Усталость была настоящей.
Но и радость тоже была неподдельной.
Выручка в магазине на Сидань в первый день составила более 8700 юаней. Улица Сюшуй была не так популярна, как перекресток на Сидань, и поток покупателей там был меньше, но выручка всё равно составила более 5500 юаней.
В первый день суммарная выручка двух магазинов превысила 14 000 юаней.
Эта цифра была результатом раздачи листовок, а также поддержки со стороны знакомых.
Если отсеять долю знакомых, разница в сумме не превысила бы двух тысяч юаней.
До 20-го числа неизвестно, сколько ещё покупателей придет с листовками; когда ажиотаж по случаю открытия утихнет, останутся настоящие клиенты.
В выходные проводилась проверка комнат, поэтому Ся Сяолань вместе с Ян Юнхун и остальными вернулась в общежитие; все обитательницы 307-й комнаты были измотаны до предела.
Никто не упоминал о том, сколько денег может заработать семья Ся Сяолань, все говорили лишь о том, как тяжело заниматься бизнесом.
— Да что там, — сказала Ся Сяолань, — в самом начале, когда не было капитала, мы с мамой по очереди возили на велосипеде жмых в деревню на продажу. Тяжело-то тяжело, но на заработанных деньгах твой собственный пот, зато тратишь их с чистой совестью, не краснея.
Ся Сяолань не пыталась «потчевать» соседок по комнате «куриным бульоном» для души, она просто выражала собственные чувства.
Способов заработать деньги много. Вначале не было капитала, приходилось копить по копейке.
Теперь, когда капитал появился, Ся Сяолань по-прежнему осторожно относилась к некоторым видам бизнеса.
Она не совалась в «серые зоны». Каждый шаг её успеха можно было проследить, он выдержал бы любую проверку, и любому, кто захотел бы создать ей проблемы, пришлось бы нелегко.
Ян Юнхун давно знала, что в этом мире есть очень богатые люди, например, гонконгские бизнесмены, которые жертвовали миллионы университетам в качестве стипендий.
Но выручка, собранная сегодня в магазине на Сидань, стала для Ян Юнхун настоящим потрясением. В конце концов, гонконгские бизнесмены с миллионами были слишком далеко, а человек с ежедневным доходом в несколько тысяч спал с ней в одной комнате. Сегодняшняя сдача в магазине одежды Ся Сяолань была больше, чем годовой доход всей её семьи… Когда она окончит университет, она вряд ли сможет получать зарплату больше этой.
Ян Юнхун растерялась.
Учиться столько лет, поступить в топовое учебное заведение Китая — и в материальном плане уступать частнику?
У Ян Юнхун был жизненный идеал: приносить пользу родине и строить социализм.
Но если учитывать реальность, её родные края действительно были очень бедными.
Сможет ли она, реализуя свой идеал, одновременно обеспечить своей семье хорошую жизнь?
Ян Юнхун не могла уснуть всю ночь, а на следующее утро поговорила с Ся Сяолань.
— Сяолань, я не завидую, я просто сама не могу во всём разобраться. Не могла бы ты мне всё прояснить?
Была одна фраза, которая очень метко описывала социальные явления в начале периода реформ и открытости. Ся Сяолань, едва услышав вопрос, поняла, почему Ян Юнхун в замешательстве. Одно время в обществе ходила поговорка: «Тот, кто делает ракеты, получает меньше того, кто продает чайные яйца; тот, кто держит скальпель, живет хуже того, кто держит бритву».
Те, кто ушел в бизнес, зарабатывали деньги, а те, кто занимался наукой, жили в бедности. Даже если в будущем положение дел улучшится, в новостях часто будут говорить о том, что торговка жареными лепешками зарабатывает десятки тысяч в месяц, в то время как офисные работники с университетским дипломом получают несколько тысяч. В интернете разгорались бурные дискуссии: многие жаловались, что проработать после десяти с лишним лет учебы — это хуже, чем пораньше начать пробиваться в жизни.
Ся Сяолань чувствовала, что Ян Юнхун сейчас находится в плену именно таких раздумий.
— Давай поговорим за едой. Староста, если следовать твоей логике, то нам с мамой стоило бы просто целиком посвятить себя бизнесу. Всё равно, занимаясь торговлей, я за месяц заработаю больше, чем составит годовая зарплата после выпуска. Зачем же я тогда с таким трудом поступала в Хуацин? Я учусь здесь на бакалавриате пять лет — сколько дел я за это время упущу?
И правда, сколько дел будет упущено.
Ян Юнхун ясно видела: если бы Ся Сяолань каждый день находилась в магазине одежды, с её навыками продаж бизнес просто не мог бы идти плохо.
Ян Юнхун, кажется, начала что-то понимать.
Ся Сяолань снова спросила её:
— Тебе нравится учиться?
Ян Юнхун изо всех сил закивала:
— Если бы мне не нравилось учиться, разве я стала бы три года пересдавать, поступая четыре раза!
Ей не просто нравилось учиться, она хотела учиться в лучшем заведении.
Ся Сяолань развела руками:
— Мне тоже нравится учиться, я хочу получить в университете больше знаний. Частники зарабатывают деньги, но видишь ли ты у них какой-то статус? Девочки в нашей комнате широких взглядов, они не смотрят на меня свысока, но знаешь ли ты, как остальные в обществе относятся к частникам? Даже если сложить годовую зарплату всех академиков Академии наук, она не превысит заработка моего магазина одежды. Но нужно ли мне говорить, кто вносит больший вклад в общество и кого люди искренне уважают?
Даже Ян Юнхун, если бы не учеба, ни за что не смогла бы покинуть свою родную деревню в провинции Цзибэй.
Возможно, она бы вышла замуж и рожала детей в деревне, всю жизнь не соприкасаясь с миром Ся Сяолань — о каком тогда замешательстве могла бы идти речь!
Лягушка на дне колодца не ведает сомнений, считая мир не больше того лоскутка неба, который она видит.
— Староста, ты обязательно сможешь своими усилиями обеспечить семье хорошую жизнь. Мы ведь только на первом курсе, о чём тебе беспокоиться? Если тебе интересен бизнес, просто спрашивай меня, мы можем обсудить, что ты могла бы делать при условии, что это не помешает учебе.
Желание улучшить условия жизни семьи — это не плохо, и Ся Сяолань не собиралась скрывать свои секреты.
Но если это пойдет в ущерб учебе, Ся Сяолань считала это потерей большего ради малого.
Ян Юнхун была не такой, как она. Ся Сяолань была «старым огурцом, подкрашенным под свежий», у неё было предвидение будущего, поддержка семьи и опыт прошлой жизни — только благодаря этому она могла успешно вести бизнес. Ян Юнхун не была глупой, но если бы она попыталась совмещать две эти стороны, то неизбежно потерпела бы неудачу.
Ян Юнхун некоторое время размышляла и сама отвергла предложение Ся Сяолань:
— Нет, я точно не смогу совмещать и то, и другое.
Человеческие силы ограничены. В том, что могла сделать Ся Сяолань, Ян Юнхун не была уверена.
К тому же, у каждого в бизнесе свои секреты, и Ян Юнхун не была настолько бесстыдной, чтобы просить Ся Сяолань о помощи.
Если бы она могла, не задвигая учебу, сама найти способ заработать деньги, это был бы талант… А если нет, лучше уж прилежно учиться и стремиться к своей зарплате в 200 юаней в месяц.
Ян Юнхун мгновенно протрезвела.
Разве может человек совсем не испытывать зависти? Она ведь не святая. Вчерашнее потрясение было слишком сильным, и на мгновение она зашла в тупик.
— Сяолань, не смейся надо мной. Жизнь в родных краях приучила меня до смерти бояться нищеты.
Бедность не заставляла Ян Юнхун чувствовать себя униженной.
Но бедность точно так же вызывала у неё тревогу. Даже поступив в лучший университет и обычно рассуждая здравее всех, она порой впадала в замешательство и колебалась.
Ся Сяолань взяла Ян Юнхун под руку:
— Я не смеюсь над тобой. На самом деле, я давно хотела кое-что сказать, но боялась, что ты не согласишься. Староста, ты сама видела, как сегодня было многолюдно в магазине. Ты сегодня почувствовала атмосферу магазина одежды; если считаешь, что быть частником не зазорно, я приглашаю тебя подработать в магазине по выходным и на каникулах… Опять же, при условии, что это не помешает учебе, иначе экономически это будет нам невыгодно — нельзя лишаться стипендии.
Подработать в магазине?
Ян Юнхун не спросила про зарплату.
Она тут рассуждала с Ся Сяолань о смысле жизни, а вышло так, будто она выпрашивает работу?
Если она будет каждую неделю подрабатывать, сможет ли она с этим справиться? Понимая, что Сяолань заботится о ней, Ян Юнхун должна была всё хорошенько обдумать.
Ся Сяолань не торопила Ян Юнхун. Каждый сам решает, какую жизнь ему прожить. Ся Сяолань помогала чем могла, но никогда не принуждала — в своё время она убедила Гун Яна пойти работать к Лю Юну, но это был выбор самого Гун Яна.
Для студента художественного факультета заниматься дизайном — это работа по специальности.
А для студента факультета гражданского строительства Хуацин идти помогать Ся Сяолань продавать одежду — от этой мысли даже у неё самой выступал холодный пот.
Подработка, это может быть только подработка!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
