Было почти девять часов, люди один за другим уходили с работы.
Только тогда Цзи Син собрала вещи и ушла.
Проходя мимо кабинета руководства, она заметила, что начальник, который обычно задерживался допоздна, сегодня ушёл пораньше. Ну вот, просидела лишний час, а начальство этого даже не видело — напрасный труд.
Ладно, зато разминулась с вечерним часом пик в метро.
Она вышла из офисного здания. В центральном деловом районе высились небоскрёбы; залитые огнями, они походили на изящные шкатулки с драгоценностями.
Ночью похолодало. Цзи Син накинула капюшон пуховика и поспешила к станции метро.
Эта станция находилась в оживлённом торговом районе, поэтому даже в начале десятого вечера прохожих было немало.
Однако сегодня происходило что-то странное: поезда долго не было, и уставшие офисные работники на платформе в недоумении переглядывались.
Наконец по громкой связи объявили, что из-за технических неполадок движение поездов приостановлено.
Толпа тут же загудела:
— Да что это такое? Совсем с ума сошли!
Кто-то в толпе обмолвился, что на соседней станции кто-то перелез через ограждение и бросился под поезд.
Голоса зазвучали громче:
— Ну и дела! Нельзя было дома покончить с собой? Зачем мешать движению транспорта!
Многие жаловались, что теперь придётся тратиться на такси.
— Сил нет, — проворчал кто-то. — Решила умереть, так ещё и стольких людей подвела.
Цзи Син сразу же открыла приложение для вызова такси. Было поздно.
В этом районе наступил пик заказов: цена выросла в три раза, да ещё и нужно было ждать в очереди.
Она мигом сменила тактику и, промчавшись сквозь ропщущую толпу, выбежала из метро на поиски ближайшего шерингового велосипеда.
Увы, едва она заприметила последний свободный велосипед, какой-то мужчина оказался проворнее и укатил на нём прямо у неё из-под носа.
До дома было четыре остановки. При минусовой температуре она бы просто замёрзла по пути.
Цзи Син вернулась в метро, чтобы укрыться от ветра.
Несколько человек, так же стоявших в очереди, в праведном гневе осуждали самоубийцу. Поговаривали, что погибшая была молодой женщиной.
Поначалу Цзи Син прислушивалась, но вскоре потеряла интерес.
Такси всё не назначали, и она сама уже была готова впасть в отчаяние.
Взглянув на экран телефона, она увидела, что в очереди она сорок девятая.
Настроение окончательно испортилось. Как раз в этот момент её старшая сокурсница Ли Ли прислала голосовое сообщение: «Проезжаю мимо твоего офиса. Всё ещё работаешь?»
Цзи Син ухватилась за это, как за спасительную соломинку:
— Метро встало! Забери меня отсюда!
У Ли Ли был красный «Фольксваген Поло» — экономичный и практичный вариант, в самый раз, чтобы добираться до работы.
Она училась на том же факультете, что и Цзи Син, но в магистратуру поступать не стала. После выпуска Ли Ли устроилась в технологическую компанию, однако решила, что инженерам мало платят, а карьерный рост идёт слишком медленно, и перешла в отдел маркетинга и продаж. Красивая, с эффектной внешностью и острым умом, она проработала на четыре года дольше Цзи Син и к этому времени уже заняла должность начальника отдела продаж.
Она жила в соседней с Цзи Син квартире, но жильё было её собственным. Это была «старая тесная однушка»: на первый взнос ушли все сбережения родителей, пришлось залезть в долги к родственникам, да ещё и выплачивать ипотеку каждый месяц. Квартиру до сих пор так и не отремонтировали как следует.
Но покупка жилья стала одним из самых мудрых решений Ли Ли. Она купила её в первой половине две тысячи пятнадцатого года — это было последнее время, когда обычные люди ещё могли позволить себе недвижимость. После этого цены на жильё, точно сорвавшийся с узды конь, взлетели до небес, и их было уже не остановить.
Цзи Син в то время ещё училась в магистратуре.
Говорят, знание — сила, но все её силы уходили лишь на то, чтобы работать на кого-то другого.
Время — вот где настоящие деньги.
Жилой комплекс был старым, парковочных мест не хватало. В такой час всё внутри наверняка было занято, поэтому Ли Ли припарковалась на обочине.
Глубокой ночью в старых низких домах вдоль дороги всё ещё светились окна нескольких лавок, предлагавших еду тем, кто возвращался поздно.
Гуйлиньская рисовая лапша, курица с рисом по-хуанмэньски, сычуаньские шашлычки чуань-чуань, закуски из Шасяня…
Подруги заглянули в простенькую закусочную, где подавали шашлычки. Помещение площадью семь-восемь квадратных метров вмещало лишь один прямоугольный прилавок-плиту, на котором стояла длинная узкая железная кастрюля с кипящим бульоном. В нём варились нанизанные на шпажки мясо и овощи.
У плиты уже сидели две девушки и ели.
Цзи Син и Ли Ли вошли и заняли два оставшихся табурета. Хозяин достал два железных подноса, обёрнутых в прозрачные полиэтиленовые пакеты, положил на каждый по две ложки кунжутной пасты, добавил острого масла и подал им.
Цзи Син выловила из кастрюли несколько шпажек с морской капустой, рыбным тофу, лапшой из конняку, древесными грибами и белой редькой, а затем обратилась к хозяину:
— Сварите мне ещё порцию широкой лапши и листового салата.
— А мне лапшу быстрого приготовления и масличный салат, — добавила Ли Ли.
— Хорошо.
Обмакнув рыбный тофу в кунжутную пасту с чили, Цзи Син отправила его в рот и пробормотала:
— Сегодня в метро кто-то бросился под поезд и погиб.
Ли Ли неопределённо отозвалась — то ли со вздохом, то ли нет — и произнесла:
— В воскресенье мне снова в командировку.
— Оу. Куда?
— В Шэньчжэнь.
— Ясно.
Командировки Ли Ли были делом обычным, так что удивляться тут было нечему.
Две девушки рядом тоже вполголоса переговаривались.
— Если в следующем месяце так и не найду работу, придётся возвращаться в родной город, — сказала одна.
— Найдёшь, обязательно найдёшь, — подбодрила её подруга.
Первая лишь слабо улыбнулась.
— У меня этот месяц тоже выдался тяжёлым, — тихо продолжила вторая. — Постоянно ошибалась, из зарплаты много вычли, на руки получила всего тысячу восемьсот. Ума не приложу, как дотянуть до следующего месяца… Придётся опять просить денег у родителей.
— Хорошо бы сейчас всё ещё учиться.
— И не говори, совсем не хочется этого выпуска и работы.
Цзи Син взглянула на них: на их юных лицах не было ни сильной печали, ни горьких сожалений — лишь спокойствие.
Затем её взгляд переместился на лицо Ли Ли. На ней всё ещё оставался безупречный рабочий макияж, но из-за еды помада стёрлась и лежала неровно. Сквозь ярко-красные мазки проступал естественный тусклый цвет губ.
Ли Ли уже закончила есть и, опустив голову, листала социальные сети. Одна за другой на экране мелькали фотографии мужчин, но никто не мог привлечь её внимания. Она была женщиной независимой, уверенной в себе и свободной, предъявляла высокие требования ко всему — даже к случайным связям подходила с разбором.
Она пристально смотрела в телефон, изредка хлопая густыми ресницами. Макияж был нанесён давно, и под нижними веками отпечаталась тушь, напоминая тёмные круги.
Цзи Син отложила палочки:
— Я всё.
Ли Ли убрала телефон:
— Хозяин, посчитайте нас.
— Вместе платите или раздельно?
— Раздельно.
Они вошли в жилой комплекс, поднялись наверх и, попрощавшись у дверей, разошлись по своим квартирам.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
