Вскоре после первого января Цзи Син купила билеты на высокоскоростной поезд, чтобы уехать домой на Чуньцзе.
Увидев это, Хань Тин спросил:
— Ты надолго домой?
— На неделю, — ответила Цзи Син и спросила в ответ: — А у тебя будут выходные на Чуньцзе?
— Поеду в Германию на пару-тройку дней. Отдохнуть получится дня три или четыре, — он посмотрел на неё с лёгкой улыбкой. — А что такое?
Цзи Син спросила:
— Хочешь поехать ко мне в гости?
— Увидеться с твоими родителями? — уточнил Хань Тин.
Цзи Син не ответила прямо, лишь спросила:
— Так ты хочешь поехать?
— Хорошо, — сказал Хань Тин. — Новый год — время официальное. Если не сейчас, то после Чуньцзе пришлось бы ждать до майских праздников.
Цзи Син обрадовалась, и на душе у неё стало спокойно и надёжно. Мысль о том, чтобы привезти Хань Тина домой и показать его де и нян, очень её радовала.
В середине января в Пекине внезапно пошёл снег. Мелкие снежинки падали на землю, не образуя покрова, и тут же превращались в слякоть. В морозном воздухе при температуре несколько градусов ниже нуля открылась выставка-продажа опытных образцов медицинских имплантируемых изделий.
Проекты выставлялись от лица компаний; все они уже прошли определённый этап клинических испытаний, но ещё не поступили в продажу — здесь искали партнёров для вывода продукции на рынок.
Компании «Синчэнь» неожиданно достался стенд в отличном месте, но это произошло лишь благодаря соседству с «Ханьхай».
Большинство компаний-участников использовали традиционные технологии, и только «Ханьхай» и «Синчэнь» занимались трёхмерной печатью, поэтому их стенды разместили рядом. Они стояли друг напротив друга, словно вызывая на поединок.
В этом году «Синчэнь» развивалась быстро, но «Ханьхай» совершила ещё более стремительный рывок, став признанным лидером в индустрии медицинских имплантов. Её слава росла: помимо продуктов, которые уже давно были на рынке и широко применялись, многие их проекты клинических испытаний близились к завершению. Поговаривали, что они даже разрабатывают искусственное сердце.
Стенды стояли друг против друга, и между компаниями невольно началось негласное соперничество.
Сотрудники «Синчэнь» старались показать себя с лучшей стороны: они были предельно вежливы с каждым посетителем и с готовностью отвечали на любые вопросы.
Однако силы были слишком неравны. «Ханьхай» была знаменита, их экспозиция — богаче, а поток людей и потенциальных партнёров у них был заметно выше, чем у «Синчэнь».
Сотрудники невольно чувствовали разочарование.
— Всё делается шаг за шагом, — утешала их Цзи Син. — Они на этом пути уже три-четыре года, разве мы можем догнать их так быстро? Посмотрите на это с хорошей стороны: раз мы стоим прямо напротив них, это ли не доказывает, что мы тоже многого стоим?
Все рассмеялись.
На словах Цзи Син была полна оптимизма, но в душе тоже чувствовала горечь. Разочарование от сравнения двух компаний, пожалуй, острее всех ощущала именно она — руководитель бизнеса.
Она пыталась привести мысли в порядок, но в обеденный перерыв увидела Сяо Ся — та была в зоне «Ханьхай» в форме их компании. Сердце Цзи Син болезненно кольнуло от невыразимого чувства унижения.
За спиной Сяо Ся на стенде «Ханьхай» висело множество наград. Самой заметной была весомая золотая медаль, недавно полученная на международном уровне. Но для Цзи Син самым болезненным был диплом «Передового проекта» Пекина в области испытаний медицинских изделий. Чувство подавленности снова нахлынуло на неё.
Цзи Син изо всех сил старалась не отвлекаться и поднялась в туалет на верхний этаж, чтобы умыться.
На выходе она неожиданно столкнулась с Сяо Ся. С момента того скандала прошло почти два месяца. Теперь при встрече они чувствовали себя чужими. Сяо Ся даже не поздоровалась и хотела пройти мимо, но Цзи Син преградила ей путь.
Сяо Ся посмотрела на неё настороженно.
— Произошло одно слишком уж странное совпадение, — сказала Цзи Син. — Я хочу спросить тебя.
— О чём? — тон Сяо Ся был недрулюбным.
— Рекламы «Передового проекта» на раннем этапе было недостаточно, многие компании не подавали заявок. «Ханьхай» тоже этого не делала. Это ты сказала им, что «Синчэнь» подала заявку?
Сяо Ся отвела взгляд:
— Что за глупости ты несёшь?
— Теперь я знаю ответ, — произнесла Цзи Син. — Историю с публичным аккаунтом вы тоже планировали вместе с «Ханьхай»?
Сяо Ся не признавалась:
— Ты сама сжульничала и поступила со мной несправедливо.
Цзи Син окончательно перехотелось что-либо ей объяснять или спорить. Когда люди стоят на столь разных позициях, их взгляды уже давно разошлись в противоположные стороны, и понимание невозможно.
Она глубоко вдохнула и сказала:
— Послушай меня внимательно. Я ни в чём перед тобой не виновата. Историю с публичным аккаунтом я расследовать не буду — в конце концов, стоит сказать тебе спасибо, на этой волне «Синчэнь» стала популярной, и число подписчиков перевалило за двести тысяч. Кто был прав, а кто виноват раньше — это в прошлом. То, что ты доносила «Ханьхай», я тоже оставлю без внимания. Но все записи о твоей работе в «Синчэнь» сохранены. Я советую тебе соблюдать закон о защите коммерческой тайны. В будущем, если я обнаружу, что какие-то ключевые детали продукции «Ханьхай» совпадают с разработками «Синчэнь», я не проявлю милосердия и обязательно подам в суд, чтобы тебя посадили в тюрьму!
Лицо Сяо Ся вспыхнуло от гнева:
— Вот видишь, ты больше не можешь притворяться! Ты просто корыстный и бесчувственный человек!
— О? — ответила Цзи Син. — А может, ты хочешь увидеть меня ещё более бесчувственной?
Сказав это, она прошла мимо.
На словах она одержала верх, но на душе было скверно, будто всё затянуло тучами. Бывшие сокурсницы, вместе прошедшие через тяготы создания компании, в итоге стали такими.
Прекрасный образ «Синчэнь», который она рисовала в своём воображении, казалось, рушился и распадался на части.
Её мечты и реальность оказались совершенно разными вещами. Идеализированная «Синчэнь» в её сердце и реальные сотрудники компании будто отделялись друг от друга.
Возможно, всё именно так, как говорил Хань Тин: сотрудники — это просто сотрудники, их можно использовать как пешки, с ними можно проявлять дежурные эмоции, но нельзя примешивать личные чувства.
И как он говорил: бизнес — это поле боя, а страдания и чувства отдельных людей ничтожны.
Разумом она могла себя утешить, но на душе было так тесно, что трудно было дышать.
Она шла по коридору, собираясь спуститься в выставочный зал, когда у лестницы столкнулась с Цзэн Ди.
Несмотря на плохое настроение, Цзи Син выдавила вежливую улыбку и, не сбавляя шага, пошла дальше.
— Цзи Син, — окликнула её Цзэн Ди.
Цзи Син нахмурилась и отозвалась:
— Цзэн Ди.
Цзэн Ди с усмешкой сказала:
— А ты стала увереннее в себе. Думаешь, победила меня?
Цзи Син притворилась, что не понимает:
— «Гуанша» занимается искусственным интеллектом в медицине, а «Синчэнь» — трёхмерной печатью. Мы не мешаем друг другу, сотрудничество возможно, а о конкуренции и речи нет. Откуда здесь взяться победе или поражению?
Цзэн Ди на мгновение замолчала, заметив, что эта манера ловко и умно уходить от удара — прямое наследие Хань Тина.
— Почаще бываешь с господином Ханем — и вот уже переняла его манеру речи. Я была с ним три года и так и не научилась, а ты за три месяца стала такой умелой. Ты и вправду меня победила.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
