Человек на другом конце провода расслабился ещё больше и с завистью произнёс:
— Разве нет? Фу Минъюй вечно щеголяет этой своей физиономией, чтобы морочить людям голову, и немало девушек от него натерпелось.
Ещё бы, он наверняка каждое утро любуется собой в зеркале и думает, что он чертовски хорош.
В голове у Жуань Сысянь необъяснимым образом возник образ Фу Минъюя, самовлюблённо красующегося перед зеркалом, и она невольно усмехнулась:
— Наш господин генеральный директор всё-таки образец мужественности, статный и благородный…
Она замолчала на полуслове, заметив в отражении LED-экрана внушительную процессию людей, а во главе её…
Но мысли Жуань Сысянь не спутались, и она продолжала заливаться соловьём.
— Изысканный, представительный…
Тень за её спиной замерла, с десяток взглядов вонзились в неё, причём один из них был самым обжигающим.
Голос Жуань Сысянь становился всё тише.
Нет.
Не так она представляла себе их встречу.
Она просто хотела вместе с Янь Анем немного поиронизировать над Фу Минъюем, но раз уж её застали врасплох, этот человек наверняка опять вообразит, будто она выражает своё обожание.
Сейчас был необходим крутой поворот.
— Обаятельный, свободный и независимый — всё это не имеет к нему ни малейшего отношения.
— …
Последняя фраза прозвучала твёрдо, и эта внезапная перемена застала слушателей врасплох; в тот миг все они дружно пожелали оглохнуть.
Они поспешно отвернулись, делая вид, будто ничего не слышали, и пошли дальше, разве что походка их стала немного деревянной.
В стеклянном коридоре остались лишь Жуань Сысянь, стоящая лицом к стене, и Фу Минъюй за её спиной, а также Бай Ян, который сосредоточенно смотрел перед собой, и четверо помощников.
Казалось, по длинному стеклянному коридору гуляют сквозняки.
Жуань Сысянь вспомнила, что и раньше это место казалось ей холодным, словно морг.
В трубке Янь Ань заливался безудержным смехом, похожим на гоготание гуся.
— Жуань-сяоцзе, вы прямо режете правду-матку, обожаю ваш исключительный…
Связь внезапно оборвалась, и в трубке раздался механический женский голос: «Пожалуйста, подождите, абонент занят, не вешайте трубку».
Одновременно с этим за спиной раздался мужской голос.
— Янь Ань, тебе что, совсем заняться нечем?
Можно было и не гадать, кто это говорит. Жуань Сысянь ещё не обернулась, но увидела на полу вытянувшуюся тень.
В лучах яркого солнца он, держа в руке телефон, сделал шаг вперёд и встал плечом к плечу с Жуань Сысянь, однако его взгляд был устремлён не на неё, а прямо в окно.
В его голосе не было тепла, что странным образом гармонировало с холодом стеклянного коридора.
— Если тебе нечего делать, сначала подумай, как разобраться с той интернет-знаменитостью, с которой ты только что расстался и которая поливает тебя грязью в Вэйбо. Не смей донимать моих людей и даже не вздумай их переманивать.
В этот момент он мельком взглянул на Жуань Сысянь и снова отвёл глаза.
— Будь добр, соблюдай профессиональную этику, иначе я не побрезгую перехватить твой контракт по Бали. Тогда и посмотрим, не уложит ли тебя твой старик в могилу на несколько десятков лет раньше срока.
Сказав это, он сбросил вызов и повернулся к Жуань Сысянь — все эти действия были настолько отточенными, будто Янь Ань исчез вместе с окончанием разговора.
Голос его стал заметно мягче:
— Жуань-сяоцзе, мы видимся впервые, нет ли у вас какого-то недопонимания на мой счёт?
Будь на её месте любая другая женщина, увидев этот джентльменский взгляд и почувствовав явную перемену в тоне, пронизанном симпатией, она бы, наверное, тут же растаяла.
Но Жуань Сысянь хотелось только закатить глаза.
Что значит «видимся впервые»?
Ты, пёс шелудивый, неужели забыл Жуань Сысянь на берегу Темзы?
Забыл женщину, которую прождал целую ночь?
Глядя на озадаченное и непонимающее лицо Жуань Сысянь, Бай Ян, который до этого с трудом сдерживался, наконец получил возможность вмешаться. Он сделал шаг вперёд и произнёс:
— Это господин Фу.
— Ой! — Жуань Сысянь притворно испуганно отступила назад. — Вы слышали то, что я сказала? Прошу прощения, я просто слышала всякое, я и не знала, что сам господин Фу настолько…
— Хм, — Фу Минъюй догадался, что сейчас Жуань Сысянь снова примется сыпать эпитетами, демонстрируя свой словарный запас, и вовремя её прервал: — От кого слышали?
Жуань Сысянь запнулась.
— От одного друга, который пожелал остаться анонимным.
— А фамилия её — Жуань.
Похоже, разгадав притворство и лицемерие Жуань Сысянь, Фу Минъюй автоматически списал всё на Янь Аня, который снова распускал о нём слухи, и не стал с этим разбираться.
Как раз в этот момент Бай Ян напомнил о времени, и Фу Минъюй собрался уходить.
Уходит?
Жуань Сысянь раздосадованно подумала: как он мог её забыть?
По чьей же физиономии ей тогда бить?
Она ведь та самая девушка с берегов Темзы, которой ты когда-то пренебрёг, а теперь нанял за деньги!
— Господин Фу!
Жуань Сысянь вдруг окликнула его.
Фу Минъюй остановился и обернулся:
— Что-то ещё?
А, неважно.
Как только она его окликнула, то сразу пожалела об этом, почувствовав себя полной дурой, но она всегда умела вовремя сменить тему.
— Простите за то, что было только что. Мне не стоило верить сплетням и говорить о вас гадости. Сначала мне нужно было узнать вас по-настоящему.
— А уже потом продолжать говорить о тебе гадости.
Его лицо немного смягчилось:
— Ничего страшного.
Вы только послушайте, какой великодушный, какой джентльмен.
Кто-то другой наверняка бы уже пал ниц перед его шикарным костюмом.
Жуань Сысянь сказала:
— Тогда я пойду, мне ещё нужно получить форму.
Форма…
В голове Фу Минъюя вдруг всплыл тот снимок: Жуань Сысянь в форме пилота, строгая рубашка, резко сужающаяся на тонкой талии, которую можно обхватить ладонями, а затем плавно переходящая в изящные изгибы бёдер, и длинные, стройные ноги в чёрных брюках.
Он кивнул и ушёл.
—
Что касается формы, Жуань Сысянь не ожидала, что авиакомпания «Хэнши» так предусмотрительно изменит правила: ей выдали по два комплекта на весну, лето и зиму, так что в итоге получился внушительный баул.
К счастью, физическая подготовка у пилотов была отличной, и даже для девушки Жуань Сысянь этот груз не был тяжёлым, вот только выглядело это не слишком эстетично — на фоне снующих туда-сюда красавиц-стюардесс контраст был особенно разительным.
И тут, как нельзя кстати, появился заботливый Бай Ян. Он с улыбкой перехватил у Жуань Сысянь сумки:
— Позвольте, я помогу.
Они уже виделись в лётной академии, и Жуань Сысянь он нравился: ей казалось, что, будучи секретарём Фу Минъюя, он совершенно не заразился его скверными привычками, поэтому она тоже улыбнулась ему.
— Спасибо большое.
— Не за что.
Бай Ян повёл её к выходу:
— Господин Фу велел мне прийти, сказал, что формы много и девушке будет тяжело её нести.
Жуань Сысянь:
— …Господин Фу так добр, я прямо-таки тронута.
Бай Ян:
— Угу, я передам ему вашу благодарность.
…
Кто тебя просил передавать?!
Похоже, эта дурная привычка домысливать за других всё-таки его не миновала.
Они вместе вышли из лифта, и Бай Ян проводил Жуань Сысянь до машины, прежде чем вернуться в компанию. Эту сцену как раз заметила Ни Тун, выходившая после совещания.
Ни Тун сфотографировала их на телефон и отправила Цзян Цзыюэ.
«Смотри, это она».
Находясь далеко в Испании, Цзян Цзыюэ некоторое время рассматривала увеличенное фото и вынесла вердикт.
— Это не она. Откуда ей быть в таких хороших отношениях с секретарём заместителя генерального директора?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
