— …
Фу Минъюй явно был раззадорен этими словами, этим выражением. Его взгляд похолодел, и он снова навис над ней, прижав к кровати.
— Ну так попробуй?
К счастью, снова зазвонил телефон. Жуань Сысянь оттолкнула его, схватила лежавшую у кровати пижаму и босиком выскочила из комнаты.
Звонил хозяин квартиры.
— Девушка, меня залило!
Это были первые слова, которые она услышала, едва сняв трубку. Жуань Сысянь опешила.
— Вас… оскопили?!
— Ну да! — прокричал хозяин. — Дома настоящий потоп! Пока не могу уйти! Можно я завтра загляну и поменяю тебе стиральную машину?
“И ради чего я тогда столько терпела?”
— Да, ничего страшного, — с горькой усмешкой ответила Жуань Сысянь. — Я не тороплюсь.
Повесив трубку, она услышала шаги в комнате.
Фу Минъюй уже оделся и вышел к ней.
Он оставался верен себе: всегда умудрялся за считанные мгновения принять пристойный вид.
Стоило ему надеть одежду, как его манеры и выражение лица менялись до неузнаваемости — в постели он был совсем другим человеком.
Жуань Сысянь даже смотреть на него не хотела.
Стоило ей вспомнить каждое мгновение их недавней близости, как кожа на голове начинала зудеть от смущения.
Забежав в ванную, Жуань Сысянь закрыла дверь и, опершись руками о раковину, тяжело задышала.
Сил совсем не осталось, казалось, ещё секунда — и она рухнет на пол.
Она долго стояла так; её всё ещё бросало в жар, а в теле сохранялось то самое ощущение, будто он всё ещё прижимался к ней.
Однако, когда она увидела в зеркале то кошмарное зрелище, в которое превратилась кожа между ключицами и шеей, все соблазнительные мысли тут же улетучились.
— Фу! Минъюй! Ты смерти моей хочешь?!
Фу Минъюй открыл дверь в ванную, вошёл и взглянул на неё.
Непонятно почему, но даже когда он сам изрядно утомился, она всё ещё была полна энергии.
Жуань Сысянь оттянула ворот и гневно выпалила:
— Это что такое?!
— Засос.
“Я же вовсе не дура, я и так знаю, что это засос”.
Жуань Сысянь глубоко вдохнула, не желая с ним разговаривать.
Она же ясно сказала ему перед тем, как идти на парковку, что завтра днём у неё интервью. Неужели похоть настолько ударила ему в голову, что он напрочь об этом забыл?
На официальные мероприятия нужно надевать форму, воротник которой не сможет полностью это скрыть. И как ей теперь людям на глаза показываться?
Фу Минъюй обнял её со спины и потёрся щекой о её щёку.
— Что не так?
— Ты совсем не можешь держать свой рот при себе?
— М-м? — Фу Минъюй отпустил её, повернулся спиной и, расстегнув пуговицы, немного спустил рубашку, глядя на неё через зеркало. — Ты тоже не промах.
В зеркале на спине Фу Минъюя отчётливо виднелись многочисленные царапины от ногтей.
— Может, в следующий раз мне стоит связать тебе руки?
Жуань Сысянь представила эту картину. От невыносимого стыда она попыталась вытолкать его вон.
— Не будет никакого следующего раза!
— Уходи, мне нужно в душ.
Но сил у неё почти не было. Мужчина перед ней даже не шелохнулся, наоборот, он крепко прижал её к себе.
— Не дёргайся, дай ещё немного тебя обнять.
Каким бы властным он ни был в постели, сейчас он был нежен.
Жуань Сысянь постепенно притихла.
Его объятия словно обладали какой-то магической силой, заставляющей успокоиться.
— А ты разве не пойдёшь спать?
— Сейчас поднимусь к себе, приму душ и поеду в компанию. — Он помолчал и добавил: — Управление гражданской авиации назначило встречу, днём пригласили меня на чай.
— А ты времени зря не теряешь, в каждую щёлочку иголку вставишь.
— Иголку?
***
После ухода Фу Минъюя Жуань Сысянь сходила в душ, но ложиться не стала.
Она понимала, что если сейчас уснёт, то проснётся только вечером, и тогда ей будет очень сложно справиться с джетлагом.
Однако просто терпеть тоже было тяжело. Ей нужно было найти какое-то занятие, а лучше всего — выйти куда-нибудь проветриться, чтобы не уснуть.
Сы Сяочжэнь сегодня была на смене и не могла освободиться.
А Бянь Сюань, которая пронервничала всю прошлую ночь, никак не могла успокоиться даже после того, как узнала, что Жуань Сысянь в безопасности. Бар она так и не открыла, но, привыкнув к перевёрнутому режиму, ночью глаз не сомкнула и теперь отсыпалась.
В телефон тем временем продолжали сыпаться сообщения, связанные со вчерашними событиями. У неё совершенно не было сил отвечать каждому, поэтому она просто выключила звук.
Жуань Сысянь немного посидела на диване, не зная, к кому обратиться.
Если бы она не была так измотана, то отправилась бы в спортзал на беговую дорожку.
Но через несколько минут кто-то сам ей написал.
[Чжэн Юань]: Цзецзе, проснулась?
[Жуань Сысянь]: ?
[Жуань Сысянь]: Твоя фамилия Чжэн, а моя — Жуань.
[Жуань Сысянь]: Какая я тебе цзецзе?
[Чжэн Юань]: Не пойми превратно, я не набиваюсь в родственники.
[Чжэн Юань]: Это просто дань уважения.
[Чжэн Юань]: Цзецзе, ты крутая! [Большой палец вверх]
Жуань Сысянь легла на живот и, опершись на подушку, медленно набрала ответ.
[Жуань Сысянь]: В чём дело?
[Чжэн Юань]: Не соблаговолите ли вы оказать мне честь и разделить со мной обед?
Если бы не дикая сонливость и отсутствие компании для трапезы, Жуань Сысянь ни за что не пошла бы с Чжэн Юань в этот ресторан, где от сладости блюд сводило зубы.
К тому же сама она беспрестанно зевала и выглядела измождённой, в то время как её спутница сидела напротив с безупречным макияжем и в прекрасном расположении духа.
Контраст был слишком очевиден.
Мало того, что разница бросалась в глаза, та ещё и вздумала делать совместное фото на телефон.
Когда она внезапно придвинулась поближе и подняла телефон, Жуань Сысянь не успела отказаться и в то же мгновение чисто рефлекторно озарила камеру улыбкой в восемь зубов.
Раздался щелчок затвора, и довольная Чжэн Юань села на место, принявшись что-то увлечённо печатать на экране.
Жуань Сысянь сказала:
— Дай-ка посмотреть.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
