Также сменили основное направление деятельности Фэн Со, Чжэн Фэйян и отряд Линь Лу, которые отвечали за сбор картона.
И дело было не в том, что сбор картона — слишком тяжёлый труд. Просто ученики заметили, что этим делом занимаются в основном малообеспеченные старики, у которых нет иного дохода. Заработав определённый стартовый капитал, ребята больше не хотели отбирать картон и пластиковые бутылки у дедушек и бабушек.
Часть отряда по сбору вторсырья решила переквалифицироваться и продавать сахарную вату у ворот школы, а другая часть раздобыла небольшую тележку и занялась вывозом строительного мусора из квартир, где шёл ремонт в новых жилых комплексах.
Об этом Линь Ваньсин услышала от них однажды после тренировки.
Ножной аппарат для сахарной ваты был подержанным — Линь Лу нашёл его в пункте приёма вторсырья.
Хозяин сказал, что с машиной есть проблемы, но пообещал всё починить и продать им за двести юаней. Учеников это предложение очень заинтересовало.
Для этого они специально поискали в интернете информацию о себестоимости сахарной ваты. Полкило сахарного песка стоило чуть больше пяти юаней, из этого количества можно было сделать пятьдесят порций ваты. Каждую порцию продавали по пять юаней. Выручка всего с полукилограмма сахара позволяла окупить стоимость аппарата — дело явно обещало быть прибыльным.
Линь Лу и остальные решили: сказано — сделано. Они вознамерились в последний день собрать картон и одновременно с этим изучить рынок сахарной ваты.
В первый вечер Линь Лу и ребята поставили лоток у ворот начальной школы, но продажи шли не очень бойко. В конце концов, у младшеклассников не так много карманных денег, а родители, забирающие детей, считали, что перед ужином есть такую сладость вредно. Поэтому их главной целью стали городские парки по выходным.
Дворец пионеров подходил куда больше, чем школьные ворота, потому что родители, приводившие детей на дополнительные занятия, часто соглашались исполнить их маленькие капризы в качестве поощрения.
Мало того, Линь Лу и остальные заменили обычные бамбуковые палочки на длинные кукурузные палочки — разновидность воздушных снеков. Себестоимость немного выросла, зато для малышей это было безопасно. Так они выгодно выделились среди конкурентов.
Торговля сахарной ватой достигла пика на следующий день, так как это были выходные.
По словам Линь Лу, утром они торговали в парке, к обеду, когда заканчивались занятия, перебирались к дверям Дворца пионеров, днём перетаскивали лоток к входу в детский городок, а под вечер отправлялись к другому Дворцу пионеров. После целого дня такой беготни их дневная выручка достигла внушительной суммы в две тысячи юаней.
За четыре дня до отъезда Ван Фа общая накопленная выручка учеников составила 4134,5 юаня.
То, что они стали много зарабатывать, было хорошо.
Но Линь Ваньсин и представить не могла, что, начав зарабатывать самостоятельно, мальчишки один за другим станут ужасными скрягами.
А их главной радостью в жизни стало сидеть на крыше после вечерней тренировки и пересчитывать деньги.
Стояли погожие дни поздней осени, на крыше веял мягкий вечерний ветерок.
После тяжёлого дня мальчишки, шумя и переругиваясь, сбились в кучу в углу крыши, прислонившись друг к другу.
Сейчас почти все расплачивались через WeChat, так что наличных было немного, но даже те жалкие крохи они бережно хранили в маленьком пластиковом пакете.
Каждому это занятие доставляло бесконечное удовольствие. Стоило одному закончить подсчёт, как другой тут же выхватывал пакет, чтобы пересчитать всё снова.
Вскоре стопка мелких купюр оказалась в руках Юй Мина.
Ци Ляну было нечего делать, и он начал канючить:
— Лаоши, а есть те напитки?
— Какие ещё «те напитки»? — спросила Линь Ваньсин.
— Ну такие… холодненькие, сладенькие, от которых потом икаешь.
Ци Лян на редкость умилительно строил глазки, бесконечно болтая и выпрашивая бесплатную газировку из её холодильника.
— Нет и ещё раз нет. Почему бы вам самим не купить? — Линь Ваньсин лишилась дара речи.
— Слишком дорого! «Кока-кола» стоит три юаня за банку, только такая богачка, как лаоши, может себе это позволить, — Цинь Ао тоже начал подлизываться, говоря тоненьким голоском.
Линь Ваньсин передёрнуло от отвращения, она ушла в дом и вынесла электрический чайник.
Держа чайник, она плеснула каждому в спортивную бутылку понемногу. Кипяток лился с тихим журчанием…
— Женщина, ты слишком коварна!
— Могла бы хоть остудить сначала!
Мальчишки принялись вопить во всё горло…
— Тише вы, а то ко мне снова придёт старушка снизу с жалобой, — поспешно сказала Линь Ваньсин.
— Нет-нет-нет, пить хочется, хотим холодненького! — продолжал кричать Линь Лу.
— В моём холодильнике правда ничего нет, — вздохнула Линь Ваньсин.
Говоря это, она посмотрела на Ван Фа. Если память ей не изменяла, вчера она своими глазами видела, как Ван Фа купил в лавке внизу кучу напитков и убрал их в холодильник.
Вслед за её взглядом все ученики уставились на Ван Фа просящими глазами, а Линь Лу даже сложил ладони в умоляющем жесте.
Ван Фа:
— Идите берите.
Мальчишки мгновенно вскочили и с громкими криками «ура» бросились прочь.
Видя, как толпа ломится в комнату Ван Фа, Линь Ваньсин испугалась, что ей ничего не достанется:
— Оставьте мне баночку «Кока-колы»!
Она крикнула.
Цинь Ао допил последнюю каплю «Спрайта», привычным движением бросил пластиковую бутылку на пол, раздавил её ногой и сказал:
— Лаоши, у тебя с тренером завтра есть дела?
Завтра было воскресенье, Линь Ваньсин не нужно было на работу, но по вопросу Цинь Ао было ясно, что ничего хорошего он не предложит.
— Что ты задумал? — осторожно спросила Линь Ваньсин.
— Завтра мы собираемся торговать в парке Хунцзин. Приходите с тренером, побудьте нашими актёрами, — сказал Цинь Ао.
— Актёрами? — с интересом переспросил Ван Фа.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
