После того признания Бэй Яо чувствовала себя немного неловко.
Стоило ей подумать о Ваншэн внутри тела Сатаны, который причинял ему невыносимую боль, она переставала считать затею Юй Шансяня такой уж скверной. Временное сохранение дистанции могло хотя бы немного облегчить страдания Пэй Чуаня.
Как только Гао Цюн вышла из каюты, она первым же делом направилась к корме, чтобы поглазеть на болтающегося в море Юй Шансяня.
Облачённая в соблазнительное красное платье, она поправила волосы:
— Ой, не наш ли это Юй-гунцзы (молодой господин Юй)? Погода такая жаркая, а Юй-гунцзы даже отправился поплавать в море.
Погружённый в воду Юй Шансянь с улыбкой ответил:
— Вполне неплохо, Гао-сяоцзе (мисс Гао) тоже может присоединиться, если ей интересно.
Гао Цюн закатила глаза:
— У тебя только язык острый. В любом случае, не надейся, что я стану за тебя просить. Все благоразумно оберегают себя, заботясь лишь о себе.
Юй Шансянь сдержанно произнёс:
— Понимаю, понимаю.
Гао Цюн знала, что он оказался в таком положении из-за какой-то ошибки, однако Юй Шансянь не признавался, в чём именно провинился. Недоумение Гао Цюн почти полностью рассеялось, когда она увидела Бэй Яо.
Девушка готовила на кухне рыбный суп. Боясь испачкать платье, она надела передник, который был завязан на спине в маленький и милый узел-бабочку.
Глядя на суетящуюся девушку, Гао Цюн дёрнула уголком губ:
— Ты всё ещё здесь?
Бэй Яо обернулась и улыбнулась:
— Всё ещё здесь.
Гао Цюн небрежно взяла батат и принялась грызть его. Это место считалось небольшой кухней на круизном лайнере. Она услышала, что Бэй Яо здесь, и зашла просто проверить, не ожидая действительно её встретить. Трудно было сказать, рада она или расстроена, на душе было сложно.
Гао Цюн спросила:
— Что ты делаешь?
— Варю рыбный суп, — Бэй Яо вовсе не испытывала неприязни к своей «сопернице». На её губах заиграла слабая улыбка. — Готовлю для Сатаны.
Услышав это, Гао Цюн сразу занедовольствовала. Ей тут же пришла в голову мысль, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок.
Эта самозванка! Весьма коварна.
Гао Цюн с хрустом грызла батат, а в её глазах вспыхивали искорки гнева.
Рыбный суп уже был готов, он был молочно-белого цвета. Неизвестно, что добавила эта Сяо Яоцзин, но запаха сырой рыбы совсем не чувствовалось. Напротив, аромат стоял на всю кухню.
Гао Цюн только хотела сказать, что Сатана не станет пить её варево, а вдруг оно отравлено.
Но тут она увидела, как Бэй Яо сняла передник и обратилась к ней с просьбой:
— Гао-сяоцзе, будьте добры, отнесите это Сатане. А заодно помогите попросить за Юй-гунцзы, вы ведь наверняка в хороших отношениях.
Гао Цюн удивлённо спросила:
— А почему ты сама не пойдёшь?
— Мне сейчас неудобно, — ответила Бэй Яо.
Ого, вот так диковина. Маленькая ведьма больше не липнет к Сатане. Гао Цюн поначалу хотела отказаться, но, вспомнив о Юй Шансяне на корме, поняла, что не может совсем его бросить. Время близилось к вечеру, ультрафиолет над морем был сильным, и даже в воде при такой скорости судна ему наверняка приходилось несладко.
К тому же, она сможет увидеть Сатану! Какая прелесть.
Гао Цюн подняла чашу с супом и заметила, что маленькая демоница смотрит на неё с надеждой. Она тихо фыркнула:
— Не боишься, что я отниму у тебя Сатану?
Бэй Яо честно ответила:
— Прошло почти десять лет, а ты его так и не отняла. Эти два дня ничего не изменят.
Чтобы просить за Юй-гунцзы, нужен был кто-то со статусом.
Гао Цюн пришла в ярость:
— Ах ты!
Бэй Яо улыбнулась, и в этой улыбке не было вызова, лишь нежность и тепло:
— Спасибо вам, Гао-сяоцзе.
Гао Цюн стало крайне неловко. Когда Сяо Яоцзин улыбалась, она и вправду была очень красивой.
— Сатана ведь не выбросил тебя на корм рыбам… — пробормотала она и вышла с супом.
Она вошла в каюту. Чаша в её руках была из сине-белого фарфора цвета неба после дождя, а изящная крышка не могла удержать дивный аромат.
Гао Цюн причмокнула губами, ей было очень любопытно, вкусно ли это.
Она постучала в дверь. Пэй Чуань услышал шаги и сначала повернул голову, но, распознав их, заговорил более холодным тоном:
— Входи.
Гао Цюн поднесла суп, явив свою самую прекрасную улыбку:
— Сатана! Послеполуденный суп.
Пэй Чуань опустил взгляд:
— Она сварила?
— Почему вы не думаете, что это я? — спросила Гао Цюн.
Пэй Чуань не потрудился ответить на её вопрос и спросил:
— Где она?
Утром он недолго ловил рыбу, и с тех пор больше не видел Бэй Яо. Пэй Чуань немного унял ту боль в сердце, приняв обезболивающее, и ему стало хоть каплю легче. Он думал, что сможет провести с ней весь день, но никак не ожидал, что она так и не появится.
Гао Цюн нехотя ответила:
— Только что была на кухне, полагаю, сейчас уже вернулась в комнату.
Пэй Чуань больше ничего не сказал, взял чашу и выпил суп.
Гао Цюн произнесла:
— Пожалуйста, простите Юй-гунцзы. У таких умников, как он, физическое здоровье не очень крепкое, как бы он концы не отдал.
Пэй Чуань безучастно ответил:
— Не умрёт. Выловим, когда стемнеет.
Гао Цюн заволновалась. Что же такое натворил Юй Шансянь? Сатана явно не собирался так просто его отпускать.
— Та самоз… ох, нет, та девушка тоже надеется, что вы его простите, — осторожно добавила она.
Пэй Чуань поджал губы и, опустив глаза, промолчал.
Она, кажется, довольно сильно пеклась о Юй Шансяне.
Прежняя Бэй Яо порой вела себя так же. Юй Шансянь был проницателен и красноречив, совсем не такой скучный, как он сам. Когда Бэй Яо была рядом, она иногда с улыбкой разговаривала с Юй Шансянем.
Но стоило ей оказаться перед ним, как она вела себя, словно ступая по тонкому льду.
Он не знал, были ли утренние слова юной девушки о том, что Бэй Яо его любит, лишь утешением, относились ли они к прежней Бэй Яо или к ней самой.
Гао Цюн думала, что стоит ей упомянуть самозванку, как Юй Шансяня тут же вытащат.
Однако Пэй Чуань, похоже, вовсе не собирался поднимать Юй Шансяня на борт даже тогда, когда тот должен был быть выловлен согласно его обещанию.
Гао Цюн сходила на корму взглянуть на него:
— Я сделала всё, что могла. У Сатаны сейчас не самое лучшее настроение.
Лицо Юй Шансяня было бледным, он горько усмехнулся:
— Похоже, я и вправду сам навлёк на себя беду.
Как назло, вечером разыгрался шторм.
Вид сильного дождя в открытом море был величественным. Глядя на обычно язвительного Юй Шансяня, который теперь выглядел безжизненным, Гао Цюн втайне начала беспокоиться.
— Ты только не помирай.
Юй Шансянь с трудом скривил губы:
— Не каркай.
Сатана был одновременно мягким и беспощадным.
Если бы на месте Гао Цюн была Бэй Яо, она бы, возможно, удивилась, но для самой Гао Цюн всё это казалось обычным делом. В этом ужасном мире уже погибло слишком много людей, одной жизнью Юй Шансяня больше или меньше — не имело значения.
Сатана не любил, когда кто-то действовал по собственному усмотрению.
Гао Цюн стиснула зубы:
— У меня есть идея.
В конце концов, за десять лет трудно было не проникнуться сочувствием к товарищу.
Юй Шансянь только собрался спросить, что она задумала, как Гао Цюн стремительно умчалась.
Она придумала план, который считала отличным. Если бы Юй Шансянь знал, что она собирается пойти по его стопам, его бы точно стошнило кровью.
Гао Цюн постучала в дверь Бэй Яо.
Бэй Яо открыла:
— Гао-сяоцзе, что-то случилось?
Снаружи бушевала гроза. Гао Цюн с отчаянным видом произнесла:
— Я помогу тебе.
— А? — не поняла Бэй Яо.
— Ты знаешь, чем я занималась раньше? — спросила Гао Цюн.
Бэй Яо, конечно, не знала и покачала головой.
— Я была из тех, кто крутится в бандах, специально обучена драться, — заявила Гао Цюн.
Бэй Яо не понимала, какое это имеет отношение к делу.
— Просто подыграй мне.
В следующий миг Гао Цюн зажала ей рот и нос, и Бэй Яо почувствовала знакомый запах. Её сердце ёкнуло, а на душе стало невыносимо тоскливо. Совсем недавно Юй Шансянь уже проделывал этот трюк.
Однако былая слава непобедимой хулиганки Гао Цюн была не пустой похвальбой.
Бэй Яо всё ещё пребывала в прострации, когда её, одурманенную, притащили к двери комнаты Пэй Чуаня.
Бэй Яо процедила сквозь зубы:
— Что ты делаешь?
Гао Цюн, стягивая с неё одежду, скорбно шептала:
— Разве ты не всегда хотела заполучить Сатану? Возможно, после этой ночи он перестанет так сильно тосковать по тебе. Ты только не забудь попросить за Юй-гунцзы. Сатана словно с ума сошёл, до сих пор его не вытащили.
Снимая с Бэй Яо одежду, она умудрялась ещё и восхититься прекрасной кожей и плотью этой маленькой ведьмы.
От той исходил нежный девичий аромат, а под белыми округлыми плечами виднелась ложбинка. Гао Цюн кашлянула и, стараясь не заходить слишком далеко, постучала в дверь.
Бэй Яо была просто поражена этими двумя чудаками.
— Ты не понимаешь нынешней ситу… — Она намеренно избегала Пэй Чуаня именно из-за Ваншэн. Гао Цюн обычно запрещала ей приближаться к Пэй Чуаню, а теперь сама притащила её сюда.
Гао Цюн тут же закрыла ей рот рукой:
— Тсс, это ты не понимаешь ситуации. Юй-гунцзы вот-вот умрёт, а ты всё равно должна выполнить задание. Я ведь тоже тебе помогаю.
Помогаешь, как же!
Бэй Яо чувствовала, что сила, с которой её удерживали, была невероятной.
Она моргнула и попыталась убрать руку Гао Цюн:
— Пэй Чуань не такой человек, твой метод не сработает.
Более того, в его теле Ваншэн. Когда он видит её, ему больно, а при объятиях и прикосновениях будет ещё больнее. О чём только думает Гао Цюн! Пэй Чуань сам никогда бы не стал целовать или обнимать её.
Гао Цюн отрезала:
— Ладно, хватит ломаться, молчи.
— …
Она снова постучала в дверь Пэй Чуаня и ещё сильнее стянула одежду с Бэй Яо.
Пока девушки боролись, дверь перед ними открылась.
Гао Цюн вздрогнула и бросилась наутёк.
Дверь распахнулась, явив лицо, скрытое маской Падшего божества.
Бэй Яо, вдохнувшая немного снотворного, не смогла устоять на ногах и рухнула в его объятия.
Мужчина, сидевший в инвалидном кресле, замер.
Он поддержал её за обнажённые плечи.
Ночное море ревело, в воздухе висела духота, смешанная с запахом дождя.
У Бэй Яо подкашивались ноги, ей было невыносимо стыдно.
Как же ей хотелось вытащить Гао Цюн и хорошенько её вздуть. У неё что, в голове дыра?! Как Пэй Чуань мог бы…
Мужчина помолчал, тихо вздохнул, на мгновение ослабил хватку, а затем безмолвно прижал полуобнажённую девушку к себе.
Под маской Падшего божества он закрыл глаза.
Бэй Яо:
— …?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
