Конец октября пролетел, и погода резко сменилась холодами.
С наступлением ноября листья на деревьях вдоль дорог заметно пожелтели, воздух стал сухим, а некоторые прохожие уже облачились в пуховики.
Рабочая обстановка Жуань Сысянь тоже менялась.
В последнее время она была поглощена подготовкой к экзамену на категорию F1 (второй пилот первого этапа). Она выкраивала любую свободную минуту для чтения, порой даже в кабине пилотов, ожидая разрешения на вылет, доставала телефон, чтобы проглядеть пару страниц.
В день экзамена, выйдя из аудитории, она взглянула на время — было ещё рано, поэтому она отправилась обедать в столовую для персонала.
Набрав еды, она с подносом в руках нашла свободное место. Не успела она сделать и пары глотков, как почувствовала, что кто-то к ней приближается.
Жуань Сысянь подняла голову и, увидев знакомого второго пилота, немного отодвинула поднос, освобождая место.
Но тот, завидев Жуань Сысянь, тут же расплылся в широкой улыбке:
— Сяо Жуань, добрый день! Ой? А где это ты взяла такие рёбрышки, что-то я их не приметил? Пойду-ка ещё раз гляну у окна раздачи.
Должно быть, за рёбрышками он отправился прямиком к раздаче где-нибудь в Сибири, потому что больше не вернулся.
Жуань Сысянь не сразу пришла в себя. В последнее время ситуация в компании сложилась такая: на тысячах гор всё мужское летать перестало, на десяти тысячах троп след его простыл.
Все коллеги мужского пола, независимо от семейного положения, держались с ней подчёркнуто отстранённо, словно у них на лбах было написано: «Нас связывают исключительно рабочие отношения».
Даже когда она делилась какой-нибудь ссылкой в соцсетях, ни один коллега больше не ставил ей «лайк»!
Ну что ж, Жуань Сысянь всё поняла: Фу Минъюю хватило одной фразы, чтобы навесить на неё ярлык «собственность Фу», тем самым в зародыше устранив любых потенциальных соперников.
Пока она работает в «Шихан», ни один мужчина в этой компании не посмеет бороться с боссом за женщину.
Надо же… какой «благородный» и открытый способ ухаживания.
Однако у этого «ярлыка Фу» были и свои плюсы.
Например, в последнее время она постоянно летала на дальние дистанции. Сверившись с графиком, она увидела, что и следующая неделя будет такой же.
Любой пилот на внутренних рейсах мечтает о дальних перелётах: это не только высокая почасовая оплата, но и более длительный отдых.
Даже обычное регулирование потоков в аэропорту, казалось, претерпело едва заметные изменения. Жуань Сысянь заметила, что время ожидания в очереди для неё сокращается, и её всё чаще выпускали на взлётно-посадочную полосу в приоритетном порядке.
Глядя на это, казалось, что на её «ярлыке» было выведено крупными буквами: «Фу Минъюй просит все отделы оказывать владельцу содействие и необходимую помощь».
Жуань Сысянь чувствовала себя живым «паспортом» Фу.
Ей даже хотелось пойти и потребовать объяснений у Фу Минъюя: так поступать непозволительно! Это злоупотребление полномочиями!
Но, поразмыслив, она поняла, что Фу Минъюй вряд ли отдавал такие распоряжения лично. Виной всему был слишком развитый интернет: одно слово через спутниковую связь мгновенно облетает весь мир, что уж говорить о пределах одной компании.
То ли люди старались избегать проблем, то ли просто держали нос по ветру, но всё это, подобно невидимым рукам, намертво сковало Жуань Сысянь и Фу Минъюя.
Эта атмосфера напомнила Жуань Сысянь старшую школу. Тогда один парень тоже публично признался ей в любви, подняв шум на всё учебное заведение.
Тот парень был крутым школьным задирой, вёл себя вызывающе и дерзко, даже учителя не могли с ним сладить. Поэтому после его признания все мальчики, что раньше вились вокруг Жуань Сысянь, разбежались кто куда.
Школа была небольшой, они постоянно сталкивались, а учитывая, что одна сторона делала это намеренно, Жуань Сысянь казалось, что эти люди преследуют её повсюду.
К тому же окружающие вечно подливали масла в огонь, ведя себя так, будто между ними уже что-то есть.
В те дни Жуань Сысянь пребывала в ярости. Каждый раз, встречая чей-то насмешливый взгляд или слыша подначивающий тон, ей хотелось броситься в драку.
А что теперь?
Жуань Сысянь помешивала ложкой суп в пиале.
Кажется, она не чувствовала особой ярости… и желания лезть в драку тоже не было.
Есть ли разница между влиянием Фу Минъюя в «Шихан» и тем школьным задирой в школе?
Никакой.
Оба — властные и деспотичные хозяева своей территории.
Жуань Сысянь подумала, что всё дело, вероятно, в том, что Фу Минъюй — её босс…
Пока она размышляла, перед ней внезапно опустился поднос.
Жуань Сысянь гадала, кто из коллег оказался настолько смел, чтобы рискнуть головой ради прекрасного цветка. Ей даже стало немного приятно от мысли, что её очарование пересилило страх перед Фу Минъюем.
Но, подняв глаза, она увидела перед собой Ни Тун.
Ни Тун села с беспокойным видом, огляделась по сторонам и только тогда заговорила:
— Это… в общем… есть одно дело…
Жуань Сысянь отложила палочки и подняла взгляд:
— Говори прямо.
Ни Тун не хотелось заводить этот разговор, но эта мысль тревожила её уже давно, и она не могла оставить всё как есть.
В столовой было слишком много лишних ушей, поэтому она долго колебалась, прежде чем спросить:
— Ты уже закончила? Может, выйдем и поговорим?
Жуань Сысянь смерила её взглядом и залпом допила суп.
— Идём.
Они вышли из столовой, но людей вокруг всё равно было много, поэтому Ни Тун отвела Жуань Сысянь на лестничную площадку.
— В общем… на моего наставника вчера подал жалобу VIP-пассажир.
Жуань Сысянь:
— И что дальше?
Ни Тун забегала глазами, её голос звучал неуверенно:
— Ну, ты же знаешь, если жалуется обычный пассажир, компания сначала проверяет, обоснована жалоба или нет. Но если жалуется VIP-пассажир, она признаётся обоснованной автоматически. И вот тогда…
Жуань Сысянь взглянула на часы:
— Даю тебе минуту. Если не договоришь, я ухожу домой.
Ни Тун мгновенно напряглась и затараторила, как горох из мешка:
— В общем дело-то на самом деле не такое уж и серьёзное раньше в подобных случаях максимум отстраняли от полётов на время но моего наставника уволили я думаю это решение президента Фу но по-моему это чересчур я понимаю что моя просьба не совсем уместна но не могла бы ты замолвить словечко перед президентом Фу чтобы его не увольняли ну хоть немного проявить снисхождение а?
Жуань Сысянь:
— ?
Жуань Сысянь потратила полминуты на то, чтобы мысленно расставить знаки препинания в тираде Ни Тун.
Она протянула руку и похлопала Ни Тун по плечу:
— Послушай, я что, вела себя как-то так, что ты приняла меня за добрую и щедрую фею, не помнящую обид?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
