Фу Чжэнчу вернулся, переговорив с кем-то:
— Давно с ними не виделись, мы немного поиграем в мяч, а потом вернёмся.
Юнь Ли посмотрела на Фу Шицзэ:
— Ты пойдёшь?
— Я не умею, — признался Фу Шицзэ, не выказывая недовольства.
— А ты обычно… — эти слова сорвались с её губ прежде, чем она успела подумать, но Юнь Ли тут же осеклась, решив, что это не совсем уместно. Возможно, Фу Шицзэ вообще не увлекался никакими видами спорта с мячом. Она быстро исправилась: — Ты не играешь в мяч?
Фу Чжэнчу, которому Фу Шицзэ только что сунул батончик «Сникерс», ответил за него:
— Дядя не играет в футбол, он играет в бадминтон. А я мастер на все руки. Юнь Ли-цзецзе, давай в следующий раз поиграем в бадминтон вместе.
— А, хорошо, — Юнь Ли бросила взгляд на Фу Шицзэ. Тот молчал. Фу Чжэнчу недовольно толкнул его локтем: — Дядя, Юнь Ли-цзецзе тебя спрашивает.
Юнь Ли: — ?
Фу Чжэнчу: — Юнь Ли-цзецзе спросила, не хочешь ли ты поиграть вместе.
Юнь Ли тут же почувствовала неловкость, но Фу Шицзэ, к счастью, не придал этому значения и кивнул.
Друзья у входа уже торопили его, поэтому Фу Чжэнчу, попрощавшись, направился к ним.
Юнь Ли пошла за Фу Шицзэ на парковку; по дороге они оба молчали.
Если бы всё не происходило так естественно, Юнь Ли даже заподозрила бы, что Фу Чжэнчу — это помощник, посланный ей самими небесами.
Наступила осень, в Наньу уже веяло прохладой. На открытой парковке горело несколько тусклых фонарей, поглощая тени людей и негромкие голоса в темноте.
Фу Шицзэ открыл перед Юнь Ли дверцу переднего пассажирского сиденья.
— Сначала садись.
Когда она села, он закрыл дверь, но не сразу вернулся за руль, а прислонился к переднему левому крылу машины. Юнь Ли видела, как он, слегка наклонив плечо, что-то искал в кармане.
Он опустил голову, на мгновение зажёгся слабый свет, и в воздухе поплыли серовато-белые клубы дыма.
Первая сигарета не принесла облегчения.
Его одинокая фигура словно погрузилась в бескрайнюю тьму, и лишь слабый огонёк служил лекарством в долгой ночи.
Когда Фу Шицзэ вернулся, он опустил стекло. Порывистый вечерний ветер принёс к носу Юнь Ли запах табака. Он завёл машину и по памяти направился в сторону жилого комплекса Цилисянду.
По пути от Фу Чжэнчу пришло голосовое сообщение. Фу Шицзэ мельком взглянул на экран, продолжая крутить руль.
Машина как раз проезжала неосвещённый участок дороги. Фу Шицзэ включил фары, не отрывая взгляда от пути. Он тихо произнёс:
— Посмотри для меня.
Это были его первые слова с тех пор, как они сели в машину. Голос Фу Шицзэ прозвучал у самого уха Юнь Ли, причём так мягко, что ей необъяснимо показалось, будто в воздухе разлилась некая нежность. Она взяла телефон Фу Шицзэ, разблокировала его и открыла Вэйсинь.
Она не ожидала, что он позволит ей воспользоваться своим телефоном.
На главной странице Вэйсинь было несколько окон чатов. Юнь Ли не хотела подглядывать, но волей-неволей увидела первые несколько строк. Второй контакт был подписан как «Линь Ваньинь», и там висело более сотни непрочитанных сообщений. Последнее начиналось словами: «А-Цзэ, мама накрутила для тебя цзунцзы и просила передать…»
Юнь Ли не видела, что было написано дальше, но поняла, что это имя девушки.
Почему-то на душе стало немного неприятно.
Она открыла чат с Фу Чжэнчу и включила голосовое. В тишине салона раздался прерывистый голос Фу Чжэнчу — видимо, он записывал его прямо посреди игры.
— Уже поздно, дядя, не забудь проводить Юнь Ли до подъезда. И помни, — Фу Чжэнчу выделил интонацией, — подниматься наверх нельзя!
Лицо Юнь Ли вспыхнуло, и она отложила телефон.
Машина сзади пошла на обгон. Фу Шицзэ посмотрел в зеркало заднего вида и безразличным тоном заметил:
— Не обращай внимания, он слишком шумный.
— Угу… — тихо отозвалась Юнь Ли. Вспомнив кое-что, она спросила: — О, а Ся Ся и Фу Чжэнчу — родные брат и сестра? У них вроде бы разные фамилии.
— Фу Чжэнчу взял фамилию моей сестры.
— А, понятно.
Расспрашивать дальше было неудобно, поэтому Юнь Ли замолчала.
Пейзаж за окном проносился мимо сплошным потоком. Юнь Ли думала, что до конца пути они так и будут молчать, но Фу Шицзэ заговорил сам:
— Изначально планировалось, что Ся Цуншэн тоже возьмёт фамилию моей сестры.
Юнь Ли медленно протянула «о» и спросила:
— Значит, изначально Фу Чжэнчу должен был носить фамилию отца?
— Нет, просто цзефу немного побаивается мою сестру.
Юнь Ли машинально спросила:
— А ты тоже боишься?
Воздух в салоне снова застыл.
Юнь Ли пришла в себя и поспешила объясниться:
— Я имела в виду, боишься ли ты сестру, а не… э-э, жену…
На этот раз тишина стала такой глубокой, что не было слышно даже дыхания.
Путь был коротким. Через десять минут машина плавно остановилась у ворот жилого комплекса. Юнь Ли по привычке поблагодарила Фу Шицзэ. Как только она открыла дверь, тёплый воздух из салона столкнулся с прохладным ветром снаружи. Юнь Ли плотнее запахнула воротник.
— Тогда я пойду. Веди машину осторожно.
— Погоди.
Юнь Ли замерла, не закрывая дверь, и наклонилась. Фу Шицзэ сидел вполоборота и кивнул на пакет со сладостями на заднем сиденье.
— Забери с собой, поешь.
В отличие от той ночи, кузов машины быстро сжался в точку во тьме, прочертив прямую линию, от которой в самом конце остались лишь два красных огонька.
Вернувшись домой, Юнь Ли первым делом положила пакет с едой на журнальный столик. Она достала из холщовой сумки печенье; по комнате поплыл густой сливочный аромат.
Перед глазами всплыл силуэт Фу Шицзэ, стоящего в очереди в вечерних сумерках, когда границы его фигуры сливались с нежной дымкой заката.
Пересыпав печенье в стеклянную банку, Юнь Ли закрыла её и поставила на край компьютерного стола.
Включив компьютер, она буква за буквой ввела в поисковую строку имя «Фу Шицзэ». На странице тут же всплыла связанная с ним информация. Как и ожидалось, несколько страниц были плотно забиты уведомлениями о его наградах за время учёбы — от начальной школы до докторантуры, им не было числа.
Видео с дроном было новостью уже многолетней давности. А самая свежая информация датировалась мартом прошлого года: там говорилось о том, что его исследовательская группа опубликовала статью в ведущем научном журнале, совершив важный прорыв в своей области.
«Данное исследование было проведено командой профессора Ши Сянчжэ, первым автором статьи является студент непрерывной докторантуры набора 2012 года нашего университета Фу Шицзэ…»
Юнь Ли про себя повторила эти строки. Сегодня было 10 октября 2016 года. Программа непрерывной докторантуры рассчитана на пять лет. В теории Фу Шицзэ должен получить степень доктора наук через восемь месяцев.
Долгое время Юнь Ли думала, что он уже выпустился. Но теперь, судя по всему, дела обстоят иначе. Сегодня в магазине Фу Чжэнчу тоже сказал, что Фу Шицзэ всё это время остаётся в Наньу.
Она водила пальцем по тачпаду, и информация на веб-странице, словно сообщения в бегущей строке, мелькала перед глазами — фотографии Фу Шицзэ в разные периоды его жизни.
Мысли Юнь Ли витали где-то далеко.
Каким бы он ни был в те времена, он совершенно не походил на себя нынешнего — человека, что живёт под лучами солнца, но остаётся мрачным и угрюмым.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
