К концу второго года после свадьбы доля рынка медицинских изделий для имплантации, напечатанных на 3D-принтерах компании «Ханьхай Синчэнь», достигла двадцати пяти процентов; также была полностью сформирована база ИИ-талантов «Дунян-Цихуэй». Рабочая нагрузка на Хань Тина и Цзи Син значительно снизилась.
Именно в это время Цзи Син забеременела.
На второй год после свадьбы они перестали предохраняться, предоставив всему идти своим чередом.
Однажды Хань Тин собрался в командировку в Великобританию на неделю. Цзи Син, чувствуя весеннюю сонливость и лень, не захотела его сопровождать, сославшись на то, что ей неохота лететь самолётом, и она лучше останется дома.
— Неужели ты совсем не будешь скучать целую неделю? — в шутку спросил Хань Тин.
— Я уже пресытилась тем, что вижу тебя каждый день, лучше пойду развлекусь с Сяо Мэн и остальными, — ответила Цзи Син.
— Ну, ладно, — сказал Хань Тин.
Перед уходом он добавил: — Чувства между супругами с каждым днём становятся всё прохладнее.
Цзи Син: «…»
Перед возвращением из Великобритании Хань Тин позвонил ей и спросил, не хочет ли она чаю.
Цзи Син поняла, что он собирается привезти ей подарок, и с большим интересом сказала: — Хочу! Я хочу тот чай «Эрл Грей».
— Жди послушно, — сказал Хань Тин.
— М-м-м~
Британский чай очень хорош. В тот день Цзи Син положила трубку и специально отправилась в торговый центр, чтобы купить изысканный чайный сервиз. Она ждала возвращения Хань Тина, чтобы приготовить десерты и устроить послеобеденное чаепитие. Сидеть вдвоём в саду, неспешно попивая чай и болтая — разве это не чудесно?
Однако, вернувшись, Хань Тин бросил ей бутылку минеральной воды.
Голова Цзи Син наполнилась вопросами. Она перерыла весь его чемодан и спросила: — Ты привёз мне только это?
— Ты ведь хотела выпить чаю? — ответил Хань Тин. — Я привёз тебе воду для его заваривания. Ступай, заваривай.
Она закричала от возмущения и бросилась на него, пытаясь расцарапать, но не преуспела, и в итоге они долго кувыркались на кровати.
За неделю разлуки они, конечно, сильно соскучились друг по другу и долго миловались.
Как позже рассудила Цзи Син, их первый ребёнок был зачат именно в тот раз.
Узнав о беременности, Цзи Син была в восторге. Всю дорогу от больницы до дома она без умолку болтала о том, на что теперь нужно обращать внимание в быту, как заниматься дородовым воспитанием, и даже о том, что делать, когда у ребёнка начнётся переходный возраст.
Закончив говорить, она посмотрела на Хань Тина. Он был довольно спокоен, внимательно слушал её, изредка вставлял слово-другое, и вид у него был задумчивый.
— О чём ты думаешь? — спросила Цзи Син.
Хань Тин почесал бровь и сказал: — Думаю, как назвать ребёнка.
Цзи Син высмеяла его: — Ещё ведь слишком рано! — А затем добавила: — Разве мы не позволим дедушке Хань или родителям дать имя?
— Не нужно, — ответил Хань Тин. — Мы сделаем это сами.
Поначалу Хань Тин не проявлял к будущему ребёнку особых эмоций, он лишь начал следить за её питанием и режимом, сопровождая её на прогулках и тренировках. Так было до тех пор, пока во время одного из осмотров на УЗИ он не увидел, как та «маленькая фасолинка» на экране постепенно выросла, и у неё начали проглядывать крошечные ручки и головка. Он долго, очень долго не сводил глаз с экрана и молчал. В конце концов он неосознанно склонился и поцеловал Цзи Син в лоб.
По дороге домой в тот день Хань Тин произнёс про себя: — Нужно окончательно определиться с именем.
— Половина имён из твоего списка больше не пригодится, — вдруг сказала Цзи Син.
Хань Тин взглянул на неё: — Что ты опять натворила?
Цзи Син широко улыбнулась: — Я спросила у врача пол ребёнка.
— … — Хань Тин сказал: — Разве мы не договорились подождать до рождения?
— Что я могу поделать, если мне это приснилось прошлой ночью? Вот и решила подтвердить у врача, — она хихикнула. — Хочешь узнать пол малыша? Я скажу тебе.
— Не надо, — отрезал Хань Тин. — Не говори мне, я хочу оставить это как сюрприз до самого рождения.
Цзи Син посмотрела на него и через пару секунд залилась смехом: — Я тебя разыграла! Я ничего не спрашивала у врача, ха-ха-ха-ха! Видел бы ты своё недовольное лицо. Ой, не могу!
— … — Хань Тин сказал: — Будешь смеяться — высажу из машины.
— А тебе не жалко? — спросила Цзи Син. — Я твоя жена, а внутри меня ещё и твой ребёнок!
— Ничего страшного, — ответил Хань Тин. — Жену найду новую, ребёнка родим другого.
— Ладно, — сказала Цзи Син. — Тогда я сбегу от тебя с пузом.
— Ладно, — ответил Хань Тин. — Тогда я переломаю тебе ноги.
Несмотря на такие слова, Цзи Син чувствовала, что во время беременности он проявлял к ней безграничное терпение.
Был период, когда из-за гормонов Цзи Син мучилась от сильного токсикоза: её тошнило от любой еды, а из-за плохого самочувствия портился характер. К тому же из-за перепадов настроения она расстраивалась по любому пустяку — либо плакала, либо злилась.
Хань Тин на семь частей потакал ей и на три части утешал. Когда она выходила из себя, он позволял ей делать всё, что угодно, давая возможность выплеснуть эмоции, после чего ей быстро становилось лучше. Если же она впадала в уныние и грустила, он утешал её, подшучивал и просто был рядом, чтобы поговорить.
Однажды малыш в животе Цзи Син так разбушевался, что не давал ей уснуть. Она смертельно хотела спать, но не могла, к тому же ноги мучительно отекли. Она села в постели и начала всхлипывать.
Посреди глубокой ночи Хань Тин встал, чтобы помассировать ей ступни.
Через некоторое время ей стало легче, слёзы высохли, но она всё ещё была подавлена и с разочарованием в голосе произнесла: — Он или она точно меня не любит, раз так мучает. У других дети так не буянят.
— А мне кажется, — сказал Хань Тин, — что он тебя очень любит и просто всё время хочет привлечь твоё внимание.
Цзи Син замерла, вытерла слёзы и спросила: — Правда?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
