От канала Юнтун он вернулся в город, миновал ворота Миндэ, проехал по улице Чжуцюэ до самого конца; у ворот Ханьгуан паланкин Шэнь Сяо остановился, и он пешком вошел в Имперский город, возвращаясь в ведомство доходов.
В это время уже наступил послеобеденный час.
В ведомстве доходов царила суета.
С тех пор как в Гуаньчжуне началась великая засуха, все в ведомстве — от высших чинов до низших служащих — были напряжены до предела, боясь допустить малейшую оплошность, которая могла бы привести к катастрофе. В начале третьего месяца на ведомство доходов легла обязанность по исполнению указа об «изъятии зерна вместо денег»1, что еще больше увеличило их бремя.
Едва Шэнь Сяо вошел в главный зал и не успел еще сесть, как к нему подбежал слуга второго принца Ли Яня.
— Шэнь-дажэнь, второй принц просит вас зайти, — сказал он.
Время было выбрано настолько точно, словно его ждали намеренно.
В ведомстве на мгновение стих шум повседневных дел, и на недавно назначенного тицзюй2 восьмого ранга устремились несколько взглядов, полных неясного смысла.
В последнее время второй принц Ли Янь очень ценил этого Шэнь-дажэня, выходца из бедной семьи.
Шэнь Сяо сделал вид, что не замечает этих взглядов. Он последовал за слугой, вышел из главного зала и направился по галерее во внутренний двор.
Чтобы набраться опыта в государственных делах, совершеннолетние принцы обычно числились в различных ведомствах, что считалось почетным наставничеством. Для многих принцев это было лишь формальностью, и они могли ни разу за целый год не появиться в управе.
Однако второй принц Ли Янь был иным: он приходил в ведомство доходов почти каждый день и лично руководил всеми делами, большими и малыми. Независимо от его способностей, подобное усердие в делах правления было редким качеством.
Миновав галерею, Шэнь Сяо вошел во внутренний двор и прошел в главный зал. Второй принц Ли Янь сидел в левой комнате за главным столом у окна и просматривал доклады.
Войдя, Шэнь Сяо сначала поклонился, соблюдая этикет, а затем выпрямился.
Ли Янь отложил доклад, взглянул на Шэнь Сяо и с улыбкой произнес:
— Поездка к каналу Юнтун тебя измотала.
Голос его звучал крайне дружелюбно.
— Это входило в обязанности сягуань, — со всей серьезностью ответил Шэнь Сяо.
Тонкий слой пота на его спине еще не высох, но по четырем углам комнаты стояли чаши со льдом, и жар постепенно отступал.
Шэнь Сяо не любил пустых любезностей, считая их пустой тратой времени. Выждав паузу, чтобы привести мысли в порядок, он в подробностях изложил Ли Яню все, что произошло утром у канала Юнтун.
Выслушав его, Ли Янь холодно усмехнулся:
— Чтобы надавить на меня, Цуй Цзиньчжи действительно не пожалел средств!
Он сжал руку в кулак и начал мерно постукивать костяшками пальцев по столу: раз, два, три… казалось, он погрузился в раздумья.
Спустя мгновение Ли Янь поднял голову и спросил:
— Шэнь-дажэнь, что ты об этом думаешь?
Шэнь Сяо ответил:
— С лета прошлого года осадков в Гуаньчжуне выпадало мало, урожай у народа выдался скудным. Бися проявил милосердие, и во время осеннего сбора налогов в прошлом году подати были снижены на одну десятую часть, поэтому излишков зерна в ведомстве доходов всегда было немного. Теперь же в Гуаньчжуне великая засуха, отовсюду приходят просьбы о провизии, и ведомство доходов едва сводит концы с концами. К тому же Цуй-шилан по указу занят строительством канала Юнтун, что требует огромного расхода провианта, и притом…
Шэнь Сяо на мгновение замолк, а затем продолжил:
— Канал Юнтун, боюсь, превратился в бездонную яму, которую никогда не удастся заполнить.
Ли Янь кивнул, подумав, что Шэнь Сяо действительно проницательный человек. Не прошло и нескольких дней с тех пор, как он поступил к нему в подчинение, а он уже ясно разглядел суть противоречий между ним и тайцзы.
Разве это не бездонная яма? Тайцзы держит в руках такой козырь, как канал Юнтун, и только и ждет, когда тот окончательно истощит силы противника.
Ли Янь вздохнул:
— Бэньван понимает все, о чем ты говоришь, но если Цуй Цзиньчжи просит у бэньван зерно, бэньван не может просто тянуть время и отказывать. Однако если бэньван выделит ему провизию, он всегда найдет способ ее израсходовать.
Ситуация казалась тупиковой.
Шэнь Сяо кивнул:
— Дянься прав, нельзя просто так отказывать в выдаче зерна. Поэтому ведомству доходов не избежать выделения провианта для канала Юнтун.
Ли Янь пристально посмотрел на Шэнь Сяо:
— Но если позволить Цуй Цзиньчжи и дальше так тратить запасы, меньше чем через три месяца ведомство доходов будет окончательно разорено. Шэнь-дажэнь, есть ли у тебя какой-то способ?
Всего за короткое время второй принц Ли Янь дважды спросил Шэнь Сяо «что делать».
Шэнь Сяо слегка опустил глаза, устремив взор на гладкие серые кирпичи пола. Длинные ресницы, подобные черным перьям, скрывали выражение его глаз, в глубине которых таились решимость и отчаянное честолюбие.
Через мгновение Шэнь Сяо поднял взгляд и произнес слово за словом:
— У вэйчэнь есть один способ — сбор зерна.
- «Изъятие зерна вместо денег» (以粮代钱, yǐ liáng dài qián) — налоговая политика, при которой подданные выплачивали подати зерном вместо медных монет. ↩︎
- Тицзюй (提举, tíjǔ) — название чиновничьей должности, обозначающее управителя или надзирателя в определенной сфере. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
