Подойдя к женскому общежитию, они заметили у главного входа высокий силуэт.
Это был Линь Шань.
Увидев их, Линь Шань первым направился в их сторону.
— Линь Шань, ты кого-то ищешь? — спросила Жуань Юй.
Линь Шань посмотрел на Чэнь Маньбай.
Чэнь Маньбай слегка удивленно указала на себя:
— Меня?
Линь Шань кивнул.
— Зачем? Какое-то дело?
— Спасибо тебе, — сказал Линь Шань.
— За что?
Он не ответил, развернулся и просто ушел.
Линь Шань и Ю Юлэсюань расстались, инициатором был он.
На самом деле он не знал, что только что произошло в ресторане хого. Когда они вышли, Ю Юлэсюань была вся на нервах, казалось, она ждала, что он начнет задавать вопросы, ждала, что он разозлится. Но они шли уже долго, а Линь Шань так никак и не отреагировал, и Ю Юлэсюань в конце концов не выдержала.
— Что тебе сказала Чэнь Маньбай?
— Ничего, — сказал Линь Шань.
— Ничего? Кого ты обманываешь? — Ю Юлэсюань резко сбросила руку Линь Шаня. — Хватит притворяться, я знаю, что ты злишься! Да! Все, что она сказала — правда. Ты мне просто не нравишься, я просто использовала тебя, чтобы потешить свое тщеславие!
Линь Шань помедлил несколько секунд, и вдруг ему стало тяжело на душе.
Ему действительно очень нравилась Ю Юлэсюань. Хотя поначалу он был категорически против свидания вслепую с землячкой, но, увидев Ю Юлэсюань, почувствовал, что она ему приглянулась. А жизнерадостность и общительность Ю Юлэсюань как раз удачно дополняли его неразговорчивость… После того как они начали встречаться, он всегда уступал ей, она делала, что хотела, ела, что хотела. Он думал, что у них все будет хорошо, и кто бы мог подумать, что все закончится вот так.
Не любила его, использовала его.
Она вот так просто сама во всем призналась. На самом деле, если бы Ю Юлэсюань не призналась по собственной воле, он бы не стал допытываться о тех словах, что прошептала ему на ухо Чэнь Маньбай. Разумеется, он больше хотел верить той, кто была рядом с ним.
Но она призналась.
— Тогда давай расстанемся.
И они расстались.
Ю Юлэсюань не выглядела расстроенной, наоборот, она словно окончательно освободилась.
От такого ее отношения Линь Шаню стало невыносимо горько, но в то же время он радовался, что смог вовремя остановиться. Он боялся представить, до какой степени увяз бы в этих отношениях, если бы они продолжились.
Поэтому он считал, что должен сказать спасибо Чэнь Маньбай.
Это она ускорила их расставание.
Чэнь Маньбай, глядя на удаляющуюся одинокую спину Линь Шаня, неожиданно почувствовала укол жалости.
Посторонним не понять той боли в отношениях, когда искренние чувства отданы не тому человеку. Если бы они оба по-настоящему любили друг друга и в конце концов расстались бы ни с чем, не осталось бы чувства обиды. Но для такого, как он, кого просто использовали, боль, пожалуй, удваивалась.
— Он, наверное, действительно поблагодарил меня, это ведь не был сарказм? — пробормотала Чэнь Маньбай.
— Конечно, такой человек, как Линь Шань, совершенно не умеет язвить и говорить намеками, — ответила Жуань Юй.
— Вдруг почувствовала себя такой жестокой.
— Ты не сделала ничего плохого, ты совершила доброе дело.
–_–
Чэнь Маньбай сделала доброе дело, но хорошего результата это не принесло.
Два дня спустя университетский форум заполонили посты, злонамеренно очерняющие ее.
Автор поста в красках расписывал, как Чэнь Маньбай ведет в интернете трансляции, торгуя своей привлекательностью, и, получая огромные донаты, хвастается богатством, брендовыми сумками и косметикой. А еще писали, что ее содержит какой-то богач, и поэтому она не ночует в общежитии.
Как только появились эти посты, они тут же вызвали бурное обсуждение среди жадных до сплетен студентов. Хорошая репутация Чэнь Маньбай разрушилась в одночасье. Те девушки, которые и раньше тайно завидовали ей, одна за другой показали свое истинное лицо.
— Неудивительно, что она целыми днями ходит в Cucci и Chanel, совсем не похожа на студентку.
— А еще La Mer, SK-II — уровень настоящей кинозвезды. Если ее не содержат, то у нее дома точно свои золотые прииски.
— Хе-хе, никаких приисков у ее семьи нет, родители — обычные рабочие.
— То, что она не ночует в общежитии, — тоже правда. Говорят, ей даже комендант сделал предупреждение, и она чуть не получила выговор.
— …
Когда падает стена, все ее толкают, когда рвется барабан, все в него колотят.
Чэнь Маньбай стала мишенью для всеобщих нападок. Каждый день на нее устремлялись самые разные взгляды, и походы на занятия превратились в настоящую пытку.
— Ну кто же такой подлый? — Цзянь Сянсян каждый день сидела в комнате и ругалась с этими фейковыми аккаунтами, и в конце концов даже она была близка к нервному срыву.
— Кто же еще. Мне и думать не надо, чтобы найти ответ, это точно Ю Юлэсюань, — Чэнь Маньбай в гневе сжала кулаки. — Несите мой Драконий меч, я пойду и прикончу ее!
— Мань-мань, успокойся немного, — остальные удерживали ее.
Какой бы сильной ни была Чэнь Маньбай, терпеть столько дней оказалось не под силу даже ей.
Она опустилась на корточки и разрыдалась в голос.
— Какое они имеют право так обо мне говорить? Какое право? Я каждый день работаю с утра до ночи! Когда они развлекаются, я веду стримы! Когда они спят, я тоже веду стримы! Мое лицо и губы от бесконечных тестов косметики скоро просто сотрутся до дыр! Кто видит, сколько сил я отдаю? Все мои деньги заработаны моим тяжелым трудом! Разве я не могу позволить себе наслаждаться ими? Одним стуком по клавиатуре они перечеркнули все мои старания, по какому праву?! Какое они имеют на это право?!
И правда, по какому праву? Только из-за того, что у нее появилось то, чего не могут иметь другие в этом возрасте, о ней нужно было строить такие злобные домыслы?
Остальные три соседки по комнате хмурились, им было так же тяжело на душе, но перед лицом нахлынувшей в интернете клеветы у них не было никаких доказательств, и они не знали, что делать. Им оставалось лишь утешать друг друга тем, что честному человеку нечего скрывать, и время все докажет.
Однако неделю спустя, когда ситуация уже достигла точки кипения, произошел переломный момент.
Распространявший слухи аккаунт внезапно опубликовал на форуме извинения, заявив, что злонамеренно очернил Чэнь Маньбай из зависти. Автор написал, что осознал свою ошибку и раскаивается, поэтому приносит официальные извинения и удаляет свои посты.
Опровержение последовало так быстро, и такого сюжета в стиле «американских горок» не ожидал никто.
Чэнь Маньбай тоже опешила.
Почему так произошло? Кто помог ей за ее спиной?
Ответ очень скоро всплыл на поверхность.
В субботу вечером, когда Чэнь Маньбай возвращалась из студии, Линь Шань снова ждал ее у ворот женского общежития.
— Опять ждешь меня?
Линь Шань кивнул.
— Что на этот раз хочешь сказать?
— Прости.
— За что?
На этот раз Линь Шань не ушел сразу.
— Прости, что из-за меня ты оказалась втянута во все это.
Чэнь Маньбай поняла, Линь Шань имел в виду те очерняющие посты на университетском форуме.
— Откуда ты знаешь, что я пострадала из-за тебя? Может быть, я именно такая, как они говорят.
— Ты не такая.
— Ты знаешь?
— Знаю, — его тон был уверенным.
Чэнь Маньбай вдруг рассмеялась:
— Раз ты так хорошо разбираешься в людях, как же ты раньше мог запасть на Ю Юлэсюань?
— Я был слеп.
Линь Шань только благодаря этому случаю по-настоящему понял, что за человек Ю Юлэсюань. Изначально он всегда думал, что внутренний мир Ю Юлэсюань так же чист, как и ее внешность, и когда произошел инцидент с очерняющими постами на форуме, он изо всех сил убеждал себя верить ей, но когда он пришел к Ю Юлэсюань с вопросом, он никак не ожидал, что она прямо во всем признается.
Она сказала:
— Да, Линь Шань, весь этот инцидент спланировала я. Я ненавижу Чэнь Маньбай, до смерти ненавижу, я просто не хочу, чтобы она жила спокойно! И даже если я скажу тебе, что с того? У вас нет доказательств, кто вам поверит!
Ю Юлэсюань никак не ожидала, что обычно совершенно бесхитростный Линь Шань запишет эти ее слова на телефон.
Когда Линь Шань прямо перед ней включил эту запись, Ю Юлэсюань просто остолбенела.
Она с плачем умоляла Линь Шаня не разоблачать ее, разве что на колени перед ним не упала.
Линь Шань был добрым человеком, он не стал сильно усложнять жизнь Ю Юлэсюань и не хотел губить ее, а просто предложил решение: «удалить посты и признать вину».
Ю Юлэсюань тут же согласилась, она надеялась, что Линь Шань удалит запись, но Линь Шань не согласился. Он сказал Ю Юлэсюань, что сохранит эту запись вплоть до самого выпуска, и если за это время она снова сделает что-то, что причинит вред Чэнь Маньбай, он предаст эту запись огласке.
Проблема наконец-то была решена, но совесть Линь Шаня все еще была неспокойна: он чувствовал, что в долгу перед Чэнь Маньбай и должен перед ней извиниться, поэтому он снова нашел Чэнь Маньбай.
— Быть слепым один раз, не страшно, в будущем смотри в оба и не ищи себе девушку на помойке.
— Хорошо.
С тех пор Линь Шань и Чэнь Маньбай постепенно сблизились и стали хорошими друзьями.
Линь Шань ценил Чэнь Маньбай за то, что она была живой и жизнерадостной, доброй, искренней и умела думать о других, а Чэнь Маньбай тоже понимала Линь Шаня, она знала, что хотя Линь Шань кажется заторможенным и скучным, на самом деле он обладает мудростью, скрытой под маской простоты. Конечно, больше всего она восхищалась Линь Шанем, ослепительно сияющим на сцене, прозвище «робот уличных танцев» было дано ему не зря. Когда Линь Шань танцевал уличные танцы, его мощная аура ничуть не уступала Тэн И.
Восхищение со стороны парня, если округлить, примерно равняется симпатии.
Обожание со стороны девушки, если округлить, тоже примерно равняется симпатии.
Любой зрячий мог заметить, что отношения Линь Шаня и Чэнь Маньбай уже достигли стадии «больше, чем друзья, но меньше, чем любовники», между ними оставалось лишь прорвать тонкий слой оконной бумаги.
Приближался День святого Валентина, и Цзянь Сянсян не раз подначивала Чэнь Маньбай в комнате общежития, желая свести эту парочку.
— Мань-мань, сходи на свидание с братцем Линь Шанем на День святого Валентина.
Чэнь Маньбай сильно закатила глаза:
— Ты что, Линь Шань? Чего это ты за него беспокоишься?
— Так я же просто боюсь, что братец Линь Шань постесняется и не решится!
— Не лезь ко мне, лучше в День святого Валентина иди и милуйся со своим Чжоу Сихэ.
Цзянь Сянсян вздохнула:
— Эх, не упоминай этого негодника. В последнее время он отвечает на мои сообщения без энтузиазма, и я решила устроить ему хорошую холодную войну. К черту этот День святого Валентина!
Ся Цяофэн тоже вздохнула:
— Одиноким собакам тем более нечего ждать от Дня святого Валентина.
Сказав это, все трое разом посмотрели на Жуань Юй.
— Жуань-жуань, в нашей комнате ты осталась единственным росточком, как вы с Тэн И планируете провести День святого Валентина?
Маленькое личико Жуань Юй покраснело.
— Мы еще не обсуждали это.
— Эх, больше всего завидую Жуань-жуань: у нее такой заботливый, нежный парень с высоким эмоциональным интеллектом, как Тэн И. Бьюсь об заклад, Тэн И наверняка снова приготовит для Жуань-жуань сюрприз.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
