После этих слов брови Сан Яня дрогнули, и он перестал вертеть в руках телефон.
Атмосфера в комнате застыла.
Вэнь Ифань внезапно осознала, что её слова прозвучали даже более прямолинейно, чем тот пример, который приводила Чжун Сыцяо. Она замерла на пару секунд, вглядываясь в его иссиня-чёрные глаза, а затем невозмутимо отвела взгляд.
В прошлый раз нечто подобное случилось, когда они впервые встретились в баре «Цзябань».
Но тогда Вэнь Ифань полагала, что Сан Янь её не узнал, к тому же ситуация была слишком запутанной, чтобы её объяснять. В итоге она решила действовать по принципу «разбитый горшок не жалко и вдребезги расколотить» и с мыслью, что они больше никогда не увидятся, выпалила: — Тогда это весьма прискорбно.
Однако на сей раз оба были трезвы и знали подноготную друг друга.
Никаких масок.
Вэнь Ифань не понимала, удалась ли её проверка или с треском провалилась, но чувствовала, что на этом пора ставить точку. Она поднялась и с привычным спокойствием на лице произнесла:
— Тогда впредь будь осмотрительнее. Я пойду отдыхать.
Она сделала несколько шагов.
— Подожди-ка, — бросил Сан Янь ей в спину.
Вэнь Ифань поджала губы и, только совладав с эмоциями, обернулась.
— Рассказывай. — Сан Янь посмотрел ей в глаза и выпрямился, заговорив не слишком серьёзным тоном. — Какое именно преступление ты боишься совершить?
— … — Вэнь Ифань пришлось идти до конца. — Я просто повторила твои слова.
Она подразумевала: «Я и сама не знаю, о каком „склонении к преступлению“ ты толкуешь».
— О-о, — Сан Янь понимающе кивнул. — Ты хочешь меня… по…
— … —
По?..
Во взгляде Вэнь Ифань на мгновение промелькнуло замешательство. Она и не заглядывала так далеко, а лишь хотела воспользоваться фразой Сан Яня, чтобы прощупать его нынешнее отношение к ней.
Она уже собиралась возразить, как услышала продолжение:
— …сягнуть на меня.
О.
Не поцеловать, а посягнуть.
Вэнь Ифань: «…»
На неё словно внезапно взвалили огромный чугунный котел обвинений.
Она опешила и принялась лихорадочно искать оправдания, пытаясь дать ему понять, что упомянутое ею «преступление» вовсе не подразумевало ничего столь серьёзного.
Но не успела она подобрать слова.
В следующий миг Сан Янь внезапно отбросил телефон в сторону и снова откинулся на спинку кресла. Он вскинул голову и пристально уставился на неё. Несколько прядей чёрных волос упали ему на лоб, а в тёмных зрачках отражался свет гостиной. В его облике читался то ли вызов, то ли откровенное искушение.
— Осмелься — и подходи.
…
Вернувшись в комнату, Вэнь Ифань закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, медленно выдыхая. Успокоив дыхание, она зашла в ванную, чтобы умыться; казалось, в ушах не осталось ничего, кроме гулкого стука сердца.
Она долго не могла прийти в себя.
Вэнь Ифань закрыла кран и вытерла лицо салфеткой. Она уставилась на своё отражение в зеркале, и мысли её снова неведомо куда улетели. Последние четыре слова Сан Яня словно намертво приклеились к её сознанию, и от них невозможно было избавиться.
— «Осмелься — и подходи».
Да как она посмеет.
Откуда бы у неё взялось такое сердце медведя и отвага леопарда!!!
При этой мысли Вэнь Ифань ещё раз ополоснула лицо, стараясь вернуть себе хоть каплю здравомыслия.
Она помнила, что лишь выдавила из себя: «Я не это имела в виду», после чего развернулась и ушла в свою комнату, не задерживаясь ни на секунду. Хотя это случилось всего несколько минут назад, она совершенно не могла вспомнить, удалось ли ей сохранить лицо.
Осталась ли она по-прежнему невозмутимой?
Или же позорно бежала с поля боя?
Вэнь Ифань вздохнула, не зная, был ли её поступок лишь сиюминутным порывом.
С того момента, как она рассталась с Чжун Сыцяо, и по пути домой мысли Вэнь Ифань были заняты свиданием вслепую, на которое ходил Сан Янь. И это несмотря на то, что её это совершенно не касалось.
Это были личные дела Сан Яня.
Его родные считали, что он достиг подходящего возраста, и устраивали ему знакомства — это было вполне логично и обоснованно. Ей следовало, как и прежде, выслушать и забыть. Не стоило ни расспрашивать, ни тем более вмешиваться.
Но из-за случившегося сегодня вечером Вэнь Ифань внезапно осознала, что многие поступки неподвластны контролю.
Даже если постоянно твердить себе, что это неправильно и так нельзя, всё равно порой случаются вещи, которые разрушают эту безопасную дистанцию. Оказывается, её слова и поступки, как и проявляемые эмоции, не могут быть абсолютно разумными.
У неё тоже есть чувства.
И возникшее откуда-то неожиданное чувство собственничества.
Ей тоже немного хотелось стать к нему чуть ближе.
Но она боялась, что это расстояние непреодолимо.
У Сан Яня была хорошая семья, да и сам он был на редкость хорош собой. В столь молодом возрасте он открыл собственный бар, и его нынешняя работа была куда престижнее, чем у сверстников. Чего бы он ни пожелал, он добивался этого с лёгкостью, никогда не зная поражений.
У него с рождения были исключительные условия и более чем достаточно поводов для гордости.
Она же была совсем другой.
Хотя Вэнь Ифань не слишком задумывалась о своей внешности, по словам окружающих она знала, что действительно красива. Однако она не считала это каким-то особым преимуществом.
В конце концов, красивых людей предостаточно.
Кроме приличной работы, у Вэнь Ифань не было ничего, она жила экономно, во многом себе отказывая. Танцы, которыми она когда-то могла гордиться, давно остались в прошлом, а её характер был столь пресным, что о нём и рассказать было нечего.
Вэнь Ифань никогда не считала себя человеком, ради которого кто-то стал бы хранить верность воспоминаниям долгие годы.
Она не знала, чем вызвано это нынешнее, едва уловимое расположение Сан Яня.
Было ли это следствием их общения после долгой разлуки?
Или же просто она была для него неким барьером, который он до сих пор не смог перешагнуть?
Судя по сегодняшней проверке, Вэнь Ифань так и не смогла понять мысли Сан Яня.
Но казалось, он не испытывал особого отторжения и не пытался намеренно сменить тему, а наоборот — будто принял вызов. Она не знала, понял ли он те чувства, что она пыталась выразить.
Вэнь Ифань и правда не могла разобрать.
То ли он решил, что она просто передразнивает его манеру речи, то ли действительно заметил нечто странное.
Неужели придётся проверять ещё несколько раз?
В таких делах Вэнь Ифань была полным новичком, у неё совсем не было опыта.
Она тяжело вздохнула.
Вэнь Ифань вышла из ванной.
И снова вспомнила выражение лица и тон Сан Яня, когда он произносил ту последнюю фразу.
Эх, всё же он… действительно как лучший из хостов.
Каждый год Шуанцзян приходится на разные дни, выпадая на 23 или 24 октября.
В этом году день рождения Вэнь Ифань был на следующий день после Шуанцзян. В прошлые годы она либо весь день лежала дома, либо после работы ужинала с коллегами и просто и скромно отмечала его.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
