Ся Сяолань позвонила, и спешить ей стало некуда.
Она снова села на скамью и заказала ещё одну порцию мороженого.
Место под названием Сянмиху называлось курортным посёлком неспроста — здесь было всё.
Помимо аттракционов, здесь были ночные клубы, отели и рестораны. Полный комплекс услуг для еды и развлечений; если времени было вдоволь, в посёлке можно было отдыхать несколько дней напролёт.
Ся Сяолань и Лю Юну нужно было мотаться по объектам, а Ли Фэнмэй и Лю Цзытао вполне могли остаться здесь подольше.
Лю Юн вполне мог себе это позволить.
Сам он долгое время жил в лачуге, так почему бы не поселить жену и сына в курортном отеле, раз уж они выбрались сюда?
Тот человек с крысиной мордой зря полагал, что дождётся, пока компания Ся Сяолань покинет развлекательный центр.
В итоге уйти отсюда мог только Лю Юн.
Но если не вытащить эту занозу сейчас, не превратится ли этот крысоподобный бездельник в постоянную угрозу?
Ся Сяолань не стала поднимать шум. Дождавшись, когда Лю Юн с сыном сойдут с «Пиратского корабля», потные и довольные, она отправилась обедать с семьёй дяди как ни в чём не бывало.
Тот подонок вёл себя довольно нагло: он держался неподалёку и постоянно ухмылялся, глядя на Ся Сяолань. Лю Юн не мог этого не заметить.
— Эти люди…
В Пэнчэне Лю Юн ещё не встречал такой наглости.
В конце концов, под его началом работали десятки рабочих, и обычные люди не осмеливались задираться первыми.
К сожалению, Лю Юн не обладал властной аурой; даже когда его сопровождали люди, он не очень-то походил на босса. А без свиты и вовсе не выделялся из толпы: почерневший от пэнчэнского солнца, он совсем не выглядел солидно.
Семья приехала в Сянмиху развлекаться и, следуя традиционной добродетели не выставлять богатство напоказ, оделась очень просто.
Такой красивой молодой девушке, как Ся Сяолань, опасно выходить в свет без внушительной охраны. Ся Сяолань ничего не могла поделать со своей внешностью: в ней было слишком много очарования и мало строгости, поэтому вместо достойных поклонников она вечно притягивала всякое отребье.
Услышав вопрос Лю Юна, Ся Сяолань подала дяде знак глазами:
— Уже полдень, может, сначала пообедаем? Я звонила домой, Ли Дунлян просил вас вернуться. Давай оставим тётю и Тао Тао в отеле, съездим на стройплощадку, а потом вернёмся сюда.
Вместе племянница и дядя вложили больше миллиона, и если бы с объектом что-то случилось, все деньги вылетели бы в трубу.
Ли Фэнмэй только об этом и думала, даже спать спокойно не могла, так что препятствовать не стала.
— Мы с Тао Тао и сами тут пару дней погуляем, а вы идите по делам!
Лю Цзытао и вовсе не расстроился. Курорт был таким огромным, а он ещё не на всех аттракционах покатался. Если раньше он не отходил от Ся Сяолань, то теперь даже любимая кузина отошла для него на второй план.
После обеда Ся Сяолань, прикинув время, неспешно направилась с Лю Юном к выходу из курортного посёлка.
Было около двух часов дня — самое сонное время суток. В посёлке стало тише, чем утром; уставшие туристы искали место для отдыха.
Те типы действительно увязались следом. Лю Юн сжал кулаки, но Ся Сяолань тихо произнесла:
— Не спешите.
Увидев впереди припаркованный грузовик, она облегчённо вздохнула.
Преследователи уже потеряли терпение и, ускорив шаг, попытались схватить Ся Сяолань.
— Тьфу, паршивка, ещё смеешь меня пинать…
Ся Сяолань как раз поравнялась с грузовиком. Дверца внезапно распахнулась, оттуда спрыгнула короткостриженая Бай Чжэньчжу и в мгновение ока прижала человека с крысиной мордой к земле:
— Вздумал приставать к женщине — так хоть глаза свои собачьи протри и посмотри, на кого нарываешься!
Сила у Бай Чжэньчжу была недюжинная. Торгуя на рынке ширпотреба, она имела дело с самыми разными слоями общества; одевалась она по-мужски, так что с ходу её пол было и не определить.
Она была той, кто одним ударом выбил зубы Ду Чжаохуэю. И хотя она побила гонконгского бизнесмена, никто не посмел её тронуть. Ду Чжаохуэй проглотил обиду, не желая связываться с таким «человеком из мира цзянху». А люди цзянху отличаются особой верностью друзьям — получив звонок от Ся Сяолань, она тут же примчалась на выручку!
— Ты кто такая?! А ну отпусти, не то живым из деревни не выйдешь!
Бай Чжэньчжу рассмеялась:
— Ого, деревенский авторитет объявился!
А ведь это действительно был местный заправила.
Место, где сейчас располагался курорт Сянмиху, раньше называлось «Сянмаоху» — «Озеро ароматной травы». Берега его и впрямь поросли душистым лемонграссом, и когда-то здесь была лишь захолустная рыбацкая деревушка.
Позже пришли иностранные инвесторы, городское правительство выделило эту огромную территорию под курорт, а местных жителей переселили — типичный «снос» восьмидесятых. Разумеется, была компенсация: получив деньги и квартиры, люди перестали пахать землю и ловить рыбу, превратившись в бездельников.
Этот крысоподобный тип был сыном бывшего деревенского старосты.
Бай Чжэньчжу прижала руку к груди:
— Ой, как я боюсь! Твой папаша и впрямь большой чин.
Ся Сяолань едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Бай Чжэньчжу заматерела и явно открыла в себе актёрский талант.
— Не трать на него время! — бросила Ся Сяолань.
Бай Чжэньчжу могла бы раскидать их всех в одиночку, но раз он был сыном старосты, то стоило ему крикнуть — и грузовик тут же окружили человек десять. Лю Юн вздрогнул, но Ся Сяолань оставалась совершенно спокойной. Бай Чжэньчжу постучала по кузову, и с грохотом оттуда высыпали несколько десятков перепачканных пылью рабочих.
Она привела с собой всю бригаду отделочников!
Люди умели держать себя в руках: они не обнаруживали своего присутствия, пока Бай Чжэньчжу не подала знак.
Все они дисциплинированно хором поприветствовали Лю Юна: «Босс!». Тот сразу расправил плечи и великодушно объявил:
— Считайте, сегодня у вас полдня выходного, а заплачу как за целый день! Если эти псы посмеют сопротивляться — бейте их не жалея! Если кого покалечите, я оплачу лечение!
Хулиган чуть не наложил в штаны от страха.
Он всего-то хотел приобнять девчонку за талию — они что, решили всю деревню с землёй сровнять?!
Лицо бездельника всё ещё было впечатано в землю. Ся Сяолань присела перед ним и улыбнулась:
— Ты ведь часто таким промышляешь? Что ж, тогда я проучу тебя ради всех женщин.
Бог с ней, с талией, в конце концов, Ся Сяолань его уже пнула.
Но он не унимался, выслеживал её несколько часов, дожидаясь, пока она покинет курорт. Не иначе как хотел затащить в безлюдное место и сотворить что-нибудь похуже.
Ся Сяолань швырнула кепку ему в лицо.
Рука Бай Чжэньчжу, словно железные тиски, сжала его так, что тот взвыл; сопли и слёзы брызнули в разные стороны, а в воздухе поплыл запах мочи.
Сказано — сделано: побили и его, и дружков.
Ся Сяолань стояла в стороне, словно следя за тем, чтобы Бай Чжэньчжу не размякла и не ударила слишком слабо.
Ян Цзе, который был среди рабочих, время от времени тоже подбегал, чтобы отвесить пинка.
В голове у него всё перемешалось.
Наверное, солнце напекло ему голову, раз в глазах всё двоится: как же так, нежная сестра Сяо Лань оказалась такой свирепой.
Что там сестра говорила? «Не смей сомневаться в сестре Сяо Лань, она поехала с нами только ради того, чтобы присмотреть за нами…» Ян Цзе опустил голову. Он и представить не мог, что Сяо Лань окажется таким «大佬» — большим боссом. Отныне он будет уважать её ещё больше, а уж дядю Лю Юна — и подавно!
***
За углом Цзи Цзяньюань наблюдал за происходящим с отвисшей челюстью.
Харолд многозначительно усмехнулся:
— Цзи, похоже, в Пэнчэне с безопасностью не всё гладко. Твоя подруга, та красавица… она что, из китайской мафии?
— Нет… в Китае нет мафии, у нас правовое государство.
«У нас правовое государство, студентка Ся Сяолань — отличница из университета Хуацин, гордость вуза и стипендиатка, а не криминальный авторитет, перед которым хочется подобострастно закурить… Что это за сцена?» В Пэнчэне было бы куда проще позвонить секретарю его отца, чем пригонять грузовик с рабочими и устраивать массовое побоище.
Эта хрупкая девушка оказалась с таким «разбойничьим духом».
У Цзи Цзяньюаня разболелась голова.
Ся Сяолань не шутила. Она сказала, что заставит его мать просить прощения на коленях посреди улицы Чанъань, и, кажется, это не было пустой угрозой!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
