Эта палуба была разделена на десяток закрытых отсеков, похожих на мрачные логова зверей. В темноте смутно угадывались огромные каменные тела, припавшие к полу. Матрос, сверив направление, направился прямиком к третьему отсеку справа. Из темноты то и дело доносился странный скрежет и невнятное бормотание, напоминающее слова молитвы.
Спустя примерно время горения одной палочки благовоний матрос вышел из отсека, и походка его стала заметно легче. Он взобрался обратно на палубу и смешался с остальными трудящимися моряками; никто не заметил его кратковременного отсутствия.
Как раз в этот миг дозорный почуял порыв речного ветра и тут же подал сигнал. Матросы быстро развернули паруса, ловя встречный поток. Рулевые почувствовали, что скорость судна возросла, и дружно затянули ритмичное «Йо-хо-хей!», «Йо-хо-хей!», налегая на весла. Тяжелый корабль стремительно понесся в сторону Цзиньлина.
Тот же клич раздался в это время и в самом Цзиньлине.
— Йо-хо-хей!
Десяток рук одновременно напряглись, с усилием отрывая от земли массивную деревянную балку. Под ней лежали обломки черепицы и щепки мебели, среди которых покоилось обезображенное тело взрослого мужчины. Его голова и половина туловища были раздавлены, а кровь и мозг запеклись на земле пугающим пятном.
Отовсюду послышались сочувственные вздохи. Вчерашнее внезапное землетрясение разрушило постройку: сорвавшаяся с креплений балка рухнула вниз и придавила несчастного, когда тот безмятежно спал в своей постели.
У Бупин молча взирал на эту печальную картину, сурово нахмурив брови.
Этот дом находился в квартале Юйцылан у ворот Тайпинмэнь в Нанкине. Здесь еще в годы правления Хунъу были выстроены казенные жилища для чиновников Дучаюаня. Погибший был облачен в синий халат с круглым воротом, а на нашивке-буцзы1 на груди едва угадывался фиолетовый селезень седьмого ранга. Очевидно, это был один из инспекционных цензоров.
Вчерашнее землетрясение разрушило в городе множество домов. Мастера из ведомства общественных работ не справлялись, поэтому управе Интянь пришлось срочно направить три смены служителей для ликвидации последствий бедствия. У Бупин, будучи главным констеблем, отвечал за патрулирование территорий, чтобы не позволить никому грабить во время пожара2. Услышав о гибели цензора, он немедленно прибыл на место.
У Бупину в этом году исполнилось шестьдесят два. Он всегда носил черное форменное платье с круглым воротом и шапку пиндянцзи3, а за поясом у него были заткнуты железная линейка и оловянная бляха. Каждое его движение дышало уверенностью и силой. Он единолично возглавлял три отряда служителей управы Интянь — стражников, ловчих и рассыльных, и раскрыл немало запутанных дел. Хоть он и был северянином, во всем Цзиньлине не нашлось бы человека, который бы его не знал. Сослуживцы звали его «глава У», люди из цзянху — Те-шицзы, а простой народ чаще называл по имени, ведь там, где была несправедливость, всегда появлялся У Бупин.
Расспросив соседей, он узнал, что цензора звали Го Чжиминь. Уроженец Тайчжоу управы Янчжоу, он служил инспекционным цензором провинции Гуандун в Нанкине. На службу прибыл один, без семьи. Несчастный Го Чжиминь только недавно переехал сюда и так нелепо погиб.
Это был очевидный несчастный случай, так что ломать голову над расследованием не стоило. Тело во внутреннем дворе пока трогать запрещалось, поэтому У Бупин приказал стражникам отступить во внешний двор и продолжить разбор завалов.
Майская погода уже принесла с собой душное предвестие летнего зноя. Молодой стражник вытер пот белым наплечным платком и тихо проворчал:
— Глава У, как ты думаешь, когда это кончится? Наш Цзиньлин трясет уже в который раз.
С тех пор как император Юнлэ перенес столицу, жители Нанкина таили в душе тихую обиду. В повседневной речи они никогда не называли город Нанкином, предпочитая имя Цзиньлин. У Бупин на вопрос ничего не ответил, зато его подчиненные тут же оживленно загалдели.
Вчерашнее землетрясение действительно было не первым. С начала этого года Нанкин словно сглазили: подземные толчки случались едва ли не каждую неделю. Всякий раз в городе рушилось множество домов, заставляя власти трудиться не покладая рук, а сердца людей пребывали в смятении.
- Буцзы (补子, bǔzi) — также известны как «мандаринские квадраты», это квадратные вышитые нашивки-знаки отличия на груди и спине парадного халата китайских чиновников и военных в эпохи династий Мин и Цин. ↩︎
- Грабить во время пожара (趁火打劫, chèn huǒ dǎ jié) — китайская идиома, означающая использование чужой беды в корыстных целях. ↩︎
- Пиндинцзинь (平顶巾, píng dǐng jīn) — букв. «головной убор / шапка с плоским верхом», в русской транскрипции часто встречается с опечаткой или неточной передачей пиндянцзи / пиндинцзи. Традиционный мужской головной убор с плоским жёстким верхом, который в эпоху династии Мин носили констебли, судебные приставы (ямэньские служители), мелкие чиновники и учёные-простолюдины. ↩︎


Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.