Когда Жуань Юй зашла в автобус, все вокруг смотрели на нее.
Она понимала, насколько ужасно сейчас выглядит. Хотя пока она шла, вода с ее одежды уже перестала так сильно капать, но прилипшие к ногам штанины, растрепанные волосы и мокрые глаза, все это кричало, рассказывая прохожим о том, что только что произошло.
— Девушка, с вами все в порядке? — обернувшись, окинул ее взглядом водитель.
— Все в порядке, спасибо.
Опустив голову, она подошла к месту у окна. Она хотела сесть, но побоялась намочить сиденье и доставить неудобства следующему пассажиру, поэтому так и осталась стоять.
Окно было открыто настежь, и стоило автобусу тронуться, как в лицо ударил холодный ветер. Накинутая на плечи куртка распахнулась и едва не сползла вниз, но она незаметно и крепко вцепилась в нее.
Когда куртку только накинули ей на плечи, та еще хранила тепло, но теперь подкладка насквозь пропиталась водой, и куртка остыла.
Ее невольно пробила дрожь.
Выйдя из автобуса, по пути от бэймэнь к общежитию она снова ловила на себе всеобщие взгляды.
Однокурсники, узнавшие ее, один за другим подходили и спрашивали, все ли в порядке. Она лишь мотала головой и еще быстрее бежала к общежитию. В кои-то веки в комнате были все, даже Чэнь Маньбай, которая давненько не появлялась.
Наверное, такова жизнь, чем больше пытаешься скрыть неловкость, тем больше людей ее видят. Такая вот шутка Бога.
Все трое ошарашенно уставились на Жуань Юй, которая с распущенными волосами и насквозь промокшая вошла в комнату. Они долго переглядывались, и никто не решался заговорить.
— Жуань-жуань, ты что, в воду упала? — нарушила молчание Чэнь Маньбай.
Жуань Юй промолчала. Она просто подошла к кровати, скинула куртку на постель, нашла себе сменную одежду и направилась к ванной.
— Я вообще-то с тобой разговариваю, — Чэнь Маньбай подошла и преградила ей путь. — Кто тебя обидел? Случилось что или нет?
— Ничего не случилось.
Она обошла Чэнь Маньбай, вошла в ванную и закрыла за собой дверь.
В целях экономии электричества бойлер днем не включали, поэтому из лейки душа текла холодная вода. Сняв с себя ледяную одежду, она нажала на выключатель и замерла на месте, глядя на тусклый красный огонек индикатора в надежде, что он поскорее станет зеленым.
Снаружи доносились голоса, приглушенные, неразборчивые, но Жуань Юй знала, что соседки наверняка обсуждают ее. Ей всегда было плевать, что о ней говорят другие, но ей не хотелось становиться темой для их разговоров в таком виде.
В глазах снова защипало. Она попробовала воду и, даже не дожидаясь, пока температура поднимется, подставила голову под струю.
После душа, казалось, стало еще холоднее.
Жуань Юй вышла из ванной и увидела Цзянь Сянсян, стоящую в дверях. Та протянула ей фен.
— Скорее высуши волосы. Как высушишь, выпей имбирного чая, чтобы согреться. Цяофэн уже заварила его в твоей кружке, не простудись.
Жуань Юй окинула взглядом трех девушек в комнате общежития. Все они смотрели на нее, и в их глазах уже не было прежнего изумления, напротив, у каждой читалась большая или меньшая тревога.
На сердце у нее вдруг потеплело.
— Спасибо.
— Если что случится, рассказывай сестре, если кто обидит тоже рассказывай сестре. Не держи всё в себе целыми днями. Тебе сколько лет-то вообще? А вечно сокрушаешься, как маленькая старушка, — стала отчитывать ее Чэнь Маньбай.
— А тебе самой-то сколько лет, целыми днями заладила, сестра да сестра, — заступилась за Жуань Юй Цзянь Сянсян.
— Я на два месяца старше, так что не спорьте. В этой комнате я — старшая сестра.
— Смелая только среди своих.
— Эй, ну да, смелая только среди своих, и что с того? Поцарапаться захотелось?
— А давай!
Они сцепились друг с другом, то одна царапнет, то другая, ну точно две дерущиеся кошки.
Ся Цяофэн, глядя на них со стороны, развеселилась.
Жуань Юй взяла фен, подошла к зеркалу и, подняв голову, обнаружила, что уголки ее губ тоже приподняты в улыбке.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
