Ты – моя слава — Глава 35. Часть 2

Время на прочтение: 6 минут(ы)

Сяо Чжу росла без отца, и мама давно перебралась к ней в Шанхай, так что праздники они встречали здесь.

— Да всё в порядке! — запротестовала ассистентка. — Я завтра же вернусь с водителем назад, я маму предупредила!

Цяо Цзинцзин выразительно смерила её взглядом. Сяо Чжу подняла руки, сдаваясь:

— Ладно, ладно, остаюсь! Но за вещами я потом с водителем сама приеду, а то ты вечно всё забываешь.

Тут в разговор вмешался Юй Ту:

— Водителю тоже незачем ехать.

Все замерли. Цяо Цзинцзин повернулась к нему.

— Я поведу машину, — спокойно заявил Юй Ту.

Разговаривать с ним не хотелось, но тут Цяо Цзинцзин не выдержала:

— У тебя хоть права-то есть?

— Есть, — отозвался он. — На службе нам иногда приходится выезжать на натурные рекогносцировки в экстремальные условия: пустыни, снежные перевалы. Я везде водил. На обычной загородной трассе можешь не беспокоиться.

Он достал из кармана портмоне, вынул пластиковую карточку и протянул ей:

— Моё водительское удостоверение.

Юй Ту сел за руль, и кроссовер плавно выкатился из полутьмы подземного гаража.

В салоне остались только они вдвоём. Цяо Цзинцзин сидела на заднем сиденье, сжимая в пальцах его права. Она и сама не понимала, какое затмение на неё нашло, когда она машинально забрала этот документ. Держать в руках было неловко, возвращать сейчас — ещё глупее.

Она отвернулась к окну, разглядывая праздничные огни шанхайских улиц. В салоне повисла оглушительная тишина. Спустя несколько кварталов Юй Ту подал голос:

— Цзинцзин, включи мне навигатор.

Она не шелохнулась, глядя на мелькающие витрины, и тихо произнесла:

— Ты даже дороги не знаешь, зачем у водителя руль отобрал?

Юй Ту ничего не ответил и молча вёл машину. Но мир в душе Цяо Цзинцзин окончательно пошёл трещинами. Через пару минут она не выдержала:

— Почему ты здесь? Дома Новый год встречать не надо?

— Я приехал из Цзинши утренним рейсом. Если бы вчера не был канун праздника, я бы примчался ещё вчера. — Голос Юй Ту звучал приглушённо: — Цзинцзин, я испугался.

Сердце Цяо Цзинцзин дрогнуло. Она невольно вскинула глаза на зеркало заднего вида, но с её места видела лишь окаменевшую линию его челюсти да побелевшие пальцы, мёртвой хваткой вцепившиеся в руль.

Спустя долгую паузу она тихо бросила:

— Я посплю.

— Хорошо.

Цяо Цзинцзин прислонилась виском к холодному стеклу. Спать ей совершенно не хотелось, и она даже не пыталась притворяться: оба прекрасно понимали, что эта фраза — лишь вежливый предлог укрыться за стеной молчания.

Городские огни растаяли позади, автомобиль вырвался на монотонную загородную трассу. Освещения на шоссе не было, салон погрузился в полумрак, рассекаемый лишь вспышками фар встречных машин.

И каждый раз, когда салон озарялся белым светом, Цяо Цзинцзин вздрагивала, выныривая из оцепенения.

Она опустила глаза на права в ладони.

На фотографии он выглядел строгим, благородным и совсем юным.

«Я испугался»…

Она резко захлопнула корочку.

Сколько прошло времени, она не знала. Внезапно машина сбросила скорость и свернула на съезд к автозаправочному комплексу. Цяо Цзинцзин шевельнулась, и Юй Ту тотчас отозвался:

— Заправиться нужно.

«Водитель что, не заправил бак перед выездом?»

Она мельком взглянула на приборную панель, но в значках ничего не смыслила. Навигатор показывал, что до Цзинши оставалось около часа пути. Поколебавшись, она неловко обронила:

— Я отойду в уборную.

Юй Ту скорректировал траекторию:

— Хорошо.

Он припарковал кроссовер в дальнем углу возле служебного павильона.

Цяо Цзинцзин натянула маску и вышла в морозную ночь. Когда она вернулась из здания, Юй Ту стоял спиной к ней возле умывальников на улице, явно поджидая её.

Она невольно замедлила шаг. Обернувшись на шорох, он негромко пояснил:

— Слишком темно. Я беспокоился.

Цяо Цзинцзин лишь неопределённо обронила: «Угу», и они зашагали к машине.

Глухая зимняя ночь, первый день Нового года — на заправке не было ни души. Вокруг царила гулкая пустота, в которой, казалось, было слышно дыхание идущего рядом человека.

Юй Ту шагал вплотную, ткань её пуховика то и дело шуршала о шерсть его тёмного пальто, рождая мучительное, щемящее ощущение близости. Цяо Цзинцзин слегка отодвинулась в сторону и невольно прибавила шагу.

Подойдя к машине, она снова потянулась к ручке задней двери, но едва её пальцы коснулись металла, как поверх легла широкая мужская ладонь, намертво заблокировав створку.

Ледяной, терпкий аромат морозного воздуха и его присутствия мгновенно накрыл её с головой.

Сердце оборвалось куда-то вниз. Она не сделала попытки вырваться. Сверху раздался глухой, сорванный шёпот:

— Неужели и правда… больше не имеет смысла?

Цяо Цзинцзин не отрывала взгляда от его пальцев, прижатых к металлу:

— Зачем ты писал эти письма? Зачем отвечал на те дурацкие вопросы? Пожалел меня? Растрогался тем, какой наивной дурочкой я была в школе? — Она опустила голову: — Мне не нужна такая подачка, Юй Ту.

В глазах мужчины плеснула невыносимая горечь:

— Я ведь совершил непроходимую глупость, да?

Цяо Цзинцзин сжала губы.

— Все эти недели я писал тебе ночами напролёт. И ни разу не почувствовал усталости. Я был полон решимости, полон надежд… мне казалось, ты прочтёшь — и улыбнёшься. Скажи, мой разум окончательно помутился, раз я мог так подумать? — Его голос звучал надтреснуто: — Похоже, все самые нелепые глупости в своей жизни я приберёг исключительно для тебя.

— Но я просто не знал, что ещё мне сделать! — прошептал он. — Я пожалел обо всём не тогда, когда отыскал старые логи в компьютере. Я пожалел давным-давно, просто трусил признаться даже себе.

— Потом была командировка, целый месяц в пустыне. Я думал, что борюсь с собой, но в какой-то момент понял: на борьбу уходили крохи времени. Все эти дни я только и думал о том, как мне вымолить твоё прощение.

— Я даже начал злиться на тебя.

«Злиться на неё?!»

Цяо Цзинцзин наконец вскинула на него глаза.

Юй Ту медленно протянул руку, стянул с её лица маску и заглянул в глаза взглядом, полным нежности и мучительной боли:

— Злиться за то, что ты спросила меня слишком рано. Дай ты мне ещё немного времени — и я бы сам сдался без боя. И тогда… как было бы правильно, если бы этот вопрос задал я сам.

Она знала, что нельзя поддаваться его чарам, но слова сорвались с губ сами собой:

— Какой вопрос?

— «Согласна ли ты быть со мной?».

Воздух между ними словно заледенел.

Стоя в полушаге от неё, Юй Ту смотрел на неё со всей серьёзностью, на какую был способен, и тихо, отчётливо повторил:

— Цзинцзин, ты будешь со мной?

Она смотрела на него снизу вверх, и глаза против воли обожгло едкой слезой.

Человек, стоявший перед ней… Она любила его так долго, так мучительно долго. Было время, когда она смирилась и отпустила, но стоило ему появиться вновь — и всё вспыхнуло с прежней силой.

В нём было всё, о чём она когда-либо мечтала. Он был живым воплощением самого понятия «любовь».

Разве она могла прогнать его?

В глубине души она знала: не могла. Но от этого осознания собственная беспомощность казалась невыносимо обидной и горькой.

После бесконечной тишины Цяо Цзинцзин опустила голову и глухо уронила:

— Я… немножко согласна. Но если скажу «да», мне будет слишком горько на душе.

В то же мгновение Юй Ту показалось, будто сердце в груди сжали железными тисками. Острая, пронзительная боль прошила всё тело, и он, больше не сдерживаясь, с сокрушительной силой прижал её к своей груди.

— Прости меня…

Вся его логика, весь интеллект рассыпались в прах. Перед лицом этой смертельно обиженной девочки он чувствовал лишь растерянность и полное бессилие.

Он сжал объятия ещё крепче, шепча ей в макушку, словно заклинание:

— Прости меня… Пожалуйста, прости.

Цяо Цзинцзин не отстранилась. Она замерла в кольце его рук, уткнувшись щекой в мягкий воротник пальто. Ей казалось, что она ведёт себя ужасающе слабо, но прямо сейчас думать не хотелось ни о чём.

— Я не стану связывать жизнь с тем, кого люблю сильнее, чем он меня, — произнесла она в ткань его пальто.

— Этот довод неверен, — отозвался Юй Ту. — Моя любовь ничуть не меньше.

— Меньше, — упрямо обвинила она: — Ты сам сказал, что мы не пара.

— Я думал о вещах низких и пошлых. О деньгах, — с трудом выдавил Юй Ту. — О том, что я смогу тебе предложить, найдётся ли у меня время окружить тебя заботой…

— У меня тоже нет времени заботиться о тебе! — отрезала она. — Когда любят по-настоящему, бросаются в омут очертя голову. Не сомневаются, не мучаются, не взвешивают на аптекарских весах!

— Значит, я устроен иначе. Я думал слишком много — куда больше, чем ты можешь вообразить.

— О чём же ещё?

— О том, как мы проживём вместе всю оставшуюся жизнь.

Цяо Цзинцзин помолчала в его объятиях и с детским упрямством повторила:

— Всё равно меньше, чем я.

Сердце Юй Ту затопила щемящая нежность.

— Давай поступим так, — он опустил подбородок к её волосам. — Назови мне метод расчёта. Как измерить эту разницу, чтобы я мог её восполнить? Ты ведь даже не даёшь мне своей расчётной формулы.

Цяо Цзинцзин моргнула, опешив. Какая ещё, к чёрту, расчётная формула?!

Откуда это вообще взялось в таком разговоре?!

Она помолчала пару секунд и возмутилась:

— …Ты опять надо мной издеваешься!

Юй Ту: «…»

Он тотчас поправился:

— Виноват.

— Я тебе ещё ничего не обещала.

Он тяжело вздохнул:

— Я знаю.

Спустя минуту Цяо Цзинцзин тихо пробормотала:

— Я замёрзла.

— Тогда пойдём в тепло. Только пересядь вперёд, хорошо? — в его голосе звучала откровенная мольба: — Включи мне навигатор, я ведь дальше дороги совсем не знаю.

Добавить в закладки (0)
Please login to bookmark Close

Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Закрыть
Asian Webnovels © Copyright 2023-2026
Закрыть

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы