Юньшэнь и не подозревала о приходе Ван Цзинъяо, она даже не знала о существовании такого человека. Увидев Жуань Юй, стоящую в дверях, она подумала, что та ждет ее.
Она с улыбкой помахала Жуань Юй рукой и заодно показала коробочку с десертом, которую держала в руках. Неизвестно, что она приготовила на этот раз, но сквозь прозрачные стенки виднелся крем из чередующихся розовых и белых полос.
Глядя на бесхитростную улыбку Юньшэнь, Жуань Юй вдруг почувствовала щемящую боль в сердце, но что она могла сделать?
Не пустить Юньшэнь в дом?
Можно остановить один раз, но второй раз не получится.
Она знала: пока Юньшэнь все еще любит Тэн Хао, того, за что она постоянно переживала, в конце концов не избежать.
Войдя в дом, Юньшэнь с первого взгляда увидела Ван Цзинъяо на диване и Тэн Хао, который как раз доставал для Ван Цзинъяо напиток. Чувствительная девушка, проницательное сердце, ей даже не пришлось ни о чем спрашивать, она уже все поняла.
— Это одноклассница Тэн Хао, — Жуань Юй приобняла Юньшэнь за плечи. — Пришла ко мне, чтобы я помогла ей с уроками.
Напряженное тело Юньшэнь немного расслабилось.
Тэн Хао, услышав голоса, повернул голову и, заметив пришедшую Юньшэнь, тут же подбежал, схватил ее за запястье и потянул к Ван Цзинъяо.
Этот поступок был просто катастрофой, но юноша, в своей наивности, совершенно этого не осознавал.
— Цзинъяо, смотри, это мой хороший друг Жэнь Юньшэнь, — с некоторым воодушевлением представил он. — Юньшэнь, это моя одноклассница, ее зовут Ван Цзинъяо.
Обе девушки оглядели друг друга.
Они были совершенно разными людьми, что было понятно уже по их одежде. В повседневной жизни Юньшэнь чаще всего одевалась очень скромно и неброско, у нее редко встречались такие кричащие цвета, как у Ван Цзинъяо. Если бы пришлось приводить сравнение, то одна была похожа на элегантную магнолию, а другая на яркую форзицию.
— Привет. — Ван Цзинъяо первой улыбнулась Жэнь Юньшэнь.
Юньшэнь в ответ тоже с улыбкой кивнула ей.
— Я видела в интернете видео, где вы выступаете вместе с Тэн Хао, ты потрясающе играешь на фортепиано. Многие парни из нашего класса хотят с тобой познакомиться, но Тэн Хао ни в какую не дает твои контакты, и все гадают, не влюблен ли он в тебя. — Интонация и выражение лица Ван Цзинъяо были веселыми и сияющими, казалось, она просто констатирует факт, но прозвучавшие слова оставляли двусмысленное впечатление.
Юньшэнь посмотрела на Тэн Хао.
Тэн Хао и до этого уже покраснел, а под взглядом Юньшэнь его щеки и вовсе загорелись.
— Да как такое возможно!
Он спешил всё отрицать, забыв следить за словами и тоном, и полное надежд сердце Юньшэнь, словно надутый до предела воздушный шар, напоролось на острую иглу и разлетелось в клочья.
Как такое возможно?
И правда, как такое возможно?
Он такой замечательный человек, как он мог в нее влюбиться?
Ван Цзинъяо, казалось, только и ждала этого ответа: на ее губах появилась самая непринужденная улыбка с того момента, как она вошла в дом.
Юньшэнь подавила свои эмоции, молча поставила коробочку с десертом на стол и жестом предложила всем открыть ее и угощаться.
Ван Цзинъяо на мгновение замерла, только сейчас она осознала, что Жэнь Юньшэнь не может говорить. До этого, когда парни из класса расспрашивали Тэн Хао про Жэнь Юньшэнь, тот ни разу не упоминал, что она немая, он всегда лишь отвечал этим парням: «Проваливайте, вы не достойны Юньшэнь».
Именно потому, что в словах Тэн Хао Жэнь Юньшэнь была слишком идеальной, у Ван Цзинъяо возникло чувство угрозы, что и привело к ее сегодняшнему визиту.
На самом деле Ван Цзинъяо всегда знала, что нравится Тэн Хао. Хотя он был слегка заносчив и не силен в выражении чувств, она ощущала это по его словам и поступкам. На день рождения он готовил ей подарки, во время болезненных критических дней бегал в медпункт за лекарствами, при виде нее краснел… Ван Цзинъяо тоже весьма нравился Тэн Хао, в конце концов, он был красивым, круто танцевал, был из обеспеченной семьи, а его популярность в школе была на уровне первого красавца.
Изначально она планировала, что, как только закончатся вступительные экзамены, она найдет возможность заставить Тэн Хао признаться ей в чувствах, и тогда они естественным образом станут парой. Но планы не поспевают за переменами. В последнее время она отчетливо чувствовала, что Тэн Хао изменился, он стал обращать на нее гораздо меньше внимания. А имя Жэнь Юньшэнь звучало из его уст все чаще и чаще, особенно после того, как в сети появилось видео их совместного выступления. Тэн Хао словно превратился в личного представителя Жэнь Юньшэнь: каждый раз, когда он заводил о ней речь, он был преисполнен либо глубокой гордости, либо сильного желания защитить ее.
Ван Цзинъяо действительно ревновала, но в этот момент вся ее ревность обратилась в ничто.
Да какая разница, насколько Жэнь Юньшэнь красива и утонченна? То, что она не может говорить — это фатальный изъян.
Разве Тэн Хао может влюбиться в немую? Даже если она ему немного нравится, он ни за что не будет встречаться с немой.
Это осознание значительно прибавило Ван Цзинъяо уверенности в себе.
— Скорее попробуй, Юньшэнь готовит просто превосходно, — подошла Жуань Юй, угощая Ван Цзинъяо вместо Юньшэнь.
Ван Цзинъяо покачала головой:
— Я, пожалуй, не буду. В последнее время я на диете.
Жуань Юй не стала настаивать. Она указала на рюкзак Ван Цзинъяо:
— Тогда доставай свой сборник задач, я пока посмотрю задания.
— Хорошо, простите за беспокойство, Жуань-цзедзе.
— Не стоит церемониться.
Ван Цзинъяо достала из рюкзака свой сборник и, протягивая его Жуань Юй, спросила:
— Жуань-цзедзе, как ты думаешь, с нынешними оценками Тэн Хао у него есть шансы поступить в университет в Бэйчэне?
— А что? Тэн Хао хочет в Бэйчэн? — Жуань Юй посмотрела на Тэн Хао.
— Мы договорились, что в будущем вместе будем поступать в университет в Бэйчэне, — поспешно ответила за него Ван Цзинъяо.
— В сдаче вступительных экзаменов, помимо знаний, есть и элемент удачи. Если ты просишь меня предсказать результат, то я не могу сказать наверняка, — весьма сдержанно ответила Жуань Юй.
— Тоже верно. Надеюсь, мы оба сможем показать себя с лучшей стороны, и тогда мы сможем быть вместе, — сказала Ван Цзинъяо и поспешно прикрыла рот рукой. — Ой, нет, я имею в виду, тогда мы сможем вместе пойти учиться в университет.
Тэн Хао снова покраснел.
Он неловко потер затылок и лишь рассмеялся, так и не объяснив толком, что совместное поступление в Бэйчэн было общим желанием семи-восьми участников во время мероприятий их группы, а вовсе не его личным уговором с Ван Цзинъяо.
Слушая, как Ван Цзинъяо вольно или невольно хвастается своими планами на будущее с Тэн Хао, Жэнь Юньшэнь уже не могла справиться с душевной болью. Сдерживая эмоции, она встала с дивана и показала всем жест, изображающий игру на пианино, давая понять, что ей пора возвращаться к занятиям музыкой.
— Разве ты сегодня уже не репетировала? — спросил Тэн Хао.
Жэнь Юньшэнь не обратила на него внимания, развернулась и пошла к выходу.
Тэн Хао хотел спросить что-то еще, но Жуань Юй резко удержала его за руку.
В сложившейся ситуации, если бы Жэнь Юньшэнь осталась, это лишь расстроило бы ее еще больше. Уж лучше пусть возвращается, с глаз долой — из сердца вон.
— А Юньшэнь…
— Что Юньшэнь?
— Она сегодня кажется какой-то странной.
— И в чем же странность?
Тэн Хао задумался, покачал головой. Если честно, он и сам не мог сказать, что именно в ней было не так. В любом случае, она вела себя не так, как обычно.
— Лучше иди наверх и решай задачи, — с досадой на его непонятливость произнесла Жуань Юй.
— Угу.
–_–
С тех пор как она столкнулась с Ван Цзинъяо, Жэнь Юньшэнь больше ни разу не приходила к ним домой, чтобы повидаться с Тэн Хао.
Тэн Хао писал ей сообщения, но она не отвечала. Нить, связывающая их, словно оборвалась. И хотя они жили по соседству, если один из них намеренно избегал встреч, увидеться становилось так же трудно, как взобраться на небеса.
Внезапная холодность Жэнь Юньшэнь приводила Тэн Хао в полное недоумение.
— Госпожа отличница, как думаешь, может, я сделал что-то не так и расстроил Юньшэнь? — спросил он у Жуань Юй.
— Подумай сам.
Тэн Хао и вправду старательно думал всю ночь, но ответ, к которому он пришел на следующий день, заставил Жуань Юй не знать, плакать или смеяться.
— Неужели это потому, что я вместо нее отказал тем парням из нашего класса?
— …
Что это вообще за ход мыслей?
И то верно, пытаться заставить Тэн Хао понять девичье сердце, все равно что ждать, когда свинья на дерево залезет.
Боясь еще больше ухудшить их отношения, Жуань Юй не решалась давать слишком явные подсказки, и ей оставалось лишь бессильно переживать, оставаясь сторонним наблюдателем.
За неделю до итоговых экзаменов Жэнь Юньшэнь наконец-то сама связалась с Тэн Хао.
В тот вечер, как только Жуань Юй пришла в Тэн-цзя, она увидела, как радостный Тэн Хао сбегает вниз по лестнице. На ходу надевая куртку, он не остановился даже при виде Жуань Юй, и только добежав до прихожей, переобуваясь, бросил ей:
— Юньшэнь позвала меня погулять, я пойду встречусь с ней, а ты подожди меня немного.
С этими словами он открыл дверь и радостно выбежал на улицу.
Жуань Юй изначально думала, что эта встреча растопит лед между Тэн Хао и Юньшэнь, но кто бы мог подумать, что на самом деле это была прощальная встреча.
Примерно через час Тэн Хао вернулся. Понурый и подавленный, он выглядел совсем не так, как когда уходил, но больше всего Жуань Юй обеспокоили его слегка покрасневшие глаза.
— Что случилось? — спросила его Жуань Юй.
Тэн Хао не проронил ни слова и направился прямо наверх.
Жуань Юй поспешила за ним, но Тэн Хао не дал ей шанса заговорить: он скрылся в своей комнате и заперся на замок.
— Тэн Хао! Тэн Хао?
Как бы Жуань Юй ни стучала в дверь, изнутри не последовало никакого ответа.
Да что с этим мальчишкой такое?
Жуань Юй уже начала волноваться, раздумывая, не стоит ли ей связаться с Тэн И, как вдруг в кармане куртки завибрировал телефон.
Это было сообщение от Юньшэнь.
Жуань Юй бросила взгляд на экран, и в большом куске текста первым делом выхватила слово «прощание». У нее упало сердце, и она поспешно разблокировала экран, чтобы открыть сообщение.
«Жуань-цзедзе, мне очень жаль прощаться с тобой таким образом. Сегодня вечером мой самолет в Сянган (Гонконг). Изначально я хотела сказать тебе об этом лично, но ты же знаешь мою ситуацию, даже если бы мы встретились, в итоге все равно пришлось бы набирать текст на телефоне… Конечно, самое главное то, что я боялась расплакаться. Когда я плачу, я выгляжу некрасиво, и мне не хотелось, чтобы ты видела это во второй раз. Надеюсь, в твоей памяти я навсегда останусь красивой. Я правда очень рада, что смогла познакомиться с тобой в Ляочэне. Ты очень добрая, всегда и во всем заботилась обо мне, прямо как родная старшая сестра. Ты мне очень нравишься, и я надеюсь, что у вас с И-гэгэ все сложится хорошо. Он тоже замечательный человек, вы обязательно будете счастливы. Мы еще увидимся при случае. Юньшэнь».
В конце шла длинная вереница маленьких машущих и плачущих смайликов.
Жуань Юй замерла, долго не в силах прийти в себя.
Юньшэнь уезжает!
Неудивительно, что Тэн Хао так расстроен!
Сердце Жуань Юй тоже вмиг лишилось опоры.
Уехала вот так, и неизвестно, когда они теперь увидятся?
–_–
Жэнь Юньшэнь отправила смс Жуань Юй, уже находясь в самолете. Отправив сообщение, она сразу выключила телефон, надела наушники и маску для сна, и, словно рыбка, прячущаяся в глубоком море, полностью погрузилась в свой собственный мир.
В наушниках играла песня Чжан Сюэю «Вэньбе», зацикленная на повторе, снова и снова.
Гонконгский акцент путунхуа поп-короля сливался с его проникновенным пением; слушая песню, она пропитала слезами маску для сна, а в памяти снова и снова вспыхивали картины того времени, когда она была вместе с Тэн Хао.
Когда-то он стал ее спасителем, и в ее сердце он вполне мог сравниться с тем непревзойденным героем Цзыся-сяньцзы, что прибывает на семицветном благоприятном облаке.
Трепет сердца начался с того самого момента, когда она бросилась в его объятия и их глаза встретились.
Именно он помог ей сбежать из клетки, и эта клетка была не только той дверью, которую снаружи заперла мачеха, но и той толикой неуверенности и слабости, в которых она изолировала саму себя.
Петь в шумном караоке, ехать на велосипеде сквозь оживленные улицы, выбирать обжигающе горячий завтрак… Все эти простые земные радости и обыденная мирская суета, столь доступные для обычных людей, случались с ней в первый раз.
Ей нравилось то, какой она была рядом с ним, с надеждами и смехом, такой живой, словно она действительно обладала жизнью.
Отец Жэнь Тяньхай много раз говорил, что надеется на ее отъезд в Сянган (Гонконг), но она все откладывала и откладывала. Она знала, что как только уедет в Сянган (Гонконг), то снова превратится в куклу Барби на хрустальном стуле, что надевать, что есть и что делать, все будет предельно четко расписано за нее. Она не хотела жить такой жизнью, но, конечно, самое главное, ей было тяжело с ним расставаться.
Хотя она прекрасно понимала, что не сможет дойти до конца с Тэн Хао, она все равно жадно хотела остаться рядом с ним, смотреть, как он в замешательстве чешет затылок, делая уроки, смотреть, как он упоенно танцует. Провести вместе каждый возможный лишний день.
Эта жалкая крошечная надежда, после того как появилась Ван Цзинъяо, была разрушена до основания.
Ван Цзинъяо была яркой и броской, когда она открывала рот, то щебетала, словно жаворонок, ее голос был звонким и чистым, а в речах сквозил блестящий ум и умение находить ко всем подход. Насколько же она была хороша, в отличие от не, вечно тихой и молчаливой, словно чужачка в этом мире, неспособная выразить мысли, неспособная выговориться.
Такой солнечный человек, как Тэн Хао, и должен быть вместе с такой девушкой.
Они могут болтать о чем угодно и свободно мечтать о будущем.
В тот день, покинув Тэн-цзя, Жэнь Юньшэнь погрузилась в непреодолимое отвращение к себе. Она ненавидела свой недостаток и ненавидела любой издаваемый ею звук. Ей казалось, что по сравнению с Ван Цзинъяо она выглядит как клоун.
Когда чувство собственной неполноценности перерастает в еще более тяжелый комплекс, значит, настало время уходить.
Жэнь Юньшэнь понимала, что больше не может оставаться, она должна была спасти себя.
Отец Жэнь Тяньхай, услышав, что она согласна поехать в Сянган (Гонконг), очень обрадовался. Он быстро и надлежащим образом все для нее организовал, но перед самым отъездом Жэнь Юньшэнь снова не захотела расставаться. Хотя в эти дни она не отвечала на сообщения Тэн Хао и сама с ним не связывалась, но каждое утро она стояла у окна, тайком провожая его взглядом в школу, а вечером снова тайком ждала его возвращения.
Она не смела представить, что в будущем даже эта крошечная, осторожная романтика станет для нее роскошью…
Маска для сна полностью намокла, и Жэнь Юньшэнь сняла ее.
За иллюминатором небо было черным, как разлитая тушь. Самолет пробил облака, и перед глазами не было ни единого лучика света.
Час назад Тэн Хао бросился к ней со всех ног.
Он сказал:
— Юньшэнь, Юньшэнь, ты наконец-то согласилась со мной увидеться! А я-то думал, ты больше вообще не будешь со мной разговаривать! До смерти меня напугала!
Жэнь Юньшэнь протянула ему посмотреть строчку текста, давно набранную в телефоне.
— Прогуляешься со мной?
— Конечно, куда только захочешь!
Мест, куда она хотела бы пойти, на самом деле было очень и очень много, но у нее не было времени, ей нужно было успеть на самолет. Поэтому они вдвоем лишь сделали круг по улице за пределами жилого комплекса.
Зимняя ночь, холодный ветер. На улице не было ни единого опавшего листа, весь город стоял голым.
Юноша по-прежнему был болтлив и шумен, девушка по-прежнему оставалась тихой и молчаливой.
Тэн Хао словно хотел рассказать ей обо всем, что случилось за эти дни, чтобы восполнить пробел между ними, а Юньшэнь словно хотела отдать ему все терпение, оставшееся до конца ее дней. Она хотела бережно сохранить все его слова, чтобы потом, когда останется одна, медленно и с наслаждением вспоминать их; пусть это были даже сущие пустяки, раз это говорил он, ей все нравилось.
Они прогулялись около получаса и снова вернулись в исходную точку.
Жэнь Юньшэнь набрала текст, чтобы сообщить ему:
— Я уезжаю в Сянган (Гонконг) и пока не вернусь.
Тэн Хао уставился на экран ее телефона, опешив.
Жэнь Юньшэнь, воспользовавшись моментом, встала на цыпочки и быстро оставила поцелуй на его губах.
Наконец.
Она поцеловала его на прощание.
На безлюдной улице.
Лицо Тэн Хао вмиг залилось краской, а лицо Юньшэнь было залито слезами.
Она юркнула в машину, позволяя водителю увезти себя.
Тэн Хао так и остался стоять как вкопанный на месте, а она плакала все громче и громче. В тот миг в зеркале заднего вида, когда он обернулся и посмотрел ей вслед, ее сердце разорвалось в клочья.
Один поцелуй, возможно, не имел для него никакого значения, но он забрал с собой всю ее юность.
— Тэн Хао, я знаю, что не достойна тебя, но все равно хочу, чтобы ты знал: ты мне нравился. Конечно, и сейчас нравишься. И, возможно, будешь нравиться всегда. Если не смогу забыть, буду винить и тебя, и себя. Винить себя за то, что была слишком юна, а тебя — за то, что ты был слишком прекрасен. Я не хочу говорить тебе «прощай». Если мы не можем быть вместе, я надеюсь, что мы больше никогда не увидимся. Юньшэнь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
