Несколько дней назад Сан Чжи вернулась домой на празднование Национального дня, и Дуань Цзясюй приехал в аэропорт Наньу, чтобы встретить её. В тот день они случайно столкнулись с Фу Чжэнчу, который тоже кого-то встречал.
Заметив их близость, Фу Чжэнчу был в полном шоке — словно весь его мир перевернулся. Позже он даже отправил ей сообщение в Вичате, в котором вежливо убеждал её одуматься и встать на путь истинный.
Сан Чжи, лишившись слов, указала на Сан Яня: — Вот он — мой гэгэ.
Сан Янь стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на всех свысока.
— О, здравствуйте, гэгэ и цзецзе. Сан Чжи, тогда не принимай мои слова близко к сердцу, я всё не так понял, — Фу Чжэнчу почесал затылок и пояснил: — Тогда я пойду? Я тут с дядей вышел купить…
Не успел он договорить, как кто-то внезапно бросил несколько коробок шоколадного молока в тележку перед ним.
Раздалось несколько глухих хлопков.
Все невольно проследили за этим жестом.
К ним подошёл высокий худощавый мужчина в тёмной рубашке с подвёрнутыми до локтей рукавами. Его кожа была болезненно бледной, пряди волос на лбу слегка прикрывали глаза, а приподнятые уголки век придавали взгляду остроту и холод.
На его лице не было ни тени эмоций, а на присутствующих он смотрел так равнодушно, словно перед ним была куча неодушевлённых предметов.
Он был на редкость красив, но его аура совершенно отличалась от той, что исходила от Сан Яня или Дуань Цзясюя.
Он походил на недосягаемый мак, цветущий на вершине высокого утёса.
Вэнь Ифань и Сан Чжи невольно засмотрелись на него.
Фу Чжэнчу уставился на то, что он бросил, и небрежно спросил: — Дядя, когда это ты начал пить шоколадное молоко?
Мужчина не ответил и направился в другую сторону.
В этот момент Сан Янь лениво произнёс: — Фу Шицзэ?
Фу Шицзэ замер, повернул голову и небрежно взглянул в сторону Сан Яня, всё так же не выказывая ни малейшего желания заговорить. Фу Чжэнчу, чувствуя, что обстановка накаляется, тут же попытался разрядить атмосферу: — Гэгэ, ты знаешь моего дядю?
Сан Янь чуть вздёрнул подбородок, но промолчал.
Видя это, Фу Чжэнчу посмотрел на Фу Шицзэ, взглядом умоляя его сказать хоть пару слов.
Фу Шицзэ окинул Сан Яня взглядом с ног до головы, оставаясь совершенно бесстрастным. Он едва заметно кивнул, холодно отвёл глаза и пошёл дальше. Казалось, он ни в грош не ставит эти попытки завязать знакомство.
Вэнь Ифань впервые видела, чтобы кто-то так откровенно пренебрегал Сан Янем.
Ей это показалось любопытным, и она продолжила провожать Фу Шицзэ взглядом.
Фу Чжэнчу, чувствуя неловкость, с трудом выдавил: — У моего дяди в последнее время горло побаливает, гэгэ, не обижайся.
Затем он попрощался с остальными и, толкая тележку, поспешил за Фу Шицзэ.
Сан Чжи снова поддела брата: — Гэгэ, похоже, он тебя не узнал.
Сан Янь безразлично хмыкнул.
Вэнь Ифань всё ещё смотрела вслед Фу Шицзэ и тоже спросила: — Ты его знаешь?
— Угу, — Сан Янь взглянул на неё и спокойно пояснил: — Учились в одной школе, он на класс младше нас был.
Вэнь Ифань кивнула, не отводя глаз.
Вокруг мгновенно воцарилась тишина.
Спустя мгновение Вэнь Ифань почувствовала неладное и повернулась к Сан Яню.
В этот же миг Сан Янь с каменным лицом спросил: — Красавчик, что ли?
Очевидно, он истолковал её поведение превратно.
Вэнь Ифань только собралась объясниться.
Сан Янь, сверкнув тёмными глазами, взял её за подбородок и отчеканил: — А чего твои глаза на нём ещё не выросли?
В машине по дороге назад.
Разговор зашёл о случившемся в магазине. Вспомнив об этом, Сан Чжи почувствовала странность и не удержалась от вопроса: — Гэгэ, мой одноклассник принял Дуань Цзясюя за моего брата, почему тебя это не удивило?
— А что тут странного? — лениво отозвался Сан Янь. — Я и сам раньше думал, что ты его за родного гэгэ держишь.
Раз уж прошло столько лет, Сан Чжи перестала это скрывать и, как мёртвая свинья, не боящаяся кипятка, призналась: — Когда я была в средней школе, я попросила Дуань Цзясюя притвориться тобой и сходить в школу на встречу с учителем.
Сан Янь приподнял веки: — Я знаю.
Сан Чжи: — ?
— Твой давний ухажёр пошёл туда только с моего согласия. Что, не знала? — в тоне Сан Яня слышалось злорадство. — О, так ты думала, что это ваш маленький секрет?
— … — Сан Чжи застыла.
— Ладно, — с готовностью сказал Сан Янь, — считай, я ничего не говорил.
Сан Чжи посмотрела на Дуань Цзясюя и, заметив, что он сдерживает смех, рассердилась ещё больше: — Ты чего смеёшься?
— Вспомнил, что ты уже тогда была не промах. С малых лет мне угрожала: говорила, если не соглашусь, пожалуешься а-нян, что мы с твоим гэгэ устроили тебе… — Дуань Цзясюй на мгновение задумался, и его черты лица смягчились. — Мужской парный разряд?
Эти слова напомнили Сан Чжи о её позоре в прошлом. Она почувствовала досаду и, не желая больше разговаривать с этими двумя стариками, обратилась к Вэнь Ифань: — Ифань-цзецзе.
Вэнь Ифань, смотревшая в телефон, подняла голову: — А? Что такое?
Сан Янь прервал их разговор: — Неужели не знаешь, что её нужно называть женой брата?
Сан Чжи и не думала его слушать и, будто наперекор, повторила: — Ифань-цзецзе, скажи, ведь дядя моего одноклассника очень красивый?
В машине на миг воцарилась тишина.
Дуань Цзясюй бросил на неё быстрый взгляд.
Сан Янь тоже посмотрел на Вэнь Ифань, взглядом намекая ей быть осторожнее с ответом.
Сан Чжи намеренно добавила: — Кажется, он мог бы заткнуть за пояс всех мужчин в этой машине.
— Мелкая, ты ошибаешься. Сравнивать его со мной — это всё равно что пытаться выдать фальшивку за оригинал, — Сан Янь всё ещё смотрел на Вэнь Ифань, легонько постукивая пальцами по её ладони, и высокомерно добавил: — А вот того, кто на водительском сиденье, он заткнёт за пояс без труда.
— … — Сан Чжи скорчила гримасу и продолжила ждать ответа Вэнь Ифань.
Вэнь Ифань вспомнила, что уже задела Сан Яня в супермаркете, но Фу Шицзэ и вправду был красив. Она серьёзно задумалась и, проигнорировав фразу про «заткнуть за пояс», сдержанно ответила: — Он довольно симпатичный.
От этого ответа настроение Сан Яня заметно испортилось, и он сильнее сжал её руку.
Как раз загорелся красный свет, и машина остановилась.
Сидевшая впереди Сан Чжи внезапно отвела взгляд, посмотрела на Дуань Цзясюя и коротко спросила: «Ты чего?», после чего затихла. Они смотрели друг на друга, не издавая ни звука.
Вэнь Ифань сейчас было не до тех, кто впереди; она наблюдала за недовольным лицом Сан Яня. Размышляя, как его успокоить, она вздохнула и тихо предложила: — Ладно, этот диди какой-то несерьёзный.
— ?
— Давай больше не будем играть в эти отношения между цзецзе и диди. Хорошо, гэгэ?
В это время впереди Дуань Цзясюй, сидевший на водительском кресле, повернул голову и пристально уставился на Сан Чжи. В его сияющих глазах отражался свет, он шевелил губами, но не произносил ни звука.
Сан Чжи не совсем поняла, что он хочет сказать, и наклонилась ближе: — Что?
Дуань Цзясюй склонился к её уху и негромко проговорил: — Гэгэ намерен побороться за твоё внимание.
Сан Чжи растерялась: — А?
Через несколько секунд тишины она услышала, как голос мужчины стал ещё тише, почти переходя на шёпот, и он начал с ней заигрывать:
— Когда вернёмся, я покажу тебе кое-что поинтереснее.
…
Машина подъехала к дому семьи Сан.
Сан Чжи потянула Вэнь Ифань за собой к воротам.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
