Это была знаменитая в городе Наньу улица баров, которую люди называли Улицей Падения.
Так как они здесь никогда не были, им пришлось долго искать, пока наконец в маленьком уголке они не заприметили этот бар.
Название было довольно интересным — «Сверхурочные».
Вывеска была на редкость простой. Чисто-чёрный фон, ровный квадратный шрифт, излучающий чистый белый свет. Среди кучи пёстрых и агрессивных неоновых огней бар выглядел так скромно, будто это была открывшаяся здесь маленькая парикмахерская.
— А идея-то неплохая, — Вэнь Ифань на мгновение замерла, вглядываясь в вывеску, и прокомментировала: — Открыть парикмахерскую на улице баров. Те, кто хочет подцепить здесь девчонок, могут сначала зайти сюда и сделать укладку.
Уголок губ Чжун Сыцяо дёрнулся, и она потащила подругу внутри:
— Не неси чуши.
Вопреки ожиданиям, внутри оказалось вовсе не так пусто, как представляла себе Вэнь Ифань.
Они пришли довольно рано, час пик ещё не наступил, но больше половины мест в заведении уже было занято.
На сцене женщина с гитарой в руках пела, опустив глаза; атмосфера была лиричной и спокойной. У стойки бармен с крашеными жёлтыми волосами, словно акробат, подбрасывал шейкер — легко и привычно.
Найдя свободный столик, Вэнь Ифань заказала самый дешёвый напиток.
Чжун Сыцяо огляделась по сторонам и с некоторым разочарованием произнесла:
— Неужели босса нет на месте? Я не вижу ни одного красавчика.
Вэнь Ифань, подперев щёку ладонью, небрежно отозвалась:
— Может, это тот паренёк-бармен.
— Чушь! — Чжун Сыцяо явно не могла с этим смириться. — Мой коллега, который постоянно зависает на Улице Падения, говорил, что владельца этого бара можно назвать «первым номером» всей этой улицы.
— Может, он сам себя так прозвал.
— ?
Заметив недобрый взгляд Чжун Сыцяо, Вэнь Ифань выпрямилась и подчеркнула:
— Ну, это просто предположение.
Чжун Сыцяо хмыкнула.
Подруги какое-то время лениво переговаривались о том о сём.
Чжун Сыцяо упомянула о том, что случилось в обед:
— Кстати, тот, кого я сегодня встретила, — это мой староста из первого класса старшей школы. Он тоже учился в Южном университете и, кажется, даже жил в одном общежитии с Сан Янем, но я его почти не видела.
Услышав это имя, Вэнь Ифань слегка опешила.
— Кстати говоря, ты ещё помнишь… — Чжун Сыцяо случайно бросила взгляд в сторону и вдруг замерла, глядя на барную стойку: — Эй, посмотри на десять часов, не «первый номер» ли это пришёл?
В то же время Вэнь Ифань услышала, как кто-то крикнул: «Янь-гэ».
Она проследила за её взглядом.
Неизвестно когда, но рядом с барменом появился мужчина.
В баре царил полумрак. Он прислонился к краю стойки спиной, слегка повернув голову, словно разговаривал с барменом. На нём была чисто-чёрная ветровка, фигура — стройная и высокая; даже слегка ссутулившись, он был на целую голову выше стоящего рядом бармена.
Глаза тёмные, уголки губ едва заметно приподняты в лёгкой, немного циничной усмешке.
Разноцветные лучи вращающегося под потолком прожектора скользили по его лицу.
Вэнь Ифань тоже узнала его в это же мгновение.
— Вот это да! — Очевидно, сделав то же открытие, Чжун Сыцяо воскликнула потрясённым тоном: — Подруга, этот «первый номер» — Сан Янь!
— Стоило мне только упомянуть его, как он тут же явился… Ты же его помнишь? Перед тем как ты перевелась, он за тобой бегал…
При этих словах ресницы Вэнь Ифань дрогнули.
Как раз мимо проходил официант. Вэнь Ифань почувствовала себя неловко и хотела было прервать подругу, когда вдруг в ушах раздался испуганный вскрик. Она подняла голову и увидела, что официанта кто-то толкнул, поднос в его руках накренился, и стоявший на нём бокал опрокинулся.
— Прямо в её сторону.
Напиток вместе с кубиками льда обрушился на её левое плечо и потёк вниз. Сегодня на ней был свободный свитер, и теперь большая часть одежды промокла насквозь; холод просочился внутрь. От этого ледяного ощущения кожа на голове занемела.
Вэнь Ифань ахнула и вскочила на ноги на чистом рефлексе.
В баре громко играла музыка, но этот шум всё равно был заметен.
Перепуганный официант побледнел и начал рассыпаться в извинениях.
Чжун Сыцяо тоже встала, помогая Вэнь Ифань стряхнуть лёд со свитера, и нахмурилась:
— Ты как, в порядке?
— Всё нормально, — голос Вэнь Ифань невольно дрожал, но она не злилась и посмотрела на официанта: — Больше не нужно извиняться, просто будьте осторожнее в следующий раз.
Затем она сказала Чжун Сыцяо:
— Я отойду в уборную, приведу себя в порядок.
Договорив, она слегка подняла веки.
И неожиданно столкнулась с чьим-то взглядом. Глубоким, безразличным и в то же время трудночитаемым.
Время замерло на пару секунд.
Вэнь Ифань отвела глаза и направилась в сторону женского туалета.
Зайдя в кабинку, она сняла свитер, под которым осталась только плотно прилегающая майка.
К счастью, свитер принял основной удар на себя, и нижняя одежда почти не намокла.
Прижимая свитер к себе, Вэнь Ифань подошла к раковине и, смочив бумажное полотенце, кое-как оттёрла пятна от алкоголя.
Закончив с этим, она вышла.
Боковым зрением она заметила, что в коридоре кто-то стоит. Вэнь Ифань инстинктивно повернула голову и замерла.
Мужчина прислонился к стене, зажав в зубах сигарету; его веки были лениво прикрыты, а вид казался небрежным и холодным. В отличие от их первой встречи, сейчас он снял куртку и просто небрежно держал её в руке.
На нём осталась только чёрная футболка.
С их последней встречи прошло уже шесть лет.
Она не была уверена, узнал ли он её, и не знала, стоит ли здороваться. Проколебавшись меньше секунды, она опустила глаза и решила притвориться, что тоже его не узнала, и, собравшись с духом, пошла дальше к выходу.
Тёмный лаконичный интерьер, узоры на мраморной плитке хаотично расходились в стороны, отражая свет. Здесь всё ещё слышался голос певицы — тихий, нежный и тягучий.
Расстояние сокращалось.
Она уже почти прошла мимо него.
И в этот момент…
— Эй, — послышался его едва уловимый, ленивый голос.
Вэнь Ифань остановилась и уже собиралась обернуться.
Совершенно внезапно Сан Янь набросил ей на голову свою куртку, закрыв почти весь обзор. Вэнь Ифань опешила, но тут же стащила её руками, не понимая, что происходит.
Сан Янь по-прежнему не поднимал головы; опустив взгляд, он затушил сигарету о край стоявшей рядом урны.
Никто из них не спешил начинать разговор первым.
Казалось, прошло много времени, хотя на деле — всего несколько мгновений. Сан Янь медленно поднял веки и встретился с ней взглядом. В его глазах читалась отстранённость.
— Поговорим, — сказал он.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
