ради процентов — это уже немалые потери, так что и на облигациях особо не заработаешь. А что касается предложения У Ханчжана дать вам кредит, то смотрите сами, нужно ли это вам.
Низкие проценты — понятие относительное.
Если проценты по кредиту в банке окажутся ниже, чем по депозиту, то Лю Юн мог бы даже заработать на разнице, взяв кредит и положив его на счёт.
Ся Сяолань считала, что такие мелкие махинации бессмысленны. Нужно было понять, будет ли польза от этого кредита для Лю Юна. В бизнесе чем больше оборотных средств, тем лучше, но нужно здраво оценивать перспективы и финансовое состояние. Если набрать долгов и не смочь их вернуть… «Юаньхуэй» — не госпредприятие, долги банку прощены не будут.
Те обанкротившиеся госпредприятия могли позволить себе не платить, но «Юаньхуэй» нацелена на долгосрочное развитие.
Выслушав объяснения Ся Сяолань, Лю Юн немного воодушевился.
Он уже брал кредиты и знал, что из-за долгов банку спится неспокойно. Но проект по гостевому дому при мэрии был успешно завершен, он вовремя выплатил кредит и при этом заработал приличную сумму. Лю Юн на себе ощутил пользу банковских займов и не испытывал к ним неприязни. Как и сказала Ся Сяолань, если появится подходящий проект, а своих средств не хватит, и У Ханчжан захочет дать кредит, то он готов взяться за дело.
Лю Юн изначально был человеком смелым, иначе как бы он решился в своё время заниматься контрабандой.
Он провёл Ся Сяолань по двору сыхэюаня. Хотя самострой, возведенный жильцами, превратил всё в беспорядок, общая площадь участка была внушительной. Она была почти такой же, как участок в Цицзиньцунь, выделенный Ся Сяолань под строительство дома!
Но деревенская земля не могла сравниться с этим двором — ведь это был имперский город.
Только в этот момент Лю Юн до конца осознал реальность:
— Так значит, у меня теперь есть дом в Пекине?
А как же иначе. Ся Сяолань была рада за дядю, который обзавёлся жильём даже раньше неё.
В одной семье не делят своё и чужое, неважно, кто купил первым. Ся Сяолань была очень благодарна дяде: когда они с Лю Фэнь жили в продуваемой ветрами лачуге в деревне Дахэ, именно дядя, не говоря лишних слов, забрал их к себе. И не просто пожить на пару дней. Тогда Лю Юн ещё не знал, что племянница способна зарабатывать деньги, он просто взял на себя ответственность за них!
Сейчас, оглядываясь назад, это казалось не совсем правильным — Лю Юн принял решение, даже не посоветовавшись с Ли Фэнмэй.
К счастью, Ся Сяолань не обременяла семью дяди слишком долго и вскоре сама начала зарабатывать.
Всё это произошло лишь в прошлом году. За один короткий год случилось так много всего, но Ся Сяолань не забыла своей благодарности к Лю Юну.
— Эти незаконные постройки обязательно нужно снести. В вашей семье всего три человека, вам не нужно столько каморок. Изначальная планировка двора была очень хорошей. Места хватит и вам с тётей, и брату. Если вернуть двору первоначальный вид, дом станет очень светлым и просторным!
Семья из трёх человек могла бы потесниться и в маленькой комнате.
Бывали случаи, когда в одной комнате жили три поколения — в те непростые времена это было обычным делом.
Потребности в одежде, еде и жилье — это то, без чего человек не может обойтись. Когда деньги заработаны и вопросы с питанием и одеждой решены, следующим шагом всегда становится улучшение жилищных условий. Иметь крышу над головой и жить с комфортом — разные вещи. Ся Сяолань считала, что Лю Юн может сразу стремиться к комфорту. Стоило просто снести весь самострой и потратить немного денег на ремонт двора.
— Тогда понадобится ещё приличная сумма.
Дом куплен, но его нужно восстановить, обставить мебелью… Лю Юн чувствовал, что это настоящая бездонная яма для денег.
Но, в отличие от других, Лю Юн сам занимался отделкой. Раз он мог отлично отремонтировать чужие дома, неужели не приложит все силы для собственного?
Он повернулся к Ся Сяолань:
— Ты ведь учишься на архитектора, а отделка — это тоже часть архитектуры. Поручаю этот двор тебе.
С начала учёбы не прошло и двух месяцев, Ся Сяолань только начала осваивать профессиональные знания. Однако этот «недоучка» раньше уже проектировала интерьеры для Кан Вэя и Шао Гуанжуна, составляла план для гостевого дома мэрии Пэнчэна, а дом в Цицзиньцунь был их совместной работой с Гун Яном. Если Ся Сяолань придётся взяться за дело, она не испугается.
На архитектурном факультете Хуацин так много выдающихся преподавателей — если что-то будет непонятно, она всегда сможет спросить совета.
Применять знания на деле и больше практиковаться — это куда лучше, чем просто чертить линии.
Конечно, основы тоже нужно было отрабатывать. Ся Сяолань с радостью приняла поручение Лю Юна. Когда-нибудь ей нужно будет прийти сюда и тщательно измерить площадь и планировку дворика.
Лю Юн тоже ходил и ощупывал каждый угол дома. Если рассказать об этом его Ли Фэнмэй, сюрприз будет просто огромным!
Правда, всей семьёй в Пекин переехать пока не получится: Лю Юну нужно вести дела в Пэнчэне, а Ли Фэнмэй не могла оставить магазин одежды в Шанду.
Но спешить было некуда. Дом здесь будет ремонтироваться постепенно, да и деньги не сразу приходят. Его сыну Лю Цзытао сейчас семь лет, он в первом классе. Лю Юн поклялся, что лет через пять, прежде чем Лю Цзытао пойдёт в среднюю школу, он обязательно обоснуется в Пекине!
Жаль, его родители ушли рано и не дожили до того дня, когда увидели бы его успех. Семья Лао Лю, бежавшая от голода в деревню Цицзинь провинции Юнань, живёт всё лучше и лучше, и теперь даже переезжает в Пекин.
В будущем, как и говорила Сяо Лань, можно будет сменить прописку. Лю Юн чувствовал, что в этой жизни он чего-то добился: пустит корни семьи Лю в Пекине, и после смерти ему не будет стыдно перед предками.
— Пойдём, своди меня ещё к тому двору в Шишахай, о котором ты говорила.
Свой дом он купил, а вот покупка дома племянницы ещё не была решена. Раз уж Лю Юн приехал в Пекин, нужно было заодно и его посмотреть.
Если та сторона действительно не захочет уступать, он сам решит добавить немного денег… Эх, деньги — дело наживное, их всегда можно заработать, к тому же У Ханчжан сам предлагал ему кредит. Сейчас Лю Юн чувствовал себя довольно уверенно.
***
Находясь далеко в Гонконге, Ся Дачжун тоже внезапно почувствовал уверенность.
По воле случая спасши «молодого господина», Ся Дачжун после приезда в Гонконг, казалось, дождался белой полосы в жизни.
Молодой господин оставил его при себе в качестве помощника. Как говорится, слуга при дворе премьер-министра — сам чиновник седьмого ранга. Хотя при молодом господине он был всего лишь на побегушках, менеджеры среднего звена в корпорации не смели задирать перед ним нос. Да, именно в корпорации — и неважно, чем они занимались в тени, у семьи молодого господина была самая настоящая крупная компания.
Ся Дачжун, этот неотёсанный деревенщина с материка, внезапно стал приближённым любимцем наследника корпорации. Находясь подле молодого господина всего месяц, Ся Дачжун повидал столько, сколько не видел за все предыдущие десятилетия своей жизни.
В конце месяца молодой господин выплатил Ся Дачжуну жалованье.
Яркие, разноцветные гонконгские доллары… Ся Дачжун пересчитал их — там было больше тридцати купюр?!
Деньги — это храбрость героя, это опора мужчины. Ся Дачжун спрятал жалованье подальше и глубоко, протяжно выдохнул. Даже спина его заметно выпрямилась!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
