Это казалось словами, что тысячи раз звучали в самой глубине сновидений, или сценой, о которой раньше она не смела даже мечтать. Из-за них зыбкий мир наконец обрёл устойчивость и покой, но в то же время возникло чувство, будто она попала в нереальное видение.
Казалось, стоит ещё раз открыть глаза — и они вдвоём вернутся в то жаркое лето после выпускных экзаменов.
Ничего ещё не случилось.
В тот вечер Чэ Синдэ не вернулся. Всё шло своим чередом, с ней не произошло того ужаса, и она не стала менять выбранные в заявлении вузы. В тот вечер она просто договорилась о встрече с Сан Янем, и больше ничего не случилось.
Каждый день Вэнь Ифань проживала с чувством предвкушения.
Каждый день ждала того момента, когда объявят результаты зачисления и Сан Янь снова приедет в Бэйюй.
Она размышляла о том, что он придёт и скажет ей.
Может быть, это будет признание, может, он захочет поговорить об университете, а может, как и прежде, просто зайдёт повидаться. В любом случае всё определённо было бы не так, как тогда.
Это точно не стало бы прологом к их долгой разлуке.
Вэнь Ифань слегка приподняла веки и наткнулась взглядом на его кадык, очертания которого были очень отчётливыми. Его поцелуй всё ещё покоился на её лбу, очень нежный, исполненный глубокого трепета.
Она медленно моргнула, чувствуя, как слёзы катятся вниз, и машинально прикрыла глаза тыльной стороной ладони:
— В то время Чэ Синдэ сказал мне, что это постыдно и позорно. Мои родственники тоже велели не заявлять в полицию, говорили, что пойдут нехорошие слухи.
— …Я просто не хотела, чтобы ты об этом знал.
До того случая Вэнь Ифань никогда не слышала, чтобы кто-то говорил ей такие гадости. Никто и никогда не описывал её подобными словами. Поэтому, даже будучи жертвой, она невольно задумывалась: а не выглядит ли она в глазах других людей именно такой?
Вэнь Ифань сильно сжала губы и, собрав все силы, произнесла:
— Если бы я тогда тоже так сказала, было бы хорошо.
Рассказать обо всём этом. Рассказать ему.
Какими бы они были сейчас?
Сан Янь убрал её руку от лица и понемногу вытер слёзы:
— Вэнь Шуанцзян, ты слушаешь, какой бред несёт этот подонок?
Вэнь Ифань пристально посмотрела ему в глаза.
— Слушай внимательно: в этом нет ничего постыдного или позорного. Понимаешь? — Сан Янь тоже смотрел на неё, чеканя каждое слово. — Ты не совершила ошибки, ты всё сделала правильно. Ты защитила себя, ты была храброй.
Ты чиста перед собой и можешь без тени сомнения стоять под солнечным светом. Это такие люди, как он, должны гнить в сточной канаве.
Вэнь Ифань молчала.
Сан Янь снова спросил:
— Слышишь меня?
Она поджала губы и кивнула.
Уголки губ Сан Яня изогнулись в улыбке, и он неспешно произнёс:
— Ладно, тогда я скажу тебе «спасибо».
Вэнь Ифань шмыгнула носом:
— За что?
Он наклонился, поцеловал её в уголок губ и негромко ответил:
— Спасибо тебе за то, что защитила мою А-Цзян.
Вэнь Ифань замерла с ошеломлённым видом.
— И ещё, разве сейчас поздно об этом говорить? — Глаза Сан Яня были тёмными, он заговорил со своей обычной тягучей интонацией, переводя тему. — Кто знает, вдруг я в то время ещё не хотел отношений, и даже если бы ты за мной бегала, я бы не согласился.
Вэнь Ифань пришла в себя, поджала губы и через пару секунд не выдержала, улыбнувшись. Плохое настроение постепенно рассеивалось от его слов. Она заговорила с лёгким гнусавым оттенком в голосе:
— Раньше это ты за мной бегал.
Сан Янь вскинул брови:
— Но ты ведь тоже меня любила.
Вэнь Ифань слегка опешила и очень серьёзно кивнула:
— Да.
— Раз любишь, так и бегай за мной как следует, — рассмеялся Сан Янь и снова опустил глаза, нанося ей лекарство. Его тон опять стал невыносимо заносчивым. — Любишь, а всё ждёшь, пока за тобой придут. Почему ты, девчонка, такая гордая?
Вэнь Ифань посмотрела на него:
— Но я не знаю, как это — бегать за кем-то.
— …
Сан Янь замер и поднял голову:
— А я, значит, знаю?
Вспомнив его прежнее поведение, Вэнь Ифань честно ответила:
— Да, кажется, у тебя в этом деле приличный опыт.
Сан Янь уставился прямо на неё и, видя, что она действительно так думает, почувствовал, как у него от досады зачесались зубы. Он не удержался и ущипнул её за щеку, лениво проговорив:
— Твоя невозмутимость порой жутко бесит.
Вэнь Ифань сегодня уже несколько раз получала от него такие щипки и чувствовала, что её щёки скоро станут в два раза больше. Действуя по принципу взаимности, она тоже подняла руку и в ответ сжала его щёку.
Сан Янь, проявляя двойные стандарты, покосился на неё:
— Ты что творишь?
— Я просто, — Вэнь Ифань замялась, но руку не убрала, — поглажу твоё лицо.
Сан Янь не стал с ней спорить и продолжил обрабатывать раны, попутно спрашивая:
— В эти дни прилежно мазала лекарством?
Вэнь Ифань:
— Да.
— Перед сном дверь запирала?
— Да.
Они перебрасывались случайными фразами.
Закончив, Вэнь Ифань слезла с него.
Сан Янь убрал флакон с лекарством:
— Иди умойся и будем ужинать.
Вэнь Ифань кивнула и послушно встала.
Когда Вэнь Ифань вышла из ванной, Сан Янь уже прибрал всё на кровати. Он поднялся, нагнулся к дорожной сумке, достал сменную одежду и быстро скрылся в ванной, чтобы принять душ.
Пространство в ванной было небольшим, даже тесноватым.
Сан Янь положил одежду на тумбу у раковины и рассеянно начал раздеваться.
Через пару секунд он замер.
Время в этот миг словно остановилось. Сан Янь застыл на месте, как каменное изваяние. Он смотрел на своё отражение в зеркале, а в голове снова и снова всплывали слова, которые только что сказала Вэнь Ифань.
Каждое слово было подобно острому лезвию, вонзающемуся в каждый дюйм его тела.
Скрытая в самой кости ярость в этот момент прорвалась наружу, и её невозможно было скрыть.
— «Я тогда тоже не знала, что делать, мне никто не помогал».
— «Сан Янь, ни один человек не встал на мою сторону».
Его кадык дёрнулся вверх-вниз, он плотно закрыл глаза.
…
Сев за стол, Вэнь Ифань медленно жевала еду, чувствуя, что в этот раз Сан Янь моется дольше обычного. Она то и дело поглядывала в сторону ванной, прокручивая в голове их недавний разговор.
Запоздало она начала беспокоиться, не испортила ли она ему настроение.
Вэнь Ифань немного поела в самолёте, так что сейчас была не особо голодна. Спустя пару минут она отложила палочки.
Убрав контейнеры с едой, Вэнь Ифань забралась на кровать и от нечего делать какое-то время играла в телефон.
Прошло порядочно времени, прежде чем Сан Янь вышел из ванной. На голове у него висело полотенце, волосы были мокрыми, с кончиков ещё капала вода. Едва выйдя, он бросил взгляд в её сторону:
— Наелась?
Вэнь Ифань подняла глаза, следя за выражением его лица:
— Наелась.
Сан Янь хмыкнул, взял телефон и сел рядом с ней.
Вэнь Ифань всё ещё лежала на животе. Она ещё какое-то время понаблюдала за ним и, убедившись, что всё в порядке, тихонько выдохнула и отвела взгляд.
Она продолжила листать Вэйбо и сама спросила:
— Так ты завтра пойдёшь искать Чжи Чжи?
Сан Янь ответил небрежно:
— Посмотрим, я уже сказал этой мелкой, что вернулся в Наньу.
Он выглядел так, будто ему всё равно, что резко контрастировало с его поведением до приезда в Ихэ. Вэнь Ифань это показалось странным, но она быстро пришла к выводу:
— Чжи Чжи сейчас с Дуань Цзясюем, ты, должно быть, спокоен за неё?
— Да, — вспомнив об этом, Сан Янь криво усмехнулся. — Этот скот и правда умеет заботиться о детях. О той малявке он печётся больше, чем я, её родной гэгэ, мне даже за себя неловко.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
