Юнь Е и она обменивались колкостями:
— Я собираюсь поступать в Сикэда, так что не доставай меня.
Юнь Ли посмотрела на него:
— Больше не болей.
Юнь Е уже слышал о том, насколько всё было опасно, и, опустив глаза, буркнул:
— Понял.
Когда юноша решал задачи, Юнь Ли, подперев подбородок рукой, погружалась в свои мысли и невольно вспоминала о Фу Шицзэ, оставшемся в Наньу.
Когда Юнь Ли вернулась с кашей, которую передала Ян Фан, Юнь Е как раз пытался выбраться из постели.
Юнь Ли уложила его обратно, надавив на плечи:
— Лежи.
— Чёрт, у меня так скоро геморрой вылезет, — недовольно проворчал Юнь Е, но, подняв голову и заметив измождённый вид Юнь Ли, тут же замолчал.
Юнь Ли открыла контейнер — внутри была каша, всё ещё обжигающе горячая.
Она зачерпнула ложку, подула на неё и поднесла к губам Юнь Е.
—… — Юнь Е брезгливо отстранился. — Юнь Ли, ты моя цзецзе, а не а-нян, я сам поем.
Юнь Ли терпела несколько дней, но, видя, что цвет его лица стал намного лучше, безжалостно стукнула его по макушке и принялась ворчать.
— Юнь Ли, — прервал её Юнь Е. — Когда ты возвращаешься в Наньу?
— Зачем тебе?
— Слишком шумно. Иди ворчи рядом со своим цзефу, а мне для выздоровления нужна тишина. — Как только Юнь Е произнёс это, лицо Юнь Ли помрачнело. Он замер и спросил: — Что с тобой?
Юнь Ли притворилась равнодушной:
— С твоим цзефу… бывшим цзефу мы расстались. — Она выдавила улыбку: — Ничего особенного, ты просто позаботься о себе.
— Оу. — Юнь Е осознал смысл сказанного лишь спустя мгновение. — Расстались? И кто это предложил?
Юнь Ли:
— Я…
— Понятно. — Ложка Юнь Е несколько раз стукнула о стенки контейнера. Спустя мгновение он недоверчиво спросил: — Разве ты не бегала за ним семь лет?
— Прошлое не в счёт. Одно дело — добиваться кого-то, и совсем другое — расставаться, это разные вещи.
— Почему вы расстались? — Юнь Е был в полном недоумении. — Разве цзефу не относился к тебе хорошо?
Он добавил:
— И ко мне тоже.
— Не твоего ума дело, — раздражённо бросила Юнь Ли. — Он не так уж сильно меня любил. И проблемы у нас возникли не вчера.
При этих словах в груди словно что-то сильно ударило. Её голос стал тише, и, с покрасневшими глазами, она попыталась убедить саму себя:
— В отношениях люди сходятся и расходятся, это нормально.
Она подняла взгляд на Юнь Е, стараясь сохранять спокойствие, и тыльной стороной ладони вытирала невольно текущие по щекам слёзы:
— Это ведь нормально, правда?
Прошло слишком мало времени.
Так мало, что чувства ещё ни капли не утихли. Вся та боль стояла перед глазами, словно всё случилось только вчера.
Юнь Е тоже замолчал.
Юнь Ли была его цзецзе, она всегда вела себя с ним властно и, защищая его перед другими, никогда не проявляла слабости. В такой момент он не знал, как её утешить.
Он взял Юнь Ли за руку, как в детстве, и прошептал:
— Цзецзе, не грусти.
— У тебя ведь есть я. Ты делишь первое место в моём сердце с Инь Юньи.
Из-за долгого отсутствия в Наньу корм в автоматической кормушке закончился, и несколько золотых рыбок погибли.
История их переписки замерла на том самом звонке о расставании.
Юнь Ли: «Завтра в два часа дня я приду в Цзяннаньюань, чтобы забрать свои вещи».
В окне чата долго светилось «печать сообщения», но через несколько минут появился лишь один иероглиф: «Хорошо».
Придя в Цзяннаньюань, Юнь Ли забрала только те вещи, которые никак не были связаны с Фу Шицзэ.
Когда она уходила, балкон был чист, там стоял лишь одинокий стул, на котором она оставила ключи.
Она удалила все контакты Фу Шицзэ и их совместные фотографии.
Стажировка в EAW тоже подошла к концу. Не считаясь с потерей залога, Юнь Ли съехала из квартиры в Цилисянду.
В этих стенах хранилось слишком много воспоминаний.
Собирая чемоданы, Юнь Ли заметила завалившуюся когда-то за диван фотографию: на трибунах он смотрел на неё с дерзким вызовом, а она выглядела скованной и неловкой.
По какой-то необъяснимой причине она вложила этот снимок в свой блокнот.
Кроличий шарик у изголовья кровати сдулся и бесформенно лежал на полу.
Вспомнив тот Хэллоуин, когда он притянул её к себе, она словно вновь увидела перед собой те глаза. У Юнь Ли защипало в носу; бросив последний взгляд, она закрыла дверь.
Дэн Чуци успела подать документы в последнюю волну и получила приглашение в магистратуру одного из британских университетов; она уехала в Англию раньше, чтобы работать помощником исследователя.
Этот случай напомнил Юнь Ли о словах, которые когда-то говорил её научный руководитель.
Оформление документов для программы обмена прошло гладко, и благодаря посредничеству её наставника Чжан Тяньци она отправится в британский вуз на годовую стажировку.
Как и всегда, Юнь Юнчан был против, но, когда мягкие уговоры не помогли, она просто перестала обращать внимание на его протесты.
Юнь Ли оставалась в Наньу до июля.
Иногда, когда курьер стучал в дверь, у неё на мгновение возникало обманчивое чувство.
Возможно, он разузнал у кого-то её новый адрес.
Возможно, он пришёл к ней.
В середине июля, приехав в Британию, Юнь Ли сняла жильё.
Они с Дэн Чуци оказались в разных городах.
Она в одиночку общалась с самыми разными людьми в этом незнакомом городе; в её сердце всё ещё жили страх и нежелание идти на контакт, но она не отступала.
Жизнь в чужой стране была нелёгкой, и она часто запускала прямые трансляции, чтобы поболтать с подписчиками.
Аудитория сменялась одна за другой.
Лишь несколько преданных фанатов появлялись регулярно, включая того самого efe, которого она замечала и раньше.
Словно по наитию, Юнь Ли зашла на страницу efe. Там было пусто, а в графе пола стоял прочерк.
Со временем они постепенно стали друзьями, и efe помог ей пережить самый трудный период в чужой стране.
Спустя несколько месяцев efe предложил прислать ей открытки.
Она получала их одну за другой; все открытки приходили из Сифу. Юнь Ли с первого взгляда поняла, что это не почерк Фу Шицзэ, к тому же он должен был находиться в Наньу.
Оно и понятно.
С их расставания прошло уже полгода.
Юнь Ли подумала, что она просто предаётся несбыточным мечтам.
Юнь Ли уходила рано и возвращалась поздно, отдавая все силы учёбе и обновлению видео на платформе Е.
В тот день, вернувшись из лаборатории, Юнь Ли поставила контейнер с едой в микроволновку.
Пока еда грелась, Юнь Ли просматривала тот самый когда-то популярный пост.
Недавно он снова попал в список самых обсуждаемых.
Пост был очень старым, но новые комментарии продолжали сыпаться бесконечным потоком.
Она смотрела на юношу в видео.
Сама того не замечая, Юнь Ли открыла окно для ответа.
Проколебавшись долгое время, она наконец решилась и, тщательно взвешивая каждое слово, напечатала строку.
Словно утешая других и в то же время саму себя.
— К счастью, я оказалась достаточно смелой, чтобы хотя бы раз встретиться с луной лицом к лицу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
